Роковой (СИ)

Я смотрела на него, погруженная в свои мысли.
— Ты называешь это любовью, Андрей! Мы постоянно ссоримся, причиняем друг другу боль, лжем и храним секреты. Как ты мог назвать это любовью?
За окном разразился настоящий ураган. Крупные капли бились о стекла окон. Наконец, взглянув мне в глаза, он подошел и его тело нависло над моим. Мое сердце сжалось от близости.
— Я не совершенен, Полина. И наши отношения могут быть не идеальными для тебя, но для меня они идеальны. Ты никогда не найдешь ни одной пары в этом мире без проблем.
Он вскинул руки в воздух.
— Черт, держу пари, что прямо сейчас на другой стороне этой планеты, есть еще один мужчина, стоящий перед своей женщиной, за которую он отчаянно сражается и которую он любит.
Обхватив мое лицо, выражение его лица стало сострадательным, пока он продолжал говорить.
— Да, мы ссоримся, а кто нет? Но я бы ничего не изменил… ничего, даже твое отношение.
Я пососала губы и закатила глаза. Улыбнувшись, он продолжил.
— Видишь, вот так… Я так тебя люблю. Пожалуйста, дай мне шанс доказать тебе, что на этот раз мы можем быть счастливы. Позволь мне доказать тебе, что мы созданы друг для друга. Мне очень жаль, что я причинил тебе боль. Дай нам еще один шанс и я обещаю, что больше никогда не причиню тебе вреда. Я обещаю, что сделаю тебя счастливой… пожалуйста?
— Андрей.
Прошептала я. Глядя в его умоляющие глаза, я поднесла руки к его лицу. Почему он так мешает мне уйти? Я люблю его всем сердцем и отдам за него последний вздох. Хотя мы прошли путь, от которого многие бы сбежали… могу ли я продолжать идти по нему с ним?
— Как же моя семья?
— Я сотрудничал с твоим отцом, но…ничего, ничего не вышло. Твоя сестра стала проблемой для Аслана. Полина, я не могу тебе их вернуть, но сейчас мы можем сохранить нашу семью. Построить новую. Ты, я и наш ребенок.
— Я боюсь.
Я призналась. Я боялась… боялась, что если я сдамся, то обречена на провал.
Глубоко вздохнув, он прижался своим лбом к моему. С закрытыми глазами он прошептал:
— Вот что такое любовь… Страшно не знать, чего ожидать… но я знаю, что это будет самая пугающая любовь, которая у нас когда-либо была.
Проходили секунды или минуты, пока я стояла, наблюдая за ним. Я так любила его и мне было плохо без него, но могли бы мы сделать это? Если это не любовь, то я не была уверена, что вообще хочу испытывать любовь, потому что то, что у меня есть с ним, — это то, что никто и никогда не сможет заменить. Недолго думая, я обвила руками его шею и притянула к себе, сомкнув наши губы вместе.
Его губы расплылись в улыбке, он медленно поднял меня и сжал в объятиях. Мы стояли под звуки дождя, переплётшись друг с другом.
Я не была уверена, куда приведут нас наши пути и хотя это казалось одновременно и неверным, и таким правильным, на этот раз я точно знала одно: когда мы давали себе второй шанс, у меня не было другого выбора, кроме как быть осторожной.
Эпилог
ГОД СПУСТЯ
Я уставилась на свое отражение в длинном зеркале передо мной и улыбка скользнула по моим губам, когда я восхитилась красотой в белом. Длинное платье без бретелек, безупречно облегало мое тело. Бриллиантовое колье и подходящие серьги-подвески, были простыми, но элегантными. Мои волосы были собраны в низкий пучок и покрыты длинной фатой, которая ниспадала на спину. Собрав свой букет со столика у туалетного столика, я держала перед собой прекрасные розовые розы и в последний раз взглянула на свое отражение.
Это был день, когда я пошла к алтарю и навсегда останусь известна как миссис Полина Бродская. Слезы наполнили мои глаза, когда мне пришла в голову мысль, провести остаток жизни с единственным мужчиной, которого я любила. Мы с Андреем прошли опасный, душераздирающий и чрезвычайно безумный путь. У нас также была жизнь, полная любви, смеха и счастья. Даже несмотря на все плохие времена, я не могла представить свою жизнь без него. Мы дрались друг за друга зубами и когтями. Да, наши отношения были порочными, но когда мы любили друг друга так сильно, никто никогда не мог отнять это у нас.
 
Мы были созданы друг для друга во всех смыслах и мне было все равно, как другие воспримут наши отношения. Все это не имело значения, потому что я собиралась провести жизнь с единственным человеком, который действительно имел значение.
— Ты готова, милая?
Анна просунула голову в дверь и замерла, увидев меня. Слезы начали наполнять ее глаза. Склонив голову, она подошла ко мне и обняла.
— Ты самая красивая невеста, которую я когда-либо видела. Надеюсь у нашего Кирилла будет такая же красивая жена, а у тебя невестка.
Смеясь, я крепче обняла ее.
— Антон поведет тебя к алтарю. Он уже ждет.
Она отстранился, когда ее глаза забегали по моему лицу.
— Готова ли ты стать замужней женщиной?
— Настолько готова, насколько я когда-либо буду.
Антон зашел следом и улыбнулся мне. Мы вышли из гостиничного номера и прошли по коридору. Мое сердце затрепетало, когда я ожидала увидеть Андрея. Мы спустились в вестибюль и направились туда, где проходила церемония. Как только мы подошли к дверям, свадебный организатор отвел меня к стене.
— Не подглядывать. Мы бы не хотели, чтобы жених увидел вас раньше.
Я кивнула и начала ерзать руками, мое дыхание стало неровным.
Через несколько минут мне удалось успокоить дыхание. Затем я увидела, как Пашка бежит ко мне по коридору. Он был совершенно прекрасным в черном костюмчике. Корзина, которую он держал, была наполнена лепестками роз. Как только он подошёл ко мне, его глаза заблестели, а губы изогнулись в широкой улыбке.
— Вау. Вы выглядеть как принцесса.
Я рассмеялась и наклонилась, чтобы обнять его.
— Вы мой принц.
— Спасибо. Я здесь, чтобы выполнять обязанности носильщика колец. Папа сказал, что это очень важная работа.
Я расхохоталась.
— О да, очень важно.
— Хорошо, все на месте. Свадьба начнется через несколько секунд.
Организатор свадеб хлопнул в ладоши. Услышав его заявление, я выпрямилась и аккуратно обхватила согнутую руку Антона.
— Хорошо, примерно через десять секунд прозвенят свадебные колокола и тогда ты сможешь спуститься.
Я кивнула планировщику и сделала еще один глубокий вдох. Как раз вовремя, я услышала звон колоколов. Антон двинулся вперед и я последовала за ним, пока он вел меня по проходу. Сначала моя голова была склонена. Я услышала, как шаркают туфли, когда гости встали, как только мы вошли. Пока мы медленно шли по проходу посреди всего этого, у меня хватило смелости наконец посмотреть вверх.
Алан с Богданом стояли и выдавали широкие улыбки. Я увидела Анну. Она была прекрасна в кремовом шелковом платье и ее глаза сияли при виде меня. Я посмотрела прямо перед собой и увидела Александра как шафера с широкой и яркой улыбкой. Я вспомнила разговор, который у меня был с ним прошлой ночью, когда он сказал мне, что не мог бы подобрать более подходящей жены для своего брата. Я сказала ему, что однажды он найдет любовь и когда она придет, это сильно ударит по нему. Он был не согласен, но я знала, что однажды он это сделает.
Улыбнувшись ему, я слегка повернула голову влево и увидела его: моего будущего мужа. Мое сердце расширилось от любви больше, чем я когда-либо думала. Андрей стоял в другом конце прохода, выглядя красивее, чем когда-либо, в черном смокинге. С широкой улыбкой на ямочках, он наклонил руку, чтобы я могла лучше рассмотреть нашего мальчика, которого он держал. Кирюша был одет в такой же крошечный смокинг. Мои глаза опухли, когда я увидела двух моих мальчиков, ожидающих меня в конце прохода. Я рассмеялась, когда у меня выступили слезы, когда Андрей поднял крошечную ручку нашего ребенка, чтобы помахать мне.
Как только я подошла к ним, он наклонился и поцеловал меня в лоб.
— Ты выглядишь прекрасно.
— Ты тоже.
Прошептала. Андрей усмехнулся и поцеловал мягкую головку нашего мальчика, прежде чем передать его мне. Я схватила его и посмотрела в большие карие глаза и крошечные губы, изогнувшиеся в ухмылке, которая обнажала его ямочку, как у его папы. Именно тогда я поняла, что ничего не изменю за последние пару лет. Я никогда не была счастливее. Моя жизнь была завершена, когда я держала своего ребенка и смотрела на человека, который дал мне больше, чем просто счастье. Он дал мне любовь и жизнь, полную неожиданных поворотов, которая привела нас туда, где мы были сейчас, — жизнь, о которой могли мечтать лишь немногие, но это была не фантазия. Это было реально.