Роковой (СИ)

Хотя я хотела протянуть руку и утешить его, я отстранилась, потому что это была главная причина, почему я должна уйти, почему я должна взять своего будущего ребенка и бежать. Было бы не так больно уйти, как остаться и ждать каждую ночь, гадая, скоро ли он будет дома или мне позвонят, что он умер. Я вздрогнула от этой мысли. Мне было интересно, хватит ли мне смелости уйти оттуда даже после его признания.
Медленно поднявшись с кровати, я схватилась за ручку чемодана и пошла к нему. Когда я была в нескольких сантиметрах от него, я протянула руку и коснулся его лица. Мой большой палец ласкал его скулу, он выглядел таким усталым.
Проведя рукой по его затылку, я притянула его к себе. Его мягкие губы коснулись моих и я нежно поцеловала его. Слезы текли по моему лицу, потому что это был наш последний поцелуй. Он нежно вздохнул от моих объятий, но я отдернула голову. Его глаза распахнулись, вглядываясь в мое лицо.
— Прощай, Андрей.
Прошептала я. Его глаза наполнились болью, а дыхание начало учащаться.
— Нет!
Он крикнул. Схватив меня за бедра, он притянул меня к себе.
— Нет, пожалуйста, не оставляй меня, Полина. Ты мне нужна. Я не могу жить без тебя. Пожалуйста!
Его руки крепко обнимали меня, я не могла дышать. Я попыталась вырваться, но он прижал меня сильнее.
— Нет! Пожалуйста… Пожалуйста… Я не могу…
Его голос надломился. Затем, прежде чем я снова смогла отстраниться, он начал рыдать. Он уткнулся лицом в мою шею. Я чувствовала влагу его слез на своей коже. У меня разбилось сердце, когда я увидела и услышала этого сильного, мощного, мужественного мужчину, такого уязвимого и сломленного.
Я начала рыдать вместе с ним, уронив чемодан на землю. Я обвила руками его шею.
— Пожалуйста, Андрей, отпусти меня… Я так тебя люблю и это достаточно тяжело…
Я не смогла договорить. Он сжал меня в объятиях так, будто я могла исчезнуть в любую секунду. Его голова глубже вонзилась мне в затылок, и он всхлипнул, умоляя меня не уходить.
— Пожалуйста… ты причина моей жизни, ты причина, по которой я хочу просыпаться каждое утро и ты причина моего существования. До тебя мне было все равно, если меня убьют. Каждое утро я просыпался несчастным, недоумевая, зачем я здесь. Я был так близок к тому, чтобы покончить с собой прямо перед тем, как встретил тебя, потому что думал, что бесполезен. Потом, когда я встретил тебя… ты для меня все. Без тебя мне нет смысла… Пожалуйста.
Приняв во внимание все, что он только что сказал, я закрыла глаза так крепко, как только могла и сжала его руки в объятиях. Он пытался покончить с собой раньше? Если я уйду, значит он попытается снова? Эта мысль разбила мое сердце на миллион осколков. Мир без него, вообще не был бы миром. Он считал себя бесполезным. О, я хотела, чтобы он чувствовал себя хорошо. Я хотела забрать от него всю боль и страдания.
Он прошел через многое и это было все, что он знал, но это было не то, что знала я. Была ли я готова смириться с этим? Я так любила его. В тот момент, хотя я и знала, что должна защитить нашего ребенка, я предпочла бы иметь дело с последствиями его второй жизни, чем видеть, как он сломлен и ранен.
Подняв голову к нему, я обхватила его лицо руками. Его глаза были налиты кровью, его веки опухшие и мокрые.
— Я люблю тебя.
Приближая его губы к своим. Сначала он колебался. Я была уверена, он боялся, что это был прощальный поцелуй. Мой рот слегка приоткрылся, позволяя его языку скользнуть внутрь.
Он жадно поцеловал меня, пробуя на вкус и поднес руки к моему лицу. Прежде чем я смогла углубить наш поцелуй, он отстранился, глядя мне в глаза.
— Ты меня не бросишь?
Его голос был беспокойным.
— Нет. Прости.
Выпустив долгий глубокий вдох, он закрыл глаза, прижимаясь своим лбом к моему.
— Мне очень жаль… мне очень жаль. Я ужасно люблю тебя.
Потянувшись к моим губам, он не отодвинулся от них. Наклонившись, он схватил меня за бедра и поднял, обхватив мои ноги вокруг своей талии. Не разрывая поцелуя, он подошел, неся меня к кровати. Мое тело погрузилось на мягкий матрас. Он сорвал с нас одежду и я не успела опомниться, как мы оба оказались голыми. Он прижался ко мне своим телом и от тепла его тела, у меня по спине побежали мурашки. Он поставил локти по обе стороны от моего лица и засунул руки мне под голову. Опустив голову, он начал очерчивать долгими поцелуями все мое лицо: лоб, глаза, нос, щеки, линию челюсти и подбородок. Он осыпал теплыми поцелуями каждый дюйм моего лица, пока не достиг моих губ.
 
— Я люблю тебя, Полина.
Андрей бормотал как заведенный эту фразу мне в губы.
Я ахнула, когда он раздвинул мои ноги своими бедрами и наполнил меня своей длиной. Я хотела его так же сильно, как и он меня. Он встретился с моими бедрами и каждый его толчок был в идеальном ритме и скорости. Он не торопился, позволяя нам наслаждаться друг другом, смаковать этот момент, не желая, чтобы этот момент исчез.
Проведя рукой вниз по моей шее к моей ноющей груди, он пощипывал и дразнил мои соски большим пальцем. Я стонала в его губы и он не хотел оторвать их от моих. Его рука продолжала скользить по моему животу, вниз по моему бедру и вдоль бедра.
Схватив мои бедра, он поднял их и обвил мои ноги вокруг своей талии. Позволив ему проникнуть глубже внутрь меня, я хмыкнула от этого ощущения. Он застонал и вибрация тона задрожала на моих губах. Закусив мою нижнюю губу, он начал двигаться в чуть более быстром темпе. Все эмоции начали нарастать и мое тело дрожало, когда я выкрикивала его имя и билась в конвульсиях.
Задыхаясь, я откинула голову на матрас и закрыла глаза от удовольствия. Я почувствовала, как слеза скатилась по моему лицу. Хотя я не плакала, когда открыла глаза, Андрей смотрел на меня, его лицо было серьезно погружено в размышления, а на правой стороне его щеки была одна капля. Подняв руку, я стерла ее с его щеки и наклонилась, чтобы поцеловать его долго и крепко. Он не хотел отпускать и я тоже.
Остаток ночи мы крепко держались друг за друга, боясь, что один из нас уйдет.
Тридцать третья глава
На следующее утро Андрей заставил меня прошерстить все сайты с выбором лучшего врача для нашего малыша, пока он работал, я нашла неплохого специалиста, у которого было много положительных отзывов. Андрей одобрил мой выбор и мы отправились в больницу.
— Не могу поверить, что это наш ребенок.
Он сказал это, все еще загипнотизированный фотографией. Смеясь над ним, схватив фотографию, чтобы лучше рассмотреть.
— Да… наш ребенок уже очарователен.
Он прижался губами к моей макушке и поцеловал меня.
— Если наш ребенок хоть немного похож на свою мать, то да, он будет великолепным.
Я действительно могла представить очаровательного маленького мальчика или девочку с улыбкой Андрея и ямочками на щеках и моими глазами. Удовлетворенно вздохнув, мы сели в машину.
— Куда ты хочешь пойти сейчас?
Спросил он, включая зажигание машины. Я повернулась лицом к нему.
— Я очень устала сейчас. Ты мог бы проводить меня домой?
Проведя большим пальцем по моей щеке, он нежно улыбнулся.
— Конечно, малыш. Пашка будет рад услышать новости.
— Э-э, я не хочу никому ничего говорить до второго триместра. Ты слышал, что сказал доктор: «Возможны осложнения». Я просто не хочу никого волновать, а потом…
Кивая в знак согласия:
— Конечно, поехали домой.
— Андрей.
Он повернулся ко мне лицом. Я не знала, как сказать это, не задев его чувства.
— Я хочу домой, в свою квартиру. Дело не в том, что мне не нравится быть у вас. Я просто не была дома много времени и я просто хотела бы вернуться туда.
— Хорошо, сегодня вечером мы пойдем к тебе в квартиру. Не проблема.
Чего я действительно хотела, так это быть дома одна. Мне нужно было время и я была измотана, но решила просто позволить ему пойти со мной. После вчерашнего фиаско, я уверена, он не хотел уходить из моего поля зрения.