Парадоксы гениев (СИ)

Вот, скажет читатель! Опять: русским языком! Но ведь это пушкинская шутка: тебе русским языком говорят! То есть человеческим! Немцев в России прозвали немцАми именно потому, что они не говорили русским языком. НемцЫ, то ест немые. Немецкий язык не в счет.
 
 
″Ты, царевич, мой спаситель,
 
Мой могучий избавитель,
 
Не тужи, что за меня
 
Есть не будешь ты три дня,
 
 
ТРИ дня, говорит Лебедь. Но время в фэнтези условно. Прошла одна ночь от выстрела в коршуна до провозглашения Гвидона князем сказочного города.
 
 
Что стрела пропала в море;
 
Это горе — всё не горе.
 
Отплачу тебе добром,
 
Сослужу тебе потом:
 
Ты не лЕбедь вЕдь избавил,
 
ДЕвицу в живых оставил;
 
Ты не коршуна убил,
 
Чародея подстрелил.
 
Ввек тебя я не забуду:
 
Ты найдешь меня повсюду,
 
А теперь ты воротись, (1)
 
Не горюй (2) и спать ложись (3)″.
 
 
 
Улетела лебедь-птица,
 
А царевич и царица,
 
Целый день проведши так,
 
Лечь решились натощак.
 
Вот открыл царевич очи;
 
Отрясая грезы ночи
 
И дивясь, перед собой
 
Видит город он большой,
 
Стены с частыми зубцами,
 
И за белыми стенами
 
Блещут маковки церквей
 
И святых монастырей.
 
Он скорей царицу будит;
 
Та как ахнет!.. «То ли будет? —
 
Говорит он, — вижу я:
 
ЛЕбЕдь тЕшится моя».
 
 
У Гвидона — блестящее чувство юмора. То из бочки «на двор окошко», то реакция на появление города на острове — «лебедь тешится» (шутит).
 
 
Мать и сын идут ко граду.
 
Лишь ступили за ограду,
 
Оглушительный трезвон
 
Поднялся со всех сторон:
 
К ним народ навстречу валит, (1)
 
Хор церковный бога хвалит; (2)
 
В колымагах золотых
 
Пышный двор встречает их; (3)
 
Все их громко величают (4)
 
И царевича венчают (5)
 
Княжей шапкой, и главой
 
Возглашают (6) над собой;
 
 
Прочтите выделенный глагол. Рождается невероятное ощущение торжества, колоколов, звуков, праздника. Настоящее венчание на царство!
 
 
И среди своей столицы,
 
С разрешения царицы,
 
В тот же день стал княжить он
 
И нарекся: князь Гвидон.
 
 
 
Ветер на море гуляет
 
И кораблик подгоняет;
 
Он бежит себе в волнах
 
На раздутых парусах.
 
Корабельщики дивятся, (1)
 
На кораблике толпятся, (2)
 
На знакомом острову
 
Чудо видят наяву: (3)
 
Город новый златоглавый,
 
Пристань с крепкою заставой —
 
 
 
ПУшки с Пристани палят…
 
 
Три звуковых выстрела.
 
 
 
…Кораблю пристать велят.
 
Пристают к заставе гости;
 
Князь Гвидон зовет их в гости…
 
 
Чудная пушкинская игра — рифма.
 
 
…Их он кормит и поит (1, 2)
 
И ответ держать велит: (3)
 
«Чем вы, гости, торг ведете
 
И куда теперь плывете?»
 
Корабельщики в ответ:
 
«Мы объехали весь свет,
 
Торговали соболями,
 
Чернобурыми лисами;
 
А теперь нам вышел срок,
 
Едем прямо на восток,
 
Мимо острова Буяна,
 
В царство славного Салтана…»
 
 
Очень интересная география! От итальянца Гвидо(на) — мимо Буяна-Кипра в Иерусалим к Салтану. По морю Окияну — Средиземному морю. Хорошо бы проследить по карте.
 
 
Князь им вымолвил тогда:
 
«Добрый путь вам, господа,
 
По морю по Окияну
 
К славному царю Салтану;
 
От меня ему поклон».
 
Гости в путь, а князь Гвидон
 
С берега душой печальной
 
Провожает бег их дальный…
 
 
Прямо как сам Пушкин, у которого был пожизненный запрет на выезд из России, провожал своих друзей «душой печальной».
 
 
…Глядь — поверх тЕкучих вод
 
ЛЕбЕдь бЕлая плывет.
 
 
Вновь музыка Лебеди!
 
 
«Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
 
Что ты тих, как день ненастный?
 
Опечалился чему?» —
 
Говорит она ему.
 
Князь печально отвечает…
 
 
Какая музыка!
 
 
«Грусть-тоска меня съедает,
 
Одолела молодца:
 
Видеть я б хотел отца».
 
Лебедь князю: «Вот в чем горе!
 
Ну, послушай: хочешь в море
 
Полететь за кораблем?
 
Будь же, князь, ты комаром».
 
И крылами замахала, (1)
 
Воду с шумом расплескала (2)
 
И обрызгала (3) его…
 
 
Опять три действия!
 
 
…С головы до ног всего.
 
Тут он в точку уменьшился,
 
Комаром оборотился,
 
Полетел и запищал,
 
Судно на море догнал,
 
Потихоньку опустился
 
На корабль — и в щель забился.
 
 
Первое превращение.
Возможно, здесь автобиографическая фантазия самого Пушкина — превратиться в комара и посмотреть другие страны, оставшись невидимым!!!
 
 
Ветер весело шумит,
 
Судно весело бежит
 
Мимо острова Буяна,
 
К царству славного Салтана,
 
И желанная страна
 
Вот уж издали видна.
 
Вот на берег вышли гости;
 
Царь Салтан зовет их в гости…
 
 
«Гости — в гости» — вновь пушкинская рифма-игра!
 
 
…И за ними во дворец
 
Полетел наш удалец.
 
Видит: весь сияя в злате,
 
Царь Салтан сидит в палате
 
На престоле и в венце
 
С грустной думой на лице;
 
А ткачиха с поварихой,
 
С сватьей бабой Бабарихой,
 
Около царя сидят
 
И в глаза ему глядят.
 
 
 
Царь Салтан гостей сажает
 
За свой стол и вопрошает:
 
«Ой вы, гости-господа,
 
Долго ль ездили? куда?
 
Ладно ль за морем иль худо?
 
И какое в свете чудо?»
 
Корабельщики в ответ:
 
«Мы объехали весь свет;
 
За морем житье не худо,
 
В свете ж вот какое чудо:
 
В море остров был крутой,
 
Не привальный, не жилой;
 
Он лежал пустой равниной;
 
Рос на нем дубок единый;
 
А теперь стоит на нем
 
Новый город со дворцом,
 
С златоглавыми церквами,
 
С теремами и садами,
 
А сидит в нем князь Гвидон;
 
Он прислал тебе поклон».
 
Царь Салтан дивится чуду;
 
Молвит он: «Коль жив я буду,
 
Чудный остров навещу,
 
У Гвидона погощу».
 
А ткачиха с поварихой,
 
С сватьей бабой Бабарихой,
 
Не хотят его пустить
 
Чудный остров навестить.
 
«Уж диковинка, ну право, —
 
Подмигнув другим лукаво,
 
Повариха говорит, —
 
Город у моря стоит!
 
Знайте, вот что не безделка:
 
Ель в лесу, под елью белка,
 
Белка песенки поет
 
И орешки всё грызет,
 
А орешки не простые,
 
Всё скорлупки золотые,
 
Ядра — чистый изумруд;
 
Вот что чудом-то зовут».
 
Чуду царь Салтан дивится,
 
А комар-то Злится, Злится…