Парадоксы гениев (СИ)

Вот оно! Глубокие мысли и… распевающая Анна. И задохнувшийся Пушкин: «Анна! Боже мой!» Феноменальный самойловский контраст. Размышления с Пестелем о политике, истории, власти, философии и… распевающая Анна.
Можно себе легко представить продолжение этого дня.
Завершаю эту главу моей статьей из цикла статей в газете «Вечерний Петербург».
Перед тем как вы ее прочитаете, маленькое добавление к стихотворению Давида Самойлова. То, что Пушкин, общаясь с Павлом Ивановичем Пестелем (декабристом, казненным в Петербурге среди пяти зачинщиков восстания), задыхается, слыша пение Анны, соединяет идеи этой главы о Гоголе, Пушкине и Хлестакове.
А теперь моя статья, написанная в 2010 году. Ее можно рассматривать как своего рода описание обстановки в Кишиневе во время встречи Пушкина и Пестеля.
Только что я закончил свой первый гастрольный виток по бывшему нашему общему пространству.
Я никогда не был в столице Молдавии.
…Меня привезли в Кишинев из Киева на автомобиле глубокой ночью и поселили в старинном двухэтажном особняке в историческом центре города. Когда я проснулся утром и выглянул в окно, то испытал невероятно блаженное чувство. Старый одесско-кишиневский дворик, здесь вполне могли сидеть когда-то Пушкин и Пестель. И солнце, солнце, океан солнца!
Сразу вспомнился чудный самойловский стих «Пестель, поэт и Анна». Помните это, самойловско-пушкинско-кишиневское?
 
 
Там Анна пела с самого утра
 
И что-то шила или вышивала.
 
И песня, долетая со двора,
 
Ему невольно сердце волновала.
 
 
Затем — размышления Пестеля о Пушкине, несколькими мастерскими набросками:
 
 
А Пестель думал: «Ах, как он рассеян!
 
Как на иголках! Мог бы хоть присесть!
 
Но, впрочем, что-то есть в нем, что-то есть.
 
И молод. И не станет фарисеем».
 
Он думал: «И, конечно, расцветет
 
Его талант, при должном направленье,
 
Когда себе Россия обретет
 
Свободу и достойное правленье».
 
 
Эти строки проявились во мне, пока я смотрел в окно.
И точно как в стихе:
 
 
День наполнялся нежной синевой,
 
Как ведра из бездонного колодца.
 
И голос был высок: вот-вот сорвется.
 
А Пушкин думал: «Анна! Боже мой!»
 
 
Иногда мне казалось, что разговор происходит здесь и сейчас, ибо за последние 200 лет изменилось не очень много:
 
 
Шел разговор о равенстве сословий.
 
— Как всех равнять? Народы так бедны, —
 
Заметил Пушкин, — что и в наши дни
 
Для равенства достойных нет условий.
 
И потому дворянства назначенье —
 
Хранить народа честь и просвещенье.
 
— О да, — ответил Пестель, — если трон
 
Находится в стране в руках деспота,
 
Тогда дворянства первая забота
 
Сменить основы власти и закон.
 
 
И мне показалось, что я слышу это пение, эти запахи:
 
 
…За окном
 
Не умолкая распевала Анна.
 
И пахнул двор соседа-молдавана
 
Бараньей шкурой, хлевом и вином.
 
 
Я словно слышал голоса спорящих о сегодняшнем, наболевшем:
 
 
— Но, не борясь, мы потакаем злу, —
 
Заметил Пестель, — бережем тиранство.
 
— Ах, русское тиранство — дилетантство,
 
Я бы учил тиранов ремеслу, —
 
 
ответил Пушкин.
 
И вот кульминация:
 
 
Заговорили о любви. — Она, —
 
Заметил Пушкин, — с вашей точки зренья
 
Полезна лишь для граждан умноженья
 
И, значит, тоже в рамки введена. —
 
Тут Пестель улыбнулся. — Я душой
 
Матерьялист, но протестует разум.
 
 
Какая чудная мысль Пестеля!!! Я выскочил из дома и увидел, что
 
 
…Деревья, как зеленые кувшины,
 
Хранили утра хлад и синеву.
 
 
Пушкину безумно понравилась фраза Пестеля о любви. Он записал ее в дневник. А у меня появилось чувство предельной причастности к их разговору.
 
 
В соседний двор вползла каруца цугом,
 
Залаял пес. (Так и было, клянусь, залаял!)
 
На воздухе упругом
 
Качались ветки, полные листвой.…
 
И жизнь была желанна.
 
Он вновь услышал — распевает Анна.
 
И задохнулся: «Анна! Боже мой!»
 
 
Теперь-то я точно знал, о чем буду говорить в Большом зале Филармонии Кишинева.
…Полный зал, стоят в проходах.
Я сажусь за рояль и говорю о том, что среди всех композиторов у нас на планете есть два особых: Бах, чья музыка направлена сверху вниз, ибо она ниспадает на нас, как звездный дождь, как молнии.
И Моцарт, чья музыка рождается, как корневая система, и направлена снизу вверх.
И где-то над нами музыка Баха и музыка Моцарта встречаются и образуют защиту от гнева Творца.
Ибо в музыке Баха и Моцарта мы объединяемся на нашей Планете, мы едины, мы представлены как единая цивилизация.
Играю попеременно фрагменты из Баха (сверху вниз) и из Моцарта (снизу вверх).
Чувствую дыхание огромного зала…
Вскакиваю и неожиданно спрашиваю: «Скажите, друзья мои, кем вы сейчас себя чувствуете: молдаванами, русскими, румынами?»
А когда я стал попеременно играть фрагменты молдовеняски и финала Пятого скрипичного концерта Моцарта, наступил момент истины.
Весь вечер на сцене я просто наслаждался. Это была абсолютно МОЯ публика — музыкальная, нежная, поэтичная, творческая.
  
Интермедия
 
Дорогие читатели! Если вы переварили предыдущую главу, то я смело могу продолжить парадоксально-провокационное мышление. Как и в прежней главе, предупреждаю, что я ни в коей степени не глаголю истины в последней инстанции. Я просто пытаюсь ответить на вопрос, почему Николай I августейшим распоряжением не только не запретил комедию Гоголя «Ревизор», но и потребовал ее скорейшей постановки в крупнейших театрах Петербурга и Москвы. И даже подарил Гоголю перстень с бриллиантом. И пришел на премьеру, и привел всю свою семью. И приказал чиновникам в массовом порядке обязательно посетить «Ревизора». Я много раз читал комедию и находил в ней разные подтексты. А уровней в пьесе, как и в других величайших произведениях гениев, масса. Возьмем только одного, самого незначительного героя — уездного лекаря. Настолько незначительного, что Гоголь не дал ему в пьесе ни одного слова. Только звук. Но какой!!! И с каким смыслом! Помните? Он произносит звук, отчасти похожий на букву «и» и несколько на «е». Само имя, отчество и фамилия шефа уездной медицины, не знающего ни слова по-русски, основание для крохотной диссертации. Помните? ХРИСТИАН ИВАНОВИЧ ГИБНЕР!!! Тот самый, у которого пациенты «выздоравливают как мухи». Когда я учился произносить звук, которым Гибнер реагирует на все, что происходит вокруг него в городе, я понял смысл шутки Гоголя. Вы этот звук не раз слышали от людей, которые не хотят произносить все предложение-реакцию на многие события в жизни и ограничиваются этим звуком.