Академия магии. Притяжение воды и пламени

Впрочем, сейчас не об этом.
— С высоким содержанием колдовских частиц? Что это значит? — сосредотачиваясь на деле, спросила я.
— Это камни для артефактов, что при активации накапливают природную магию. Но всегда все зависит от того, кто именно их активирует. Чтобы получить высокое качество, необходим одаренный маг, а их мало.
«Элементы…» — вспомнила я. Самые могущественные стихийники, связывающие две реальности. Он ведь себя имеет в виду?
— И как проходит эта активация? — Приходилось начинать с основ. Но они ведь знали, с кем связывались, — я в Церенте без году неделя.
— Достаточно напитать камень небольшим количеством силы, и он станет сам собирать идентичные колдовские частицы, свободно витающие вокруг. Но это требует времени. Около месяца, если быть точнее, чтобы они стали готовы к продаже, — не выказывая никаких признаков нетерпения или раздражения, пояснил Розенталь.
— Значит, есть место, где ты собираешься хранить эти камни? — предположила я.
— А она соображает, — получила весьма сомнительную похвалу от Мартина. Блюдце перед ним уже опустело.
— Спасибо, — натянуто улыбнулась я в ответ, решив тоже разобраться с пирожным.
— Да, оно существует. Я выкупил склад на восточной окраине города, — по-деловому сообщил Александр.
Я некоторое время молчала. Меня что-то смущало, и совсем скоро я осознала, что именно.
— А теперь объясни мне: как связаны я, твой бизнес и твой отец? — Похоже, это являлось главной причиной моего нахождения здесь. Отправив кусочек пирожного в рот, я запила его чаем.
Розенталь смерил меня взглядом. Не думала, что этот вопрос станет самым тяжелым для него. По крайней мере ответил он не сразу.
— Как только отец узнает о моем начинании, то приложит все усилия, чтобы прикрыть его. Даже не так. Он пожелает все уничтожить. — Лицо мага ожесточилось. Чужая ненависть казалась осязаемой. На мгновение я прониклась к Александру симпатией, почти сочувствием, хотя на это не имелось объективных причин.
— Почему он пожелает все уничтожить? — Я уже не впервые встречала проблему родителей и детей. Но, похоже, если у твоей семьи много денег, то и проблемы не такие тривиальные.
— Это сложно объяснить. Но если все удастся, я избавлюсь от влияния своей семьи. — Розенталь говорил отстраненно, будто не о себе. Вот только я видела, что это все напускное. Да и гробовое молчание его друзей тоже это подтверждало.
— Дело ведь в деньгах? Ты просто не хочешь уйти ни с чем? — прямо спросила у него.
Мышцы на лице Александра напряглись.
— Ева, все немного сложнее. Не так, как у простых людей, — неожиданно вмешался Вацлав. — Розентали принадлежат к десяти родам, основавшим королевство. Они его сердце. Поэтому отпрыски обязаны подчиняться воле старших.
— Вот оно как… — задумчиво протянула я, хотя мне тяжело было поверить в то, что на огневика можно влиять и к чему-то принудить.
По моему представлению, если существовали сильные люди, то они выглядели как он. Вот только могущество приобретают, преодолевая препятствия. Нельзя стать действительно значимым, сидя на попе ровно.
И что мне теперь делать? Дельце-то довольно щекотливое. И Александр далеко не тот человек, на кого бы я желала работать. Вот только иметь кого-то вроде него в должниках ой как выгодно. Да и иных предложений на горизонте не видно. Скорее всего, они вообще не появятся. Лучше цифры считать, чем где-то официанткой или разносчицей работать.
Я вновь посмотрела на Розенталя и почувствовала волну жара и покалывание в ладонях. Последнее иногда ощущалось, когда я колдовала.
На самом деле я не столь расчетливая особа, какой могла показаться, но и бросаться на амбразуру ради чужого для меня человека тоже не готова. Работа мне необходима, но ведь неспроста огневик обратился именно ко мне. У местных магов хватит ума не создавать себе проблем в виде его папеньки. А судя по уже услышанному, он был крайне могущественен. Вот только законы в королевстве чтили и соблюдали, поэтому даже сильный мира сего не мог навредить мне. Тем более первые пять лет иномирцы находились под покровительством ректора академии. Это многое значило.
 
Мое молчание затянулось. Александр не торопил. У меня сложилось четкое предчувствие, что если я откажусь, то мы спокойно распрощаемся и больше никогда не заговорим. И разве это не идеальное стечение обстоятельств? Вот только я нуждалась в нем едва ли не сильнее, чем он во мне.
Я не испытывала иллюзий и не собиралась всю жизнь волочить жалкое существование. Ну и огневик мне банально нравился какой-то стороной характера. Вообще, за краткое время знакомства я начала испытывать к нему крайне противоречивые чувства. И хочется и колется, как говорят. Но то, что я многому могу у него научиться, — однозначно.
— Чем это грозит мне? Самый худший исход? — наконец спросила я, разрушая повисшую тишину.
— В восточной части Лирана — ничего, кроме неожиданного увольнения. А вот на запад лучше не соваться. Свою жизнь ты там не устроишь, — ответил Розенталь, и я надеялась, что услышала правду. — И наверняка, когда о нашем деле станет известно, тебя попытаются перекупить.
Я вновь задумалась, вспоминая рассказ Кирстен о том, что столица поделена на пять частей: по одной части на стороны света и центр. В каждой имелся свой управляющий, который следил за территорией. Судя по всему, именно на западе отец огневика имел наибольшее влияние.
Вокруг царила тишина. Вацлав, задумчиво мешал чайной ложкой сахар в чашке. Мартин, делал вид, что с интересом осматривает окружающую его обстановку.
Похоже, все не так уж паршиво.
— Вы точно уверены, что я подхожу? Еще неделю у меня в расписании стоят дополнительные занятия, это весьма ограничивает мое время, — уточнила я, решив сразу обозначить все моменты, чтобы в будущем избежать претензий.
— В первое время нам хватит выходных, — невозмутимо отозвался Александр. Казалось, он уже навел обо мне справки. Это впечатляло. Люблю серьезный подход к делу.
Я задумчиво оглядела присутствующих. Все трое — местные. Если меня увидят рядом с ними в академии, наверняка это осложнит мне жизнь. Конечно, катастрофы не случится. И я даже не слишком расстроюсь. Вот только, как сказал Розенталь, его и представить не могут рядом с такой, как я. Это задевало гордость. А мое достоинство неприкосновенно. Люди будут относиться к тебе так, как ты сам им позволишь. Хочешь, чтобы о тебя вытирали ноги, — так терпи удары и забудь про обиды, желаешь быть равным — бей в ответ.
— Я хочу, чтобы в академии наше знакомство оставалось в тайне. Мне не нужно лишнее внимание. — Мой выразительный взгляд был направлен на Александра.
А еще я хотела обойтись без разборок с его невестой. По рассказам Кирстен, она тоже огневик. Женщины страшны в гневе.
Недолго думая, Розенталь согласился:
— Хорошо.
— И еще… — многозначительно произнесла я. — Раз я так рискую, то мне необходимо что-то куда большее, чем деньги.
— Например?
— Я знаю, что местные не могут использовать магию против попаданцев. Ректор как-то это отслеживает, даже по городу. Но тренировочный лагерь… Слышала, там настоящая дедовщина — старший курс посвящает новичков Третьего факультета в студенты. В этом году этим будете заниматься вы.
— Да. Но меня никогда не интересовала подобная чушь, — сказал Александр. Казалось, он говорил искренне, но сейчас я была не намерена разбираться в его чувствах.
— Пусть, как ты выразился, эта чушь тебя не интересует, я хочу, чтобы ты ее прекратил. Это в твоих силах.
Несколько секунд мы смотрели друг на друга, будто проверяя на прочность.
— Ладно. Я это сделаю, ­— неожиданно согласился маг и спустя секунду выразительно добавил: — Обещаю.
Глубоко вдохнув, я вновь смерила огневика внимательным взглядом.
Надеюсь, я не пожалею о своем решении…
— Что именно от меня требуется и сколько ты будешь мне платить? — спросила куда увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.