Кровавый росчерк пророчества (СИ)
— Я тут подумал… — кивнул я на благодарность и почесал щёку, на которой уже восемь лет не было никаких следов. — Я мог бы сварить одно волшебное зелье… Здесь его применяют при переломах костей, ну и детям слишком мелким выписывают, чтобы повыше стали. Не даю гарантии, что оно среагирует как надо в твоём теле, тут скорее уверенности процентов на шестьдесят. Но в случае благоприятного исхода это поможет прибавить пять-шесть дюй… в смысле, сантиметров пятнадцать роста.
Учитывая нашу разницу в силе, хотелось удивить самого себя чем-то необычным и действительно полезным. Остальная магия точно не особо бы впечатлила того, кто может сделать тысячу копий самого себя или поднять статую весом в сотню-другую пудов.
— Так ты вроде ирьёнина? — чуть удивился Наруто. Ну, правильно, последнее, что у меня могло быть, это талант в ирьёдзюцу.
— Не совсем… Я объясню и кое-что покажу, пойдём, — позвал я его за собой.
— М-да… — выдавил Наруто, оглядываясь в лаборатории. — Тут… странно.
— Рецепт «Костероста» не особо сложный, но относится к продвинутым зельям. Его изучают на шестом курсе Хогвартса, — тарахтел я, разжигая магический огонь под котелком. Вообще-то можно было на обычном, но раз я способен лишь на мелкие фокусы, то хотя бы ими щегольнуть.
— А ты говорил, что… На пятом, верно? — вспомнил Наруто, который сел на стул и внимательно наблюдал за мной.
— Ага, закончил несколько дней назад пятый, сдал профильные экзамены. Но с «Костеростом» я столкнулся ещё в восемь лет, это было чуть ли не первое зелье, которое я увидел и которое помогал делать. Оно продвинутое, потому что требует очень строгих и точных помешиваний с определённым циклом. И если перепутаешь, то свернётся. Зато по нему сразу видно, что нормально сваренное. Кто пробовал, говорили, что вкус у него отвратный, но зато выращивает кости за ночь. За очень мучительную ночь…
— Такой бы «Костерост»…
— Да, знаю, такой бы нам в то время, когда изучали обычный расен-сюрикен, верно? — перебил я, отмеряя скарабеев и сушёные устрицы.
— Ну и как ты?.. — неопределённо махнул рукой Наруто.
— Я здесь уже почти восемь лет, — начал рассказывать я. — Но всё началось с того, что меня в твоём возрасте тоже призвали в этот мир. Того волшебника, который это сделал, звали Гарри Поттер. Я тренировался в Храме на острове Черепахи. Смог побороть Кураму…
— Кого? — чуть вздёрнул бровь Наруто.
— Ах да… Ты ещё не знаешь как его-её зовут, а я отвык говорить «Кьюби», — кивнул я.
— «Его-её»? В смысле? — хлопнул глазами он.
— Ну… Технически у биджуу нет чётко определённого пола. Они состоят из чакры и принимают пол своих джинчуурики, по крайней мере, так сказала Курама. И в принципе я вызвал не совсем тебя, а биджуу, но ты…
— Часть призыва и неотъемлемая часть своего биджуу, — закончил Наруто. — Я же джинчуурики… Ого, ты и камни туда кидаешь?
— Да, — следом за нужными минералами я засыпал в зелье по унции измельчённых сухих цветов календулы и корня аира и начал отмерять порошок из толчёной драконьей скорлупы. Это был самый дорогой и редкий ингредиент зелья, но его требовалось всего два скрупула. Почти все зелья, в которых требовались такие сильные реактивы и вообще ингредиенты из драконов, относились к «продвинутым».
— Хочешь сказать, что тут… — кашлянул Наруто, привлекая к себе внимание, после того, как я высыпал и размешал порошок в зелье, но сам же сбился оттого, что наличествовали «спецэффекты» в виде цветного дыма, который лучше не вдыхать: — Ого! Прикольно! А ещё твоё варево цвет поменяло!
— Да, это сильный реактив из яиц дракона, здесь это вроде очень большой огнедышащей ящерицы с крыльями. По сути, он и заставляет кости расти, это — главная составляющая в зелье. Всё остальное лишь… м… как это? Работает на то, чтобы это вообще можно было выпить и усвоить. Аир помогает зелью всасываться, календула притупляет боль, мидии, скарабеи и «камни» содержат в себе минералы, которые есть в костях, ну и остальное по мелочи… Всё это должно превратиться в слегка вязкую однородную массу. Пить лучше залпом и быстро проглатывать, чтобы не так противно было, кто-то мне рассказывал, что это словно слизня проглотить. Тут получится дюжина порций, надо принимать по одной порции где-то раз в месяц. Вообще-то «Костерост» не слишком долго хранится, но ты сможешь запечатать зелье в свиток.
— Ну, будем надеяться, что это варево будет не гаже, чем те боевые пилюли Сакуры, — хмыкнул Наруто, вызвав улыбку и у меня.
Какое-то время мы молчали. Я закончил «Костерост» и потушил магический огонь.
— Думаю, ты хотел спросить о своём призыве… — в последний раз размешав зелье, сказал я. — Полагаю, наши миры движутся навстречу друг другу. Когда я очутился здесь же меньше, чем через год после этого призыва, то Гарри Поттеру было не почти шестнадцать, а всего восемь. Мне пришлось прожить здесь ещё восемь лет, чтобы иметь возможность призвать тебя.
— И зачем же ты это сделал? Чего же хочешь? — слегка напрягся Наруто. — Вернуться домой вместе со мной? Или… вместо меня?
— Нет. Ни то, ни другое невозможно, — покачал я головой.
— Прости… Но люди меняются, — отвёл взгляд Наруто, смутившись и вероятно что-то прочитав в моём взгляде. — Я всегда этого боялся — измениться. А если ты здесь восемь лет… Тебе пришлось стать ирьёнином. Это сложно принять.
— Тогда прими как данность, что даже если бы некая замена была теоретически возможна, сейчас я намного слабее тебя и вовсе не джинчуурики, — хмыкнул я. — И всё же я изменился. Смерть всех друзей и гибель всего мира как ничто меняет тебя. В этот мир я вернулся одной душой. И то благодаря Кураме… А обратный путь нам заказан.
— Постой! — привстал Наруто. — Ты хочешь сказать, что использовал это? Но… я обещал себе и обещал Кьюби, что ни за что не буду это делать! Что он тоже имеет право на жизнь! Неужели ты использовал технику «Последнего вздоха»?!
— Использовал, — тихо ответил я. — К сожалению, иного выхода у меня не было. Мы с Курамой принесли себя в жертву.
Наруто с тихим выдохом, словно из него медленно спустили воздух, сел.
— Зачем ты призвал меня?
— Я много думал, — ответил я, ожидая подобного вопроса. — Я хотел, чтобы у меня, то есть у тебя, был шанс. Думаю, что, предупредив тебя, я смогу спасти наших друзей. Хотя бы некоторых. Я ломал голову. Враги слишком сильны, это стоит признать. Вряд ли получится выжить на самом деле. Но технику «последнего вздоха» применять не следует. Она не поможет. Это я уже понял. Я сделал ещё хуже. Или сделал это слишком поздно… Кроме того, я выжил. Курама не позволила мне умереть. Я был единственным её другом, а терять друзей слишком тяжело. Мне стоило на самом деле умереть. Но и этого у меня не получилось… — голос дрогнул.
На меня накатила та чернота, которую я постоянно сдерживал, не позволяя поглотить себя. Останавливал, чтобы достичь Цели. Не разрешая себе ни раскисать, ни отлынивать, ни думать о неудаче.
Внезапно я ощутил, что меня крепко обняли, и это словно пробило огромную брешь в броне. Я не давал себе скорбеть о них. Считать их умершими. Убеждал себя, что они ещё смогут спастись, если я всё сделаю правильно. Но… я чувствовал и видел, как они погибали… один за другим. И я ничем не мог помочь. Не успевал. И это было так больно, так горько…
Я просто рыдал, уткнувшись в свой оранжевый комбинезон, который пах потом, морем и дымом, самому себе напоминая ту встречу с Тёмным Наруто, которого получилось убедить, что я всё же смогу… преодолею эту боль одиночества. Теперь это была боль потерь.
— Возможно, в какой-то мере я был наказан жизнью в слабом теле, — всхлипывая, как девчонка, пытался я продолжить диалог и собраться. — Без чакры, с мыслями и воспоминаниями о погибших друзьях и товарищах. Единственное, что меня поддерживало, это то, что через восемь лет я смог бы попытаться что-то исправить. Дать своей истории второй шанс. Для этого надо было учиться. Много учиться. Потому что Гарри сделал это почти случайно.