Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ)

 Человек был одет в темно-синее чанпао3, и на его лице, казалось, застыло разочарование. Шэн Линъюань смерил его осторожным взглядом и подумал: «Смертный, но я чувствую едва уловимый след зверя из Лэйцзе4»
 3 Чанпао — традиционный китайский халат.
 4 Лэйцзэ — обитель бога грома Лэйгуна. В китайской мифологии Лэйгуна представляли существом с телом дракона и человечьей головой. Предполагается, что прежнее местоположение Лэйцзе находилось в Хэйзе, городском округе провинции Шаньдун. Название городского округа является сокращением от «гора Хэшань (菏山) и водоём Лэйцзэ (雷泽)».
 Внезапно, его сердце дрогнуло. Маленький демон сказал, что подразделение Цинпин исчезло тысячи лет назад… значит, все эти полудемоны смешались с людьми, оставили после себя потомство и даже сейчас, спустя столько времени, все еще можно было увидеть тонкий намек на родство.
 Гостем был директор Сяо. Измотанный и уставший, как только он вошел в дверь, его едва не хватил удар от звука тяжелой музыки. Сжимая виски, он сказал:
 — Ты что, решил преодолеть звуковой барьер? Убери это! Твои соседи наверняка оглохли, если еще не пожаловались на тебя. Дай мне бутылку воды.
 — Сейчас будний день, а значит, в доме нет никого, кроме меня.
 Сюань Цзи вытащил из холодильника бутылку ледяной минеральной воды и бросил ее Сяо Чжэну, после чего отставил Шэн Линъюаня в сторону и уселся на кровать.
 Шэн Линъюань почувствовал, что вещь, к которой он был привязан, превышала половину человеческого роста и довольно много весила. Столкнувшись с землей, она издала глухой стук.
 У него тут же возникла смутная догадка. И, как только Сюань Цзи отошел, взгляд Шэн Линъюаня упал на слишком прозрачное зеркало в углу комнаты.
 Ну, конечно.
 С легкой головной болью он подумал: «Это действительно его меч».
 Меч был более трех футов в длину и довольно массивным. Шэн Линъюань хорошо помнил, что этот маленький демон вытащил его из собственного позвоночника. Должно быть, это было его духовное оружие. Маленький демон был связан с огнем, настоящее палящее солнце, чистая энергия ян, полностью противоположная холодной и мрачной энергии инь.
 А Шэн Линъюань был самым настоящим холодом.
 Но вместо того, чтобы оттолкнуть его, меч, кажется, заботливо согревал его душу.
 Как странно.
 Пока Шэн Линъюань предавался раздумьям, Сюань Цзи сел, скрестив ноги, и достал из-под журнального столика блюдце с орехами.
 — Ты что, все эти дни работал в ночь? — спросил он.
 — Ну, с делом Би Чуньшэн все более или менее ясно. Оперативники, с которыми она работала, сознались в использовании призрачных бабочек, тем самым подтвердив ее слова. Наши специалисты проверили ее учетную запись в интернете и обнаружили, что она неоднократно просматривала случаи, в которых был замешан твой предшественник, директор Гун. Кроме того, она уделяла пристальное внимание всем, чьи должности были выше руководителя группы, и тем, у кого насчитывалось меньше половины баллов за «красную линию»… включая меня. — Сяо Чжэн действительно умирал от жажды. С позором закончив свою речь, он залпом опустошил бутылку и с хрустом сжал ее в ладони. — Мы также установили наблюдение за домом Гун Чэнгуна. Би Чуньшэн следила за ним в течение долгого времени, но то донесение вряд ли было написано ею. Во всяком случае, мы не нашли никаких доказательств. В письме недвусмысленно говорилось о том, что Гун Чэнгун не раз брал взятки, но я не думаю, что в то время у Би Чуньшэн была возможность исследовать этот вопрос. В противном случае, какой смысл ей тогда был писать это донесение, она могла бы давно порубить Гун Чэнгуна на куски.
 — Получается, она лишь проводила расследование и вовсе не нападала на Гун Чэнгуна? — спросил Сюань Цзи.
 — Нет, у нее не было ни единого шанса. Даже если директор Гун был обычным человеком, он слишком долго работал с человеческой памятью в Отделе ликвидации последствий, у него были свои секреты. Он всегда был предельно осторожен и двадцать четыре часа носил с собой множество инструментов для защиты от разного рода ментальных атак. — покачал головой Сяо Чжэн. — Она всю жизнь прожила в сомнениях, ровно до того момента, пока не вскрыла череп своего отца. К тому времени Гун Чэнгун уже находился под следствием, где и впал в кому.
 
 — Откуда она взяла яйца этих насекомых?
 — Из того контейнера, что Гун Чэнгун украл из хранилища тридцать лет назад. Мы нашли его у нее дома, там еще немного осталось. Более того, следуя данным с ее видеорегистратора, мы нашли несколько объектов недвижимости, принадлежавших Гун Чэнгуну. По всем адресам значились фирмы-однодневки. Номинальными владельцами этих фирм числились совершенно посторонние люди, все было тщательно скрыто. Мы понятия не имели обо всем этом, вероятно, именно это она и расследовала. Одна из фирм была ограблена, но полиция, прибыв на место, не подтвердила факт кражи и дело закрыли. Однако, в том здании находилась потайная комната. В ней были обнаружены следы аномальной энергии. Должно быть, именно там Гун Чэнгун и хранил яйца призрачной бабочки. Единственное, что так и осталось для нас непонятным: где в этой жизни Би Чуньшэн смогла научиться темному жертвоприношению?
 Сюань Цзи ничего на это не ответил. Схватив горсть фисташек, он принялся с упоением их щелкать.
 На самом деле, во всем этом был один подозрительный момент. Он не знал, слышали ли тогда другие… Может и слышали, но решили, что Би Чуньшэн несла полную чушь, ведь вокруг царил самый настоящий хаос. После того, как она призвала дьявола, тот был довольно благосклонен к ней и вовсе не возражал против ее мести, но, стоило ей только произнести: «Чиюань», как он тут же изменился в лице.
 Почему Би Чуньшэн вдруг упомянула Чиюань?
 Почему ее слова смогли настолько задеть древнего дьявола по больному, что это заставило его нарушить договор, не опасаясь даже грома с небес?
 — Что касается оперативников, работавших с Гун Чэнгуном и использовавших призрачных бабочек для сокрытия количества жертв, то Главное управление решило официально расследовать это дело.
 — А? — словно опомнившись, воскликнул Сюань Цзи.
 — Обычно, Отдел ликвидации последствий лишь содействует в такого рода самопроверках… но на этот раз, это именно ваше проклятие…
 — Надо сотрудничать со следствием. Понял, понял. — покивал Сюань Цзи. Во всяком случае, он был лишь новичком, это не имело к нему никакого отношения.
 Хорошо было бы приостановить работу в связи с проведением расследования. Если он все равно будет получать деньги, зачем трудиться? Это было сродни тому, что предоставить ему ежегодный отпуск.
 Сюань Цзи радостно ответил:
 — Можете быть уверены, мы немедленно прекратим всю работу и будем в полной мере сотрудничать со следствием.
 — Ни черта ты не будешь сотрудничать. Что с тобой вообще? — Сяо Чжэн яростно взмахнул рукой. — Директор Хуан считает, что я должен возглавить это расследование. Но это слишком широкий вопрос. Оперативники, отделы логистики, и я не… недостаточно чист для этого. Поэтому здесь нужен кто-то, кто никак не заинтересован в делах Управления.
 Сюань Цзи тут же рефлекторно польстил:
 — Директор Хуан действительно предусмотрительный, авторитет старого руководства неоспорим.
 — Человек, о котором он говорил — это ты.
 Сюань Цзи остолбенел, а затем недоуменно вскинул брови.
 Это правда, что он пришел в Управление по контролю за аномалиями по собственному желанию, но было бы бесстыдством утверждать, что он стал директором Отдела ликвидации последствий в силу собственных способностей.
 Он и был тем самым «незаинтересованным», которого Сяо Чжэн призвал на помощь в Отдел восстановления. Однако, Сяо Чжэн, похоже, никак не ожидал, что расследование в этом, не имевшем к нему никакого отношения5, подразделении, в итоге повиснет над его головой. Казалось, что в глазах посторонних, не знавших всей подоплеки, эти двое находились в одной шайке.
 5 八竿子打不着 (bā gānzi dǎbuzháo) — досл. восемью палками не достать; знач. далеко, не иметь связи, не иметь отношения.