Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ)

 Сяо Чжэн откашлялся и неестественным голосом спросил:
 — Как Его Величество?
 — Все еще прикован к постели. Похоже, он боится, что я решу свести с ним счеты, — пробормотал Сюань Цзи. Он перегнулся через перила, выпустил изо рта дым и довольно усмехнулся. — Через несколько дней, когда он проснется, я вернусь в Отдел восстановления. Наверняка братья по мне соскучились.
 — Ах, да, — произнес Сяо Чжэн, — все хотел тебе сказать. Ты знал, что Ян Чао из твоего отдела уже прошел первый тур и теперь готовится к устному экзамену? Когда тесты закончатся, он тут же подаст в отставку. Похоже, он уверен в себе на все восемьдесят, нет, даже на девяносто процентов.
 Сюань Цзи ничего не ответил.
 Даже будучи старейшиной клана Чжу-Цюэ он так и не стал популярным среди коллег и вот, самый младший из команды покидает их.
 — Он сказал, что никогда не считал себя «особенным». Будет лучше, если он вернется к обычной жизни, — добавил Сяо Чжэн.
 Выражение лица Сюань Цзи отражало все, что было у него на душе.
 — Но ведь пламя Чиюань разгорелось вновь, неужели ничего не изменилось?
 — О, он сказал, что, после возвращения из Чиюань его способность к эмпатии заметно усилилась.
 — Но может, это никак не связано между собой, все дело в его утраченной родословной…
 Сяо Чжэн слегка улыбнулся и продолжил:
 — Стали известны результаты расследования по делу доктора Хань.
 — И что там?
 — Мы нашли учетную запись Ло Цуйцуя в мобильном приложении школы Истинного Учения и доказательства его связи с Гун Чэнгуном. Старина Ло пошел по стопам своего начальника, но теперь, когда они оба мертвы, мы уже не сможем их допросить. Сдается мне, они боялись, что отправленная в каньон исследовательская группа действительно что-то обнаружит, — сказал Сяо Чжэн.
 К сожалению, в тот день открылся алтарь.
 Доктор Хань, будучи представителем класса духовной энергии, занималась исследованиями «кровеносной системы земли». Она не могла не заметить то, что скрывалось в глубине древнего ока, особенно в момент, когда активность Чиюань внезапно возросла.
 — Гун Чэнгун приказал Ло Цуйцую уничтожить свидетеля, — заключил Сяо Чжэн. — Но никто не знает, зачем именно он это сделал. Доктор Хань и представить себе не могла, что кто-то из коллег предаст ее, потому Ло Цуйцую не составило труда заманить ее в глубь каньона, используя сигналы ревербератора. Эм... У директора Хуана никогда не было возможности поболтать с тобой наедине, потому он просил меня поблагодарить тебя.
 — Не стоит, — ошарашено пробормотал Сюань Цзи. — Мне слегка неловко, ведь не реши я в тот день покинуть алтарь, она бы…
 — Если кто-то умирает за правду, винить следует не правду, а того, кто желал ее скрыть, — торжественно заявил Сяо Чжэн. — Ты же древний демон, как ты можешь так легкомысленно разбрасываться словами?
 Сюань Цзи снова не ответил.
 — Слишком много людей погибло от рук школы Истинного Учения, в половине таких дел нет ни улик, ни следов. Теперь мы пытаемся расследовать каждый случай. Директор Хуан благодарен тебе за того свидетеля, который... ну… за тот старый шлем.
 — Не стоит благодарности… — отозвался Сюань Цзи.
 Сам ты шлем!
 — Мы возобновили расследование по всем случаям внезапной смерти среди носителей особых способностей, включая несовершеннолетних и незарегистрированных граждан. Что до наших прав и свобод, а также прав разумных инструментальных духов, таких как духи мечей, в будущем, правительству разных стран, вероятно, придется пересмотреть законодательство. Я надеюсь, что к тому времени…
 — Эй, кстати об этом, — перебил Сюань Цзи, — как поживает командир Янь?
 — Врачи не дадут ему вернуться к работе, пока не выведут из организма все металлические части. Кроме того, нет смысла заваливать его сообщениями, он все равно отвечает лишь пару раз в день, — вздохнул Сяо Чжэн. — Все свое время он проводит в отделе реставрации древних книг, ищет хоть какие-то сведения о русалках. Но русалочий род истребили, у них не осталось потомков.
 Однако не успел он договорить, как Сюань Цзи сунул ему в руки хрустальный флакончик величиной с цунь.
 
 — То есть, я хочу сказать... Это что еще такое? Раствор сульфата меди?
 Во флакончике плескалась голубоватая жидкость.
 — В тот день, когда я вернулся во времени на четыре тысячи лет назад, глава русалочьего народа дал мне это. Тогда я понятия не имел, что это за штука. Но в последние дни мне нечем было заняться, и я попытался расшифровать надписи на флаконе. Слова, начертанные на нем, из древнегаошаньского языка, — сообщил Сюань Цзи.
 Сяо Чжэн быстро догадался, чем это могло бы быть. Маленький флакончик, зажатый между его пальцами, казалось, разом потяжелел на целый килограмм. У богатого молодого господина задрожали руки. Крепко обхватив флакончик, Сяо Чжэн пробормотал:
 — Да, она же… такая древняя...
 — Должно быть, они изъяснялись на этом языке во времена жизни в «Небесном нефритовом дворце». Похожие надписи встречались и в самом дворце. Здесь написано «мост между жизнью и смертью», я думаю...
 — Так это русалочья кровь? — голос Сяо Чжэна дрогнул. — Помоги-ка мне... Позвони им! У меня заняты руки...
 — Кому позвонить? — осведомился Сюань Цзи.
 — Ребятам из Центрального диспетчерского пункта! — Сяо Чжэн выглядел так, будто держал в руках настоящую молнию. — Пусть доставят сюда сейф-термостат! Я готов преклонить перед тобой колени, откуда в твоих карманах такие сокровища?!
 Сюань Цзи нечего было на это ответить.
 До недавнего времени он и сам понятия не имел, что это такое!
 Король морей выудил этот флакон из-за пазухи и сквозь яростную бурю швырнул ему. Не поймай его Сюань Цзи, и последние капли русалочьей крови сгинули бы в пучине.
 Но эта находка залатала дыру, образовавшуюся между Сяо Чжэном и его старым другом, внезапно обернувшимся божественной птицей Чжу-Цюэ. Теперь богатый молодой господин беспокойно кричал, прося Сюань Цзи связаться с братьями из Центрального диспетчерского пункта. Прибывшая в коттедж группа поместила флакон в сейф, словно внутри находилась не русалочья кровь, а самая настоящая вакцина от зомби-вируса из «Обители зла».
 В прошлый раз у этих ребят не было возможности как следует «рассмотреть» воскресшую Чжу-Цюэ, потому теперь в их рядах царило небывалое оживление.
 Сюань Цзи, смеясь, отослал их прочь. Но не успел силуэт Сяо Чжэна раствориться вдали, как сердце божественного хранителя екнуло. Он оглянулся и внимательно посмотрел на окно спальни на втором этаже коттеджа.
 Забыв обо всем, Сюань Цзи расправил крылья и, взлетев, шагнул в раскрытое окно. В глубине души он чувствовал, что его «Чиюань», наконец, пробудился!
 Но ворвавшийся в комнату сквозняк лишь разметал лежавшие на подушке волосы Шэн Линъюаня. Спавший на кровати человек так и остался неподвижен.
 Неужели ему это только показалось?
 Сюань Цзи присел на корточки, и вспыхнувшие в его глазах искры снова погасли. Просидев так довольно долго, он снова вскочил на ноги, легким движением закрыл окно и, переместившись на край кровати, взял Шэн Линъюаня за руку.
 — Знаешь, я сам придумал тебе оправдание, — пробормотал Сюань Цзи, прижимая ладонь Шэн Линъюаня к груди, и с силой сжал зубы. — Просто скажи, что всегда знал о дарованной Дань Ли темной энергии, потому и позволил своей матери захватить себя... Мы зашли так далеко, без тебя я стану настоящим социопатом. Дань Ли ведь не настолько беспечный... Верно? Ты с детства обманывал меня, и в этом не было ничего плохого… Проклятие. А я ведь к этому привык. Линъюань, я больше не злюсь на тебя. Когда ты уже проснешься и посмотришь на меня?
 Но Шэн Линъюань молчал. Напротив, он послушно склонил голову к ладони Сюань Цзи, не желая быть обманутым.
 Он никогда в жизни не был таким покорным.
 Сюань Цзи зажмурился и, не удержавшись, впился зубами в белую кожу запястья Шэн Линъюаня, силясь выплеснуть весь скопившийся в душе гнев. Не в силах больше видеть Его Величество, он поднялся и вышел из комнаты.