Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ)
Сяо Чжэн и остальные, наконец, достигли места высадки. Шань Линь опрашивала коллег, пытаясь определить уровень аномальной энергии Большого каньона. Другая часть группы искала Ло Цуйцуя и основателя школы Истинного Учения.
— Уровень аномальной энергии постепенно падает.
— Что случилось? Почему? — осведомился Сяо Чжэн.
— Директор, нам удалось восстановить связь с филиалом горы Бицюань. Они сообщают, что на вершине, на которой находилась древняя гробница, началось извержение... Да, я знаю, что Бицюань не вулкан. Но похоже, вся та мощь, что должна была обрушиться в Чиюань, преодолела полстраны и осела именно там.
— Сюань Цзи, они… — удивленно пробормотал директор Сяо.
В этот самый момент за спиной послышался шелест хлопающих крыльев, и на стоявшее поблизости мертвое дерево приземлилась та самая ворона.
Наполовину лысая, птица казалась странно спокойной, а в глубине ее обсидиановых глаз плескалась пустота. Раскрыв клюв, ворона без лишних слов описала Сяо Чжэну ситуацию.
— Что, вас погребло под магмой? — услышав, что Сюань Цзи и Шэн Линъюань укрылись от лавовой реки под бронзовым треножником, Сяо Чжэн почувствовал, как в жилах стынет кровь. Как так вышло, что они до сих пор не превратились в «курицу нищего»? — Вам хватит воздуха? У вас есть еда и вода? Чем я могу помочь? Я немедленно пришлю к вам кого-нибудь…
Но не успел он договорить, как ворона внезапно забилась в конвульсиях. Птица дважды подпрыгнула на ветке и вдруг уткнулась в нее клювом, словно дятел.
Его Величеству так и не удалось придать вороне свой величественный вид.
— Похоже, мы вновь потеряли с ними связь, — заключил Сяо Чжэн.
«Не беспокойся, не потеряли, — вокруг птичьего тельца заклубился черный туман, и из темноты выплыли следующие строчки: — Ого, эта черная чирикалка такая толстая, вот это пузо... Тц, как она вообще может летать?»
Сяо Чжэн лишился дара речи.
И пусть он понятия не имел, что это было за заклинание, он без труда догадался, кому именно принадлежали эти слова.
Похоже, «мобильный телефон марки “ворона”» работал исключительно на громкой связи. Сюань Цзи и сам умел управлять птицами, ему не надо было просить об этом Шэн Линъюаня.
«Мне нужно кое-что сообщить, — продолжил Сюань Цзи. — Эй, Ваше Величество, позже я обязательно преклоню перед вами колени! Ты все равно не умеешь писать современные иероглифы! Старина Сяо, ты и твои ребята молодцы, но этого вам точно не разобрать. Какой позор. Неграмотный император».
Сяо Чжэн не нашелся, что ответить.
В части иероглифов, написанных Его Величеством, отсутствовали некоторые черты, но это никак не влияло на понимание. Более того, он всегда изъяснялся лаконично и по делу.
Но когда Шэн Линъюаня заменил это дурень, из черного тумана посыпалась куча ненужных слов со множеством ошибок, необъяснимых аббревиатур и глупых смайликов. Будто кто-то случайно открыл комментарии под видео. Одна единственная птица шумела как целая стая ворон. Сяо Чжэн чувствовал себя стариком, по ошибке заглянувшим на молодежный форум. Его голова пухла от потоков информации.
«Все в порядке, — наконец, сообщил Сюань Цзи. — Не нужно никого спасать. Гора Бицюань превратилась в огромный хого3, не стоит подкидывать в него овощи. Когда станет попрохладнее, мы сами отыщем выход. Не волнуйтесь, директор Сяо. Мы, скромные бессмертные, не столь требовательны к благам цивилизации. Мы сможем прожить без еды и питья, можем даже не дышать».
3 火锅 (huǒguō) — хого, китайский самовар (для приготовления горячих блюд из овощей, мяса и др.)
— Серьезно? Так вот кто тут бережет энергию и защищает окружающую среду. Раз уж ты у нас бессмертный, может, мне больше не нужно платить тебе зарплату? — сухо сказал Сяо Чжэн.
«Нет! Вот этого не надо! — «Сюань Цзи» спикировал вниз и принялся порхать вокруг директора Сяо, после чего храбро опустился на его макушку и посмотрел вниз. — И не ищите Ло Цуйцуя. Его съели... С вами еще не связывались ребята с Бицюань? Как там сейчас обстоят дела?»
Гора Бицюань вновь и вновь содрогалась от подземных толчков.
К счастью, местный рельеф был непригоден для проживания и поблизости не было населенных пунктов.
Разве что, на одном из склонов начался оползень, и прибывшим на место пожарным и спасателям пришлось отступить.
Ожидавший на борту вертолета наблюдатель опустил бинокль и с сомнением произнес:
— Похоже, на этой горе что-то есть.
— Бицюань превратилась в кипящий котел, конечно же, там что-то есть! Разве ты не видишь языки пламени?
— Нет, там внизу какой-то камень. Похоже на статую…
Земля и растения горы Бицюань обратились в пепел, песок и осколки валунов опасными реками катились со склонов вниз. А дальше, у подножия, действительно виднелся голубовато-серый камень…
— Господи…
Древняя гора внезапно оказалась огромной статуей богини.
Это была поистине искусная работа, мастер проработал каждый волосок. Каменная женщина казалась живой, но не совсем настоящей.
Никто не знал, что за голубоватый камень, но статуя, похоже, не боялась огня. Чем жарче было вокруг, тем яснее становился ее облик. Во лбу богини вспыхнула искра, ровно в том месте, куда рухнула прилетевшая из Чиюань половина тела Ло Цуйцуя.
В это время на другом конце страны ревербераторы продолжали транслировать свой сигнал, а Отдел восстановления занимался тем, что пытался успокоить людей. Без дела не остались и оперативники. Они отважно боролись с мутировавшими растениями, заполонившими весь каньон. У растения не было своего сознания, но они не прекращали атаковать. Но даже несмотря на их силу, оперативники быстро раскусили их тактику.
Придя в себя, Пин Цяньжу услышала поблизости радостные крики, за которыми последовал громкий шум. Группа оперативников с корнем выкорчевала из земли одно из деревьев.
Увидев, что к ним кто-то идет, один из них стянул с головы шлем и крикнул:
— Сестрица, мы малы, но уда…
Радостные крики резко прекратились. Довольный собой оперативник тут же замолчал и оглянулся на своих коллег…
На месте упавшего дерева зияла глубокая яма. А на дне ямы виднелся круг, сотканный из жертвенных текстов.
Письмена вились вокруг статуи неизвестной древней богини.
Она пролежала в земле тысячи лет, но на ней не было ни пылинки. Внезапно статуя шевельнулась и многозначительно улыбнулась оперативникам.
Глава 134
В уголке глаза Шэн Линъюаня появился каплевидный шрам, и Его Величество молча улыбнулся.
На руинах горы Бицюань, на горе Сишань и во множестве других «кровеносных систем земли», словно побеги бамбука после теплого ночного ветерка… выросли статуи. Некоторые из них были вырезаны из дерева, другие вылеплены из глины, третьи выточены из камня.
Казалось, статуи долго прихорашивались, тщательно отряхиваясь от пыли, прежде чем выйти на сцену финального акта и показать миру свое истинное лицо.
Глазами захваченной вороны Сюань Цзи рассматривал фотографии, сделанные оперативниками Управления у горы Бицюань. Он был ошеломлен. Лицо каменной женщины казалось ему знакомым. С минуту подумав, Сюань Цзи внезапно повернул голову.
— Похоже, это действительно она. Вернувшись из «Небесного нефритового дворца» я пришел к выводу, что возможных инициаторов можно по пальцам пересчитать. Но кто, кроме нее, пошел бы на такое? Люди вечно судачили о том, что я мало чем похож на своего отца. Неудивительно, что императрица Чэнь не желала меня видеть... Не в моих силах долго прятаться от неприятностей, — вздохнул Шэн Линъюань.
Чертами лица каменная богиня сильно напоминала Шэн Линъюаня. Они были словно близнецы.
И пусть Сюань Цзи видел ее впервые, вывод напрашивался сам собой. Статуя принадлежала принцессе Ваньфэй, доставившей немало проблем императорскому двору.
Ведь именно она была родной матерью Шэн Линъюаня.
— У меня в глазах рябит? — прошептала Шань Линь, — но... Лица этих статуй. Они меняются?