Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ)

 Шэн Линъюань посмотрел на него сквозь темноту и слегка смутился.
 Что для него значил Дунчуань?
 Когда ему было десять лет, он был на волосок от смерти, но его подобрал старый глава. С тех пор его скитания закончились. У него появился дом, где можно было спать, зная, что никто не разбудит тебя среди ночи, заставляя снова куда-то бежать. От его подушки всегда пахло грушевыми цветами. Шаманы называли его «маленьким Высочеством», как ребенка. Но едва заслышав это прозвище, он становился по-детски высокомерным. В Дунчуане он, наконец, познал все радости и печали, свойственные молодым людям.
 Дунчуань... Его единственная родина.
 Более сорока тысяч голов, что он собственноручно отрубил, холодной горой лежали у него на сердце, оберегая Дунчуань. У Шэн Линъюаня осталась лишь «общая ситуация», требовавшая своевременного решения.
 Но теперь гора рухнула, и белые черепа один за другим скатились на землю, вновь превращаясь в людей, способных разговаривать и смеяться.
 «Маленькое Высочество, поиграйте же с нами. Всех книг все равно не перечитаешь. Взойдешь на трон, и учись сколько влезет».
 «Маленькое Высочество, как тебе Дунчуань? Оставайся, мы выберем тебе в жены самую красивую девушку. Ты станешь одним из нас».
 «Маленькое Высочество, бери пример с Алоцзиня. Каждый раз, когда отец наказывает его, от воя сотрясается земля. Если в твоем сердце живет обида, расскажи об этом. Ты ведь еще дитя».
 «Маленькое Высочество, в будущем тебя ждет очень трудный путь, береги себя. Если кто-то тебя обидит, ты всегда можешь вернуться сюда, в Дунчуань. Никому не разрешают жить в доме великого мудреца, но его двери всегда открыты для тебя...»
 На тыльную сторону ладони Сюань Цзи упала горячая капля, и его сердце пропустило удар.
Глава 133
 В этот момент Шэн Линъюань, наконец, собрался с духом.
 К транслируемому ревербераторами сигналу внезапно примешался странный рев. Из густого дыма, окутавшего Чиюань, вылетели стаи призрачных бабочек, каждая из которых несла на себе искру. Бабочки взмыли вверх и подхватили летящий в недра каньона «метеорит». И мощь двух оставшихся Бедствий, вместе с сигналом ревербератора, понеслась дальше, мимо древнего ока «кровеносной системы земли», к горе Бицюань.
 Оказалось, что у каждого ока, куда доставили ревербераторы, находились наследники клана шаманов. Шаманы всегда стояли ближе всего к людям, но даже считаясь «особенными», их потомки почти не проявляли никаких способностей. Лишившись своего наследия, большинство из них поступили на работу в службы логистики. Например, в Отдел ликвидации последствий.
 Один из сотрудников что-то почувствовал. Он оглянулся, но за спиной никого не оказалось, лишь тихо шелестел в траве ветер.
 Пин Цяньжу же ощутила, как кто-то коснулся ее волос. Девушка обернулась и краем глаза заметила, как поблизости промелькнул и тут же исчез силуэт стройного юноши.
 А в это время сила, способная возродить Чиюань, бурным потоком стекалась к горе Бицюань, сравняв с землей большую ее часть.
 Своды древней гробницы треснули, и лучи восходящего солнца просочились внутрь. Тяжелое чувство, что давило на Сюань Цзи, внезапно исчезло. И его угасшие крылья вновь расправились!
 Но прежде, чем он успел взлететь, сверху хлынул водопад темной энергии. Все, чего она касалась, будь то скалы или камни, плавилось, превращаясь в раскаленную магму. Шэн Линъюань первым пришел в себя. Схватив Сюань Цзи, он тут же потянул его к жертвенному треножнику, резким движением перевернул бронзовый сосуд, и они оба спрятались под ним, словно под упавшим колоколом.
 Рев тысячи цунами обрушился на их головы. На мгновение Сюань Цзи показалось, что он непременно оглохнет. Но даже под натиском раскаленной магмы бронзовый купол оставался цел... Совсем как в древние времена, когда землю выжег легендарный небесный огонь, обративший духов в бегство. В той катастрофе уцелели лишь яйца божественной птицы Чжу-Цюэ, что покоились на дне жертвенного треножника. С того самого дня они были навечно связаны с Чиюань.
 
 С Чиюань, в котором без следа исчез призрак короля демонов.
 — Тц, еще бы чуть-чуть, — среди пылающего древнего леса мелькнула и вновь исчезла тень Гун Чэнгуна. Он поднял руку и изящно, словно скромная барышня, поправил волосы на висках. Но пальцы нащупали пустоту. Его волосы были не длиннее полуцуня. Гун Чэнгун помрачнел и опустил глаза, с отвращением глядя на свое старческое тело, после чего вскинул голову и обратил свой взор в сторону горы Бицюань. — Уже скоро я вернусь...
 В близлежащих от горы Бицюань районах всю ночь не было связи, но наутро сигнал, наконец, восстановился. На местных жителей тут же обрушились сообщения о возможном извержении вулкана. Началась массовая эвакуация.
 На руках у кого-то из взрослых сидела маленькая девочка. Ребенок что-то заметил и, с любопытством подняв голову, указал на небо:
 — Падающая звезда.
 Но у всех вокруг головы горели1 от напряжения, никто из присутствующих не обратил на девочку никакого внимания.
 1 焦头烂额 (jiāo tóu làn é) — обожженная голова и разбитый лоб (обр. в знач.: быть чрезмерно занятым или загруженным).
 — Падающая звезда? Ой, детка, это наверняка комета, — пробормотал дежурный полицейский. С этими словами он взял девочку на руки и аккуратно усадил в машину. Проводив взглядом удаляющийся транспорт, насквозь пропотевший полицейский снял с головы фуражку и, обмахиваясь ей, как веером, отправился помогать другим.
 Оказавшись в машине, девочка тут же прильнула к окну, не отрывая взгляда от крошечной сияющей точки в небе. Этой точкой оказалась вторая половина Ло Цуйцуя, долетевшая до горы Бицюань из недр Большого каньона. Скорость полета была настолько высока, а сопротивление воздуха таким сильным, что останки несчастного превратились в угли и с размаху рухнули в раскаленную магму.
 Под перевернутым треножником было тесно. Места внутри оказалось не больше, чем за столиком ресторана, а в высоту и того меньше. Примерно полтора метра. Взрослому человеку сложно было выпрямиться в полный рост, приходилось постоянно пригибаться.
 Сюань Цзи обнял Шэн Линъюаня и, заполнив все пространство своими крыльями, прижался спиной к стенке треножника, играя роль теплозащитного экрана.
 Но пару мгновений спустя он с удивлением обнаружил, что бронзовые стенки оставались холодными.
 Из разлома, высотой в десять тысяч чжан, водопадом лилась раскаленная магма, сопровождаемая всполохами яростного пламени, способного расплавить и золото, и нефрит. Но внутри треножника неба и земли стояла странная прохлада. Если бы не принадлежность к огненному классу, Сюань Цзи ни за что бы не поверил, что снаружи бушевал пожар. Казалось, что за бронзовыми стенками моросит дождь.
 Ни слова не говоря, Сюань Цзи крепче прижал к себе Шэн Линъюаня, зарываясь лицом в его длинные, перепачканные кровью волосы.
 Его Величеству ничего не оставалось, кроме как обратиться к общему морю знаний: «Эй… я все еще тут»
 Но Сюань Цзи продолжал молчать.
 Тц, что толку беспокоиться о ментальной связи, если под бронзовым колпаком не было ни цуня личного пространства?
 Но Шэн Линъюань не спешил отталкивать Сюань Цзи.
 Его Величество ужасно устал. Под треножником негде было сесть, потому ему пришлось опереться на распластавшиеся по стенкам огненные крылья. Он вытянул ноги и зажал рану, силясь остановить кровотечение. В сиянии своих перьев Сюань Цзи отчетливо видел бледное лицо Шэн Линъюаня. На сухой коже не осталось ни следа от недавних слез.
 Грохот, накрывший бронзовый треножник, казался невыносимым, но некоторое время спустя все успокоилось. Должно быть, их полностью погребло под магмой.
 — Кто знает, как долго нам придется здесь сидеть, — начал Сюань Цзи. —Этот коротышка, Алоцзинь, хотел нам помочь или же похоронить?
 С этими словами он вытащил из кармана пачку влажных салфеток, попутно удивляясь, что не выронил ее, и, бережно подхватив прядь волос Шэн Линъюаня, принялся стирать с нее кровь.