Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ)
Сюань Цзи мог бы с уверенностью опровергнуть его слова, но, вспомнив о том, как недавно в один клик опорожнил корзину, юноша прикусил язык. А встретившись глазами со взглядом Шэн Линъюаня, он и вовсе не знал, куда деться от стыда. Сюань Цзи жутко хотел найти в земле расщелину и закопаться в нее.
Шэн Линъюань слышал, как та маленькая толстушка из Отдела ликвидации последствий, что-то говорила про «Соглашение о полной ответственности». Сначала ему показалось, что маленький демон просто съел что-то не то. Затем он почувствовал, что у Сюань Цзи, похоже, имелись на это свои причины. Они все оказались в одной лодке. С этим «Соглашением о полной ответственности» он получал больше свободы в передвижениях. Как хорошо, что его противник оказался таким искренним. Если он не будет искать неприятностей, то Сюань Цзи, получив персик, без сомнения одарит его сливой7. Но, как бы то ни было, он не желал оставаться в этом мире надолго. Он хотел поскорее решить все проблемы и, наконец, упокоиться. Это «Соглашение о полной ответственности» не сможет связать его на всю жизнь.
7 投桃报李 (tóutáo bàolǐ) — получил персик и отдарил сливой (обр. отдарить; отблагодарить; ответить любезностью на любезность).
Подумав об этом, Шэн Линъюань просто не мог не взглянуть на Сюань Цзи. Пусть они и не испытывали друг к другу глубокой ненависти, но с самой первой встречи их сопровождали одни конфликты. Хотя этот маленький демон любил поиграть и совсем не казался надежным, он прожил среди людей очень много лет. Хитрости ему было не занимать. К тому же, он был крайне заинтересован в этом деле и умел четко расставлять приоритеты... Его Величество привык смотреть на людей с разных сторон. Но он никогда бы не подумал, что влюбленность затуманит Сюань Цзи разум. Теперь он был у него в долгу.
Директор Хуан добродушно ухмыльнулся и мягко посоветовал:
— Ох, поймите же, в таких сложных делах следует действовать по обстоятельствам.
Однако Сяо Чжэн не унимался.
— Неорганизованные, недисциплинированные, абсолютно беспардонные! Таких людей как вы следует...
— Хорошенько похвалить, — директор Хуан похлопал его по плечу и продолжил, — в этот раз, нам следует поблагодарить наших товарищей за молниеносную реакцию. Если бы не они, второе жертвоприношение могло бы обернуться невообразимой катастрофой. Молодцы, ребята! Подумать только, сто восемь воплощений. Слушаю об этом и обливаюсь холодным потом.
Сюань Цзи лишился дара речи.
С этими словами директор Хуан принялся хвалить всех по очереди. Даже «дух меча» Шэн Линъюань не остался в стороне. Они обменялись любезностями, и директор Хуан принялся расспрашивать о здоровье Янь Цюшаня. Похоже, его мало волновало все случившееся, но он действительно беспокоился о Янь Цюшане, о прогнозах, о различных семейных обстоятельствах. В конце концов, он должен был серьезно подумать над тем, как следует поступить с бывшим командиром «Фэншэнь».
— Командир Янь всегда был настоящим героем. В тот год... решение о наказании Чжичуня было поистине бесчеловечным. Чжичунь был ранен при исполнении, но Управление не смогло позаботиться о нем, и он нанес внешнему миру немалый ущерб. Однако, ответственность за это лежит именно на Управлении. Что мы можем с этим сделать? Младший Сяо, не забудь передать службам материально-технического обеспечения, аудиторам и инспекторам, чтобы они прибыли сюда. Мы возобновим расследование по делу об отравлении Чжичуня, пусть даже посмертно, но мы все компенсируем. Его честь должна быть восстановлена! Мы не позволим нашим героям, стоящим на передовой, истекать кровью и проливать слезы.
После таких пламенных речей голос директора Хуана изменился. Он серьезно сказал:
— Я собрал самых квалифицированных оперативников класса духовной энергии из трех элитных подразделений и сформировал из них экспертную комиссию. Мы передадим преступника им. Это дело имеет огромное значение для Управления по контролю за аномалиями, нам нужны любые зацепки. Если есть хоть одна ниточка, мы распутаем этот клубок. Мне все равно, кто за этим стоит, будь то невероятно могущественный человек или древний предок. Будь это хоть небожитель, я обязательно докопаюсь до правды.
Сказав это, директор Хуан слегка сжал плечо Сяо Чжэна. Директор Сяо, совсем недавно лаявший как собака, тут же затих и чопорно поправил очки. Он изо всех сил пытался сохранить видимую холодность, будто все эти дела не имели к нему никакого отношения, но в итоге потерпел неудачу.
Глядя на это, Ван Цзэ остолбенел. Он вдруг вспомнил, что самая первая стажировка Сяо Чжэна проходила в рядах «Фэншэнь»... Неизвестно почему, но, ходят слухи, что все странные типы, страдающие от проблем в общении с людьми, идут именно в «Фэншэнь».
Позднее, из-за своего имиджа, престижного образования и высокого положения его семьи, Сяо Чжэна перевели в «Лэйтин». В отличие от стада дикарей из «Фэншэнь», разъезжавшего по всему свету, «Лэйтин» занимались более крупномасштабными задачами, такими как обеспечение безопасности при проведении международных дипломатических контактов и так далее. В Министерство безопасности Главного управления часто попадали выходцы из «Лэйтин». Но даже несмотря на все свои заслуги, этот парнишка просто взял и отказался от всего. Командир Янь всерьез заботился о его будущем. Он обошел всех и каждого, прося выдать ему приказ о переводе, и самолично подписал его. И после этого Сяо Чжэн, эта запущенная раковая опухоль второй стадии, серьезно поссорился с командиром Янем.
Ван Цзэ вспомнил цепочку сообщений, отправленных командиру Яню стариной Сяо и, наконец, понял, что директор Сяо был в ярости не потому, что они действовали не по уставу и не отчитались перед «начальством»... А потому что они не рассказали ничего ему, своему брату.
Глаза Ван Цзэ внезапно покраснели, и все обиды из-за ситуации с пропажей осколков Чжичуня разом исчезли. Он шагнул к директору Сяо, сгреб его в охапку и похлопал по спине. Сяо Чжэн напоминал разъяренного кота, чей хвост превратился в щетку для пыли. Его лицо разом потемнело. Он тут же оттолкнул Ван Цзэ, но когтей не выпустил, более того, он не сказал ни единого грубого слова.
Шэн Линъюань без особого интереса выслушал лекцию Сюань Цзи о том, кто есть кто и чем они все здесь занимаются. Бросив на собравшихся холодный взгляд, он быстро понял, что этот «директор Хуан» был обычным человеком, каким-то образом затесавшимся в круг «особенных». На первый взгляд все выглядело крайне запутанным, но на самом деле ситуация была еще сложнее. Казалось, что после вступления в должность он так ничего особенного и не сделал, но на деле директор Хуан без труда прибрал к рукам этих высокомерных типов из Министерство безопасности и внедрил в их ряды своего представителя, Сяо Чжэна. Теперь же, ему понадобилось лишь несколько слов, чтобы устранить разрыв между новым главным диспетчером и его равноправными братьями, и, наконец, привлечь «Фэншэнь» на свою сторону.
По сравнению с матушкой Юй, что сотни лет пряталась в сточной канаве и строила козни, кто знает, на что еще он был способен.
«Похоже, для людей нет ничего невозможного, — с легкой насмешкой и некоторым облегчением подумал Шэн Линъюань. — Герои тоже бывают разными».
Вдруг директор Хуан словно что-то почувствовал и повернулся к Шэн Линъюаню. Когда их взгляды встретились, они оба, казалось, не на шутку удивились, но в итоге два старых лиса лишь добродушно улыбнулись друг другу. Один искренне и честно, другой ласково и мягко, обязуясь взаимно уважать и ценить друг друга8.
8 惺惺相惜 (xīngxīng xiāng xī) — взаимно уважать и ценить друг друга (о людях с похожими характерами, способностями или опытами).
— Вы ведь впервые в Главном управлении? Я бы попросил юного Сюаня показать вам, как у нас здесь все устроено, но, к сожалению, сейчас у нас идет ремонт... — вежливо начал директор Хуан.
Здание Управления по контролю за аномалиями поддерживало множество изощренных массивов. Но несколько месяцев назад, во время инцидента с темным жертвоприношением Би Чуньшэн, в старое дерево, стоявшее в вестибюле, ударила молния, нанеся огромный ущерб магическим кругам на других этажах. После генеральной уборки сотрудники Управления работали сверхурочно, трудясь над восстановлением здания: начиная с вестибюля, они успели запечатать более десятка наземных этажей.