Помощница директора Забытой Академии (СИ)

Убедившись, что я пошла к Калебу, который лежал без сознания и тихо стонал, Алан развернулся и стремительно покинул холл Академии. Он ушел, оставив меня наедине со своими мыслями и ранеными, но волновало меня не это. Волновали меня тела погибших в этой бессмысленной борьбе.
***
Устроившись рядом с Калебом я, стараясь не смотреть на слипшиеся от крови волосы на его затылке, принялась осторожно поглаживать парня по руке, пытаясь восстановить в памяти хронологию событий. Все события были перепутаны в моей голове и выглядели, скорее, как яркие вспышки в мешанине звуков, картинок и откровенных провалов.
Взрывается защитный купол и все приходит в движение. Из бального зала, гостиной и даже столовой в холл бегут студенты и педагоги, все что-то кричат, поторапливая подростков. Мэтр Картуш берет на себя ответственность и пытается распределить роли магов, отправляя нас с Энни на второй этаж. Экономка зашла с детьми в библиотеку, проверить, все ли на месте, и в этот момент дверь на моих глазах покрылась рябью и исчезла, оставляя вместо себя ровную стену. Академия как могла помогала нам сохранить жизни студентов. Помню, тогда я даже обрадовалась, что пожилая женщина тоже будет в безопасности.
Провал.
Окна на первом этаже рассыпаются фейерверком осколков по комнатам, выбитые где-то мощным ударом магии земли, где-то просто разбитые ожившими. При том взрыве сильно поранило лицо мэтра Ирвина, но, казалось, он даже не обратил внимания на рассеченную щеку от виска и до самого подбородка. Вместо этого он кидает в пытающихся прорваться через оконные проемы оживших россыпь небольших бусин, похожих на жемчужины. Как только невинные с виду шарики соприкасаются с мертвыми телами, те начинают гореть как факелы.
Вроде бы пожар, разгоревшийся из-за этих "снарядов", тушил Матрав.
Провал.
Я стою у подножия лестницы на второй этаж и с удивлением смотрю на лабиринт коридоров передо мной. Каким образом в холле Академии появилось все это, я не знала, как-то не до того было. Кажется, я убегала от одного из оживших, когда у меня за спиной выросла стена. Вот тогда-то я и обернулась, увидев, наконец, изменения.
Неожиданно из-за угла выбежал Урват, на кончиках пальцев которого сверкало уже готовое сорваться заклинание. Его силу удалось увидеть в тот момент, когда мэтра схватил оживший, руками раздирая бок старого учителя. Видимо, от неожиданности и боли мэтр махнул рукой, посылая заклинание. Вот только полетело оно не во врага, а прямиком на второй этаж, врезаясь в стену и оставляя в ней огромный пролом обрушившихся во внутрь кирпичей. Как позже выяснилось, один из них попал в Энни. Адара, нашедшая меня какое-то время спустя, со слезами на глазах призналась, что вылечить любимую всеми старушку она не смогла. Рана на ее лице затянулась, но в себя любимица Академии больше не пришла.
Провал.
Мы почему-то стоим на улице. У меня в руках те самые "жемчужины" Ирвина. Их осталось очень мало, поэтому кидать приходится редко, стараясь одной поджечь сразу нескольких оживших. Такое иногда удавалось, если они шли слишком близко друг к другу. Рядом со мной стоит Лиам, прижимая к груди свою руку. Наверное, перелом. Почему мы с ним оказались во дворе? Для чего? Не помню! Зато помню, как кинула последнюю бусину и повернулась к парню, чтобы закричать ему, что пора бежать, но неожиданно почувствовала крепкую хватку на локте. Я даже не успела ничего сделать, как из-за спины Лиама выкатился розовый глазастый шарик и с грозным “Мррррря!” бросился в отчаянном прыжке, как какой-то резиновый мяч, отбитый об асфальт, через мое плечо на ожившего.
Я обернулась, резко выдернув руку из захвата, чтобы увидеть, как маленький отважный мурурчик залепил своим пушистым тельцем лицо ожившего и как его, разрывая на части, откидывает в сторону зверь, бывший когда-то обычным жителем какой-то из деревень. Вопль отчаяния вырвался из моего горла вместе со слезами, когда я поняла, что Сорго, любимца Алана, больше нет! А когда примеру розового героя с огромными глазами последовали и его братья, страшно закричал и Лиам. Ведь его малыш тоже был там. Муруры, самые милые существа этого мира, оказались храбрыми и верными до конца, они дали нам с Лиамом шанс убежать от неминуемой смерти, ведь оживших становилось все больше.
 
Провал.
Я стою в нашей с Аланом спальне, кажется, поднялась сюда за своей сумкой. Что мне могло в ней понадобиться? Стою и плачу, потому что сердце обливается кровью и во мне крепнет уверенность - Алан в опасности. Вот прям сейчас ему что-то угрожает и сделать что-либо я не могу. Рванув ворот рубашки, вытащила кулон и заорала что было сил:
- Ашру-ус! - снова и снова я повторяла его имя вперемешку со всхлипами, давясь словами и стараясь преодолеть спазмы в горле, не дающие мне нормально говорить. -Аш... Ашрус. Аш...
Он появился почти мгновенно. Вышел из своего дымчатого облака, серьезный, хмурый с поджатыми губами. А когда увидел разорванный рукав моей рубашки и слезы на грязном лице, - я где-то упала и содрала кожу на щеке, - он выругался так заковыристо, что я даже на минуту замолчала. Такой неожиданный микс из местных проклятий, русского мата и гневных реплик на незнакомом мне языке не мог остаться незамеченным.
Кто?
Я и не знала, что этот молодой, всегда улыбчивый парень умеет так грозно рычать. Он даже выглядел в этот момент старше, лет на десять точно. Особенно взгляд, в котором стыл лед.
- Алан, найди Алана. Ашрус, пожалуйста, верни его мне. Аш...
Я снова сорвалась в рыдания, даже не пытаясь вытереть градом катившиеся слезы. Мне казалось, что мы теряем время, но пока я не ответила, что на Академию напали, упрямец так и не ушел. Вроде он велел мне оставаться в комнате. Но стоило ему исчезнуть, как я, схватив с полки несколько простыней, быстро сунула их в сумку и побежала вниз.
Провал.
В следующий раз я пришла в себя уже от крика Алана. И вот сейчас я сидела рядом с Калебом и даже не знала, когда он успел пострадать. Звуки боя раздавались с улицы. В самой Академии воцарилась жуткая тишина, для меня нарушаемая лишь редкими тихими стонами Калеба и болезненной руганью мэтра Ирвина, которой сидел на полу, прислонившись к стене гостиной с черными подпалинами.
- Алиса, - позвал он меня и я подняла взгляд на мужчину, - а что вы сделали с тем разумным?
Нахмурив брови, я смотрела на кусок некогда белой ткани, прижимаемой мэтром к ране на лице. Думаю, я знаю, для чего мне понадобились простыни. Интересно, а где-то в других комнатах также сидят или лежат пострадавшие? А еще мне хотелось бы вспомнить, каким образом Энни и молодой преподаватель Чарод оказались лежащими здесь, недалеко от коридора, ведущего в столовую. Оба с навсегда закрытыми глазами. Хотя нет. Пожалуй, сейчас об этом думать не хотелось, поэтому я постаралась ответить Ирвину:
- Восстановила его магпотоки. Всего лишь.
Мэтр долго молчал, рассматривая меня как любопытный экземпляр в своей мастерской, а затем заговорил:
- Вы всего лишь спасли всех нас. Насколько я понимаю, именно этот разумный управлял мертвецами.
- Почему вы называете его "разумный"?
Мэтр пожал плечами и поморщился, так как это движение точно не было безболезненным.
- Он оживший, на что явно указывает парящий рядом с мэтром Тёрнером дух, но в то же время он, в отличие от остальных мертвых, сохранил разум. Отвечает за свои действия и владеет магией. Он удивительный.
Мысленно я рассмеялась: это Алан удивительный, это он смог сделать такое с умирающими друзьями. Вот только к чему это привело? И что за дрянь окутывала магические потоки Дэмиана? Хотя не так, то, что это тоже была нить силы, я поняла, но каким образом?!
Вот только разговаривать сил не было, поэтому в комнате снова повисла относительная тишина. Ровно до тех пор, пока наверху не показалась Адара.
Я сначала даже не заметила девчушку, пока она не позвала меня дрожащим голоском: - Али-ис, Калеб... он... Алис?