Сердце Змея (СИ)
Сто. Панель пискнула, заставляя малыша вздрогнуть, и показала запрос на активацию языкового адаптирования. Из капсул хранения на поясе достала звуковые адаптеры, похожие на беспроводную гарнитуру и под заинтересованные взгляды присутствующих надела на уши. Металл чуть холодил кожу ушных раковин, а потом часть отделилась и продвинулась в слуховые проходы. Эх, я готова. Подтвердив запрос на панели наруча, я скривилась от резкой боли во внутреннем ухе, распространившейся глубоко в голову, чем испугала присутствующих. Никогда не любила момент быстрого внедрения полученных знаний. Ужас, проще учить и запоминать, чем терпеть такое. Только сейчас обстоятельства требуют действовать быстро.
Сначала слова нагов не отличались от прежних, только в висках застучало от новой порции боли, но спустя несколько секунд я начала улавливать значение то тех, то других слов. Если всё пройдёт хорошо, то в ближайшие дни программа завершит процесс, и язык будет как второй родной.
Вот это да! Они ещё какого-то старичка привели в дом, чтобы тот меня осмотрел. Видимо, это лекарь. Он спрашивал у хозяйки дома симптомы моего недомогания и всё внимательней всматривался в меня. Так особо внятности не добившись, старичок с улыбкой подошёл ко мне и стал осматривать. Ему было предоставлено мало пространства для нужного осмотра, но он и не спешил ко мне прикасаться. Осматривал лишь внешне, то охая, то ахая. Ноги, руки, лицо. Особенно его заинтересовали глаза. Всматривался в них, пока я окончательно не смогла сосредоточиться на его чёрных радужках.
Удовлетворительно кивнув самому себе, лекарь что-то проговорил в сторону хозяйки, не сводя с меня взгляда. Женщина сказала что-то своим мужчинам, и те бросились вглубь дома, быстро вернувшись вместе с подавшей чай девушкой. В этот раз она спешно преподнесла мне пиалу с каким-то мутно-зелёным отваром. А старик заставил меня его выпить.
Отвар имел мятно-эвкалиптовый вкус с привкусом душицы. О, самое то для головы. Мне даже начало становиться легче. Такими темпами минут через десять-двадцать основной болевой синдром пройдёт. А пока я ловила кайф облегчения, лекарь продолжил свой осмотр.
- Осшиэс, - выдохнул он, осторожно беря меня за руку. – Нар! – и столько удивления.
- Нар? – неверяще переспросила Старейшина.
А мозг, отдавший лёгким спазмом сосудов, подсказал, что это слово одно из базовых и обозначает «человек». И что такого удивительного в этом?
- Нари се раштру! Нари анритва! – почти прорычал наш сопровождающий. Мозг выдал скорее образами обозначения слов, получилось что-то вроде «людей не существует, люди – сказка или миф». И пока я формировала образы в слова, Киаш, подползая ко мне, испугано пискнул:
- Шард!
Хм, никакого отклика на это слово. Может, тогда это имя ворчуна? Да, скорее всего.
Чуть отодвинув от себя малыша и лекаря, увлёкшегося моим лицом и волосами, поднялась на ноги и ввела на дисплей команду «открытие и автономное поддержание скафандра». С тихими пшиками мой доспех открылся, и передние панели отъехали - каждая в стою сторону, - позволяя мне вышагнуть из железного одеяния. Наги ошеломлённо ахули, а воин даже отступил назад, во все глаза смотря на моё почти голое тело. Ого! Он даже покраснел слегка!
На мне было лишь нанобельё в виде овальных чашечек для поддержки груди и специальной модели трусиков без боковых держателей, закрывающих только самое пикантное и чуть больше этого, идя от лобка до копчика. Бельё было устроено так, чтобы я не боялась ходить «под себя», ведь нанороботы всё устранят и переработают в топливо для скафандра. Даже женские дела.
Пока все ошарашено смотрели на меня, старик-лекарь не упустил шанса ещё внимательней осмотреть открывшиеся просторы. Особенно бёдра, ноги, ступни и даже пальцы. Для полного эффекта жестами попросил меня пройтись по комнате. Ну, я и прошлась. Ещё и как положено женщине – от бедра.
- Осшиэс! Осшиэс! Осшиэс, - только и восклицал старик. Кажется, это эквивалентно слову «удивительно».
А вот бедный сопровождающий весь раскраснелся и вперил взгляд в потолок, когда понял, что слишком сильно пялится на мою попу, и я это прекрасно вижу. Пришлось вернуться в свой скафандр, дабы и дальше не смущать свидетелей.
В комнате повисла тишина. Никто не знал что сказать. Нет, нагов, конечно, разрывало изнутри любопытством – лекаря уж точно – и вопросами, но задавать их непонимающему глупо.
________________________________________
*
Шарше ва? – Кто вы/ты?
Ракша ри руссти - Уйди за стражу.
Рка - Нет.
Мира ратва! Мира се асшури! Эсе штакра виа аэс! – Мира хорошая. Мира не усшури – асуры или демоны. Она спасла мне жизнь.
глава 2
Ближе к вечеру, во время ужина один из до сих пор не вернувшихся ко мне дронов заметил странное движение на Юго-Востоке, о чём сообщил писком на панель правого наруча. Киаш вздрогнул, но любопытство, свойственное всем детям, какой бы расе они не принадлежали, взяло вверх. Малыш подполз ближе и заглянул на экран, когда я опустила руку.
- Мира? – вопросительно посмотрел он на меня.
Но ответить или просто сделать что-то я не успела. В деревне резко поднялся испуганный крик. Естественно, что мы тоже высыпали из дома на улицу. Жители испугано охали, вскрикивали и показывали в указанном мне ранее направлении. Над грядой холмов, скал и рядом с одной из вершин гор вздымались столбы чёрного дыма.
Расстояние до эпицентра задымления примерно с десяток километров. Адаптация языка ещё в начальной стадии, но я уже смогла понять по переговорам мужчин, поспешивших к нам, что там находится ещё одно из поселений нагов. Все думали, что им делать, как быть, если напасть дойдёт и до них.
Посмотрев на обнявшего мою ногу Киаша, я увидела лишь страх, тоску и обречённость. Да, он уже пережил тот кошмар, что сейчас обрушился на других. И, не смотря на свои устои и все известные мне правила, я вдруг задалась вопросом: «А могу ли я помочь? Ещё не поздно?»… Смогу, но...
Я осторожно опустилась на корточки перед малышом, взяв его за плечи и отнимая от своих ног. Все были слишком заняты, чтобы обращать на нас внимания. Маленький наг смотрел на меня вопросительно, но словно понял, что я собиралась сделать, поэтому только кивнул, сжавшись в комочек у меня на груди, позволяя крепче себя обнять. В этих объятьях осторожно достала из набедренных креплений маленький браслетик и застегнула на ручке малыша. Киаш удивлённо, но как-то без энтузиазма начал его рассматривать, но тут же вскинул на меня сияющие глазки, стоило мне ему тихо прошептать понятное:
- Я вернусь и смогу тебя найти, - указала на браслет, такой тонкий в свёрнутом положении, что едва заметен на его руке. - Жди меня, Киаш.
Он чуть не заплакал, но кивнул. А я выпрямилась, надела шлем и, не оборачиваясь ни на кого, направилась в сторону задымления. Сначала шагом, потом перешла на лёгкий бег, чтобы мышцы начали привыкать к импульсам постепенной нагрузки, а потом перешла на скоростной. Если использовать возвышенности, как трамплины и планировать с них в лёгком или даже бреющем полёте, то к месту я прибуду минут за пять или десять.
Но толи я ошиблась в расчётах, то ли преграды были не до конца просчитаны, но до разрушенного поселения я добралась через полчаса. И застала только руины. Что же это за сила такая у врага, чтобы так быстро сметать небольшие деревушки? Или не быстро.
Присмотревшись к некоторым деталям, поняла, что нападение произошло около четырёх или даже пяти часов назад. Но что тогда задымилось так поздно? Осмотрелась. Горела странная куча чуть в стороне от построек. Ну, как горела: пламя уже утихло, а вот оставшееся… А что это? Только приглядевшись узнала части тел, кучей сваленных друг на друга и сгоревшей. И это были не наги, а асуры. Их останки сожгли. Но возникает вопрос: кто? Никого я не видела по пути сюда. Может те асуры, что вышли победителями и потом просто ушли?