Ты будешь моей (СИ)

Размазать бы эту помаду…
— Пошли в мой кабинет, буду тебя собеседовать.
Бутылку я забираю с собой. Мало ли, вдруг потом придется обрабатывать царапины одной дикой кошки?
— Ты серьезно? — взвивается Агата.
Я пытаюсь понять, что ее задело на этот раз, и прихожу к выводу, что она не так расценила мою фразу.
— Нормально поговорим, чудо. Юбку можешь оставить на месте, но личная инициатива поощряется, — подмигиваю ей, опять вгоняя в состояние легкого смущения, и иду к ступеням.
Приваливаюсь к перилам, постукиваю пальцами по ним.
— Дамы у нас вперед.
Скрываю тот факт, что мне будет куда посмотреть, пока она поднимается.
На каждый шаг ее ягодицы покачиваются, и я конкретно подвисаю. Накатывает идея даже достать телефон и заснять на видео эту прелесть, но Агата слишком быстро оказывается наверху.
В кабинете я сразу предлагаю ей присесть. Сам наклоняюсь так, чтобы незаметно втянуть запах, которым пропитаны распущенные волосы. В нос ударяет какая-то сладость.
— Ян, если ты предложил мне работу ради шутки…
— Никаких шуток, — перебиваю ее. — Я вполне серьезно предложил.
— Но у меня же нет опыта в этой сфере.
Почему-то сразу вспоминается блондиночка, говорившая мне пару часов назад ровно то же самое.
— Опыт — не проблема, наработаешь. Да и нет здесь ничего сложного. В клубе будет охрана, к которой ты сможешь обращаться в случае чего. Самой лезть никуда не надо, на тебе повиснут другие вопросы.
— Какие?..
Во время краткой обрисовки обязанностей ее будущей должности я веду себя вполне серьезно. Профессионально, даже сказал бы. Никаких подколов и двусмысленных фраз, мы с Агатой обсуждаем все без шуток.
Когда я озвучиваю порядок цифр в зарплате, у нее округляются глаза. Крошка переспрашивает, не забыл ли я упомянуть о дополнительной нагрузке, и кивает с некоторым облегчением, когда я говорю, что все будет официально.
— Это нормальные деньги, которые обычно получает администратор в приличных заведениях, — на днях я заглянул в вакансии, чтобы примерно прикинуть, сколько отстегивать. Тогда еще не знал, что у меня так все срастется с Агатой. — Машину сможешь взять точно поприличнее твоей развалюхи.
Она отводит взгляд. Облизывает губы и прячет от меня руки, чтобы я не видел, как они ходят ходуном.
— Я… Я согласна, — ее дыхание учащается. — Но только с условием.
— Это с каким же? — заламываю бровь, хрипло переспрашивая. Все пытаюсь разглядеть, какое у нее там белье под этой монашеской рубашкой.
Ну не может ведь она быть без него…
— Ты не будешь меня клеить, — У Агаты сейчас такое лицо, как будто у нас была длинная партия в шахматы и она, наконец, поставила мне мат.
— Предположим, клея у меня нет, — откидываюсь на спинку кресла, продолжив внаглую таращиться на ее грудь.
— Ян…
— Давай-ка уточним. То есть ты не хочешь, чтобы я зажимал тебя по темным углам, не хочешь мои руки на своем соблазнительном теле, против слишком близкого расстояния между нами, когда твои губы оказываются в миллиметрах от моих. Я не должен шлепать твою попку и прижиматься сзади, заставляя тебя дрожать каждый раз…
На ее щеках проступают красные пятна. Агата тяжело сглатывает, когда я продолжаю, специально понизив голос до хриплого шепота.
— Мне нельзя трогать тебя, нельзя целовать и скользить языком по шее, задевая твои миленькие ушки. Никаких пальцев в волосах, чтобы ты ненароком не застонала, когда я намотаю их на кулак, да, детка? И мне останется только гадать, что у тебя под юбкой, чулки или колготки, которые я сразу же разорвал бы, — у меня аж у самого в штанах шевеление от представления всего этого. — Водички хочешь?
— Хочу…
Я усмехаюсь, потому что не уверен, что это был ответ на вопрос про воду.
Ставлю перед Агатой стакан, ладонями упираюсь в столешницу, вообще никак не касаясь ее.
— Понял, радость. Еще какие-то пожелания будут?
Она даже не замечает, что свое обещание я ей так и не дал.
Глава 6
Агата
Вот уже три недели как я работаю у Яна в клубе, и за это время количество раз, когда мне хотелось оставить отпечаток своей ладони на его лице, перевалило за сотню.
 
Он не распускал руки, но его поганый язык справлялся и так.
Я старалась одеваться максимально закрыто и неброско, но мой непосредственный начальник все равно в каждый свой визит находил самые разнообразные поводы для двусмысленных фраз.
Это ужасно утомляло. В первые дни я находила в себе силы парировать так же остроумно, но потом сдалась, кинув в него мокрой тряпкой вместо белого флага. Не подействовало.
Каждый день, возвращаясь с работы, я бросала взгляды на неоновую вывеску фитнес-клуба, который открылся через два дома от нашего с Ди. Особенно меня привлекала реклама персональных занятий по боксу.
Как же замечательно было бы представлять на месте груши Яна… Но, увы, времени совсем не оставалось.
— Паш, третье опоздание за неделю, — ловлю бармена, который опять пришел на сорок пять минут позже.
Его обязанности приходится исполнять официанткам, и это сильно замедляет приготовление напитков.
— Я исправлюсь, — он растягивает губы в свою фирменную улыбку. — Не надумала сходить куда-нибудь?
— Кажется, я просила не переходить на «ты» во время рабочего процесса, — вырываю локоть из его руки.
— Ты чего такая ершистая? Одним делом занимаемся, расслабилась бы уже, — Паша опять сверкает зубами и придвигается ко мне.
— Прекрати вторгаться в мое личное пространство, когда я этого не хочу…
— Так захоти, — прерывает он меня.
— Еще одно опоздание обернется для тебя штрафом в десять процентов от зарплаты. Имей в виду, — заканчиваю разговор, оставляя его злиться одного посреди кухни.
Как будто мне одного Яна не хватает.
С начала моей работы я со всеми наладила общий язык, но Паша оставался как будто вне коллектива. Он держится обособленно и проявляет ко мне повышенное внимание, флиртуя и каждый раз в его смену приглашая провести время вместе.
Раздражает.
Еще немного, и мне придется поговорить с Яном о смене бармена. Если он в первые недели позволяет себе опоздания и такое поведение, то дальше все будет лишь усугубляться.
Сегодня суббота, и гости начинают постепенно собираться. Обычно самый пик у нас с полуночи до двух, но и в остальные часы людей хватает.
Если у меня нет никаких срочных дел, я провожу свое время в кабинете. Проверяю отчетность, составляю заявки для поставщиков, иногда все же спускаюсь в зал, чтобы оценить все происходящее.
Вот и сейчас я закрываю дверь на ключ и выплываю в зал, занимая свое привычное место у перилл и поглядывая на танцпол.
— А я как раз к вам, — рядом останавливается Виталина, протягивая мне небольшую кружку кофе на блюдце.
— Я вроде не просила… — приподнимаю уголки губ. — Но спасибо, чашка крепкого эспрессо никогда не помешает.
— Паша передавал свои извинения. Он сказал, что все осознал и впредь будет приходить вовремя.
Вита кивает мне и убегает дальше обслуживать свои столики.
Интересно, а кофе можно считать взяткой? Я делаю первый глоток и довольно зажмуриваю глаза, совсем скоро мне станет легче хотя бы на пару часов, и я перестану клевать носом над документами.
У Нади прошлой ночью случился приступ, Юля позвонила мне вся перепуганная, а потом мы ждали скорую, которая все никак не хотела приезжать. Уснуть после возвращения домой мне так и не удалось.
В итоге я вторые сутки на ногах без сна, и это начинается отпечатываться на рефлексах.
Кофе я допиваю уже в кабинете и решаю отнести чашку на кухню, чтобы не плодить грязь на столе. Да и что-то у меня совсем уже плохо с глазами — цифры плывут, сосредоточиться никак не получается.
Небольшой перерыв, приправленный физической активностью, придется к месту.
— Агата Юрьевна, — меня опять вылавливает Вита, на обратном пути. — Там на баре какие-то проблемы. Не могли бы вы подойти?