Ты будешь моей (СИ)

Юля первые месяцы не рассказывала мне об этом. Она все-таки чувствовала вину перед нами с Дианой за то, что «увела» нашего отца из семьи много лет назад.
Но когда остро встал вопрос о необходимости операции, все-таки призналась.
Хоть я и помогала после смерти папы им с Надей, потому что считала это честным, без совместных наших усилий не получилось бы собрать даже ту самую недостающую часть общей суммы.
Юля занимала должность скромного секретаря нотариуса и снимала квартиру. Их общую мой отец продал еще при жизни, чтобы покрыть часть долгов фирмы, которая в то время еще существовала.
«Хорошие новости. :) Поцелуй Надюшу от меня и передай, чтобы она там не раскисала. Пусть помнит о поездке в Диснейленд, которую я ей обещала после полного выздоровления»— набираю в ответ и быстро отправляю, следом обхватывая небольшой стаканчик с кофе двумя ладонями.
— С любовниками переписываешься? — мельком бросает Ян, покупая двойной эспрессо и для себя.
— Разочаровываю свой гарем новостью о скорой свадьбе. Придется им подождать пару недель, пока я уделяю время мужу, чтобы он ничего не заподозрил.
— Агата, — рычит он в ответ на мою скромную шутку. — Кто кого еще из самолета выбросит.
Я лишь фыркаю на этот выпад и морщусь от первого глотка горького кофе с щепоткой корицы.
Полет проходит неплохо. Понять даже особенно ничего не успеваю, уши только закладывает со страшной силой, несмотря на конфетку во рту.
Мы с Яном терпеливо ждем, пока первая волна людей спокойно освободит проход, и лишь после этого поднимаемся со своих мест. Я немного пошатываюсь, нечаянно ударившись коленом о столик, который забыла сложить, и мою талию обвивает крепкая мужская рука.
— Постарайся не упасть в загсе, а то регистраторша еще решит, что я тебя силой притащил. Запугал и заставил сказать «да».
Меня внезапно осеняет:
— А как мы вообще поженимся так быстро, если сначала нужно подать заявление, дождаться очереди…
— Не боись, невестушка, у меня все схвачено. Завтра утром нас с тобой распишут, влезем без очереди, — Ян подталкивает меня к выходу, не забыв при этом облапать мою задницу.
А я ведь даже не поинтересовалась, где мы будем жить. В идеале, конечно, было бы поселиться где-нибудь отдельно от Кострова, но я прекрасно понимаю, что это дополнительные затраты, а он уже и так сильно помог мне.
В течение суток после разговора на балконе у Юли в квартире Ян несколькими переводами отправил мне всю сумму, даже не попросив расписку после этого. Но я все равно написала ее и в следующую нашу встречу сунула ему в руки аккуратно сложенный лист с моей подписью.
Клуб остался под руководством их с Мироном общего друга, за агентством, пока меня не будет, я попросила присмотреть Элю, моего негласного заместителя, пообещав ей премию в оклад, а Диана клятвенно заверила меня, что не будет чудить.
Все складывалось и правда неплохо на первый взгляд.
Если не брать в расчет мои внутренние страхи, связанные с ближайшим тесным контактом с человеком, который без малейших усилий может растоптать во мне все живое.
У Яна большая светлая квартира с панорамным окном в гостиной. Кухня открытая, без каких-либо перегородок, поэтому за счет огромного пространства создается ощущение, что здесь несколько сотен квадратных метров.
— Чего застыла? Или боишься, что у меня тут какие-нибудь монстры живут? Так я тебя успокою, чудовище здесь только одно, — он как бы невзначай скользит пальцами по моему бедру, подталкивая чемодан подальше от наших ног.
— Тебя тоже заколдовали за плохое поведение? — хмыкаю, расстегивая молнию на куртке.
— Еще в детстве.
Мне проводят короткую экскурсию, в основном это «вот здесь есть», «здесь спать», а после Ян в спешке уезжает по каким-то делам, оставив меня в практически бесшумной компании Игорька, робота-пылесоса.
На правах будущей хозяйки я отыскиваю в квартире свободную комнату с диваном и занимаю ее. Ян, конечно, сказал мне обосновываться в большой главной спальне, но кто его вообще слушает?
Телефон светится новым вызовом как раз в тот момент, когда я берусь раскладывать нижнее белье.
 
Чувствует он, что ли?..
— Как тебе жилплощадь будущего мужа, дорогая?
Ян сейчас точно улыбается до ушей.
— Но ты особо губу не раскатывай, женушка, я ее снимаю.
— Все, не пойду за тебя замуж. Зачем мне нищий мужчина, который даже жильем будущую семью не может обеспечить? — включаюсь в игру, наматываю прядь на палец.
Зажмуриваюсь и мысленно бью себя по лбу ладонью, когда приходит осознание, чем именно я занимаюсь. Как школьница, боже. Еще бы начала сердечки в тетради рисовать…
— Вот и расписка пригодится. Как знал, что выкидывать не надо.
— Еще и жмот. Уже, понимаешь ли, нельзя немного на себя потратить, — мы оба относимся с иронией к этому спектаклю.
— Шутки в сторону, детка. Ты там, наверное, голодная сидишь? Жди курьера в течение часа, чудовище не собирается морить тебя голодом. Надеюсь, от недостатка сахара в крови с подсвечниками там еще не разговариваешь?
— С Игорем разговариваю. Он на меня наехал.
— Вернусь — разберу его на винтики.
Курьер приезжает через сорок минут с тонной каких-то пакетов. Я не удивлюсь, если Ян заказал все позиции из меню, особо не заморачиваясь с выбором.
От души набив живот после целого дня на одном кофе, я еще раз поругалась с Игорем, который непонятно куда укатил мой тапочек, и зарылась в телефоне.
Разбирала заказы в сообщениях, удивлялась нескольким неадекватным лицам, которые засоряли мне рабочий аккаунт сообщениями о том, что делать уборку нужно руками и никак иначе. Подвела итоги розыгрыша месячного абонемента на еженедельную уборку.
Вроде бы физической активности сегодня было не так много, но сил у меня хватило лишь на то, чтобы добраться до своего вполне уютного диванчика, разложить его и накрыться пледом, выключив на телефоне звук.
Мне было так мягко и тепло, пока чьи-то бесстыжие руки не сдернули пушистую прелесть и не сграбастали меня в воздух, унося куда-то.
— Разлеглась она тут. Просил же спальню занять, до чего упертая неугомонная зараза…
Не слишком аккуратно Ян сгружает меня на матрас, где я пружиню, и дальше следует звук расстегиваемого ремня и молнии.
— Бить будешь? — сонно спрашиваю, обнимая какую-то подушку и зарываясь в нее носом.
— Буду. Трусы снимай, — усмехается, действительно шлепая меня по ноге кончиком ремня.
Я фыркаю и нарочно отворачиваюсь от Яна, забрав себе все одеяло. Пусть замерзнет, у него был выбор.
— Жестоко, — раздается над моим ухом, вместе с тем как матрас прогибается на свободной половине кровати.
Ровно в этот момент я перестаю хотеть спать. На удивление, Ян больше никак не прикасается ко мне, но это не мешает сердцу выделывать акробатические пируэты в груди.
Пытаюсь дышать ровно, но вместо этого получаются какие-то рваные всхлипы, выдающие меня с головой.
Когда тяжелая рука ложится на талию, я едва не отлетаю в противоположный угол комнаты. Неосознанно втягиваю живот, замираю, притаившись и стиснув уголок подушки до побелевших костяшек.
— Спишь, чудо? — хриплый шепот прямо в шею.
Я прикидываюсь не то что спящей. Мертвой.
— Значит, воспользуюсь моментом, чтобы грязно надругаться над тобой, а утром буду все отрицать, — одновременно с этим Ян тянет за кончик бантика, завязанного на резинке простых домашних штанов.
Тут-то я себя и выдаю.
Впиваюсь ногтями в его запястье так, что он с шумом выпускает воздух из легких.
— Детка, супружеский долг, — язык Яна скользит по моему уху, вызывая волны мурашек по всему телу.
— Брака еще нет, а долг уже есть, — ляпаю, осторожно разжимая пальцы. Надеюсь, кожу ему на руке я все-таки не повредила.
Ян обнимает меня очень осторожно. Как будто я невероятно хрупкая. Прижимается грудью к моей спине, продолжая играть с тесемками на штанах.
— Огромный долг, миллионный. Проценты беру натурой, — прикусывает мочку, пальцы забираются под кофту и вырисовывают контур выступающей тазовой косточки.