Мученик Саббат (ЛП)

Он услышал, как открылась дверь, выходящая на террасу, и предположил, что это был Белтайн, вернувшийся с кофеином и перекусом. Это был не он.
— Хорошо, что ты решил присоединиться ко мне,— сказал Гаунт. Корбек ухмыльнулся и кивнул. Он чавкал бутербродом с соленым мясом, держа кружку горячего кофеина в другой руке. Роун, вошедший за ним, нес еще две кружки, и протянул одну Гаунту.
— Мы перехватили Белтайна по пути,— сказал Роун.
— Предполагалось, что еда тоже будет,— сказал Гаунт. Корбек сразу перестал жевать, и виновато посмотрел на остатки еды в руке. — Извините,— сказал он.
Гаунт слегка помотал головой. — Садитесь. У вас был тяжелый день, как я понимаю.
— Не мог просто оставить их подыхать. Это была самая крупная атака, наихудшая, с которой они столкнулись, как мне сказали,— сказал Корбек. У обоих, как у Корбека, так и Роуна, пыль покрывала форму, и лицо Корбека все еще было красным от дыхательной маски, которая врезалась в его кожу.
— Бронетанковые?
— Три сталк-танка. Легкая поддержка, и на этом все. Кафф и Фейгор быстро расправились с ними. Еще лучше, что мы их идентифицировали. Он заглянул в сумку и вытащил железную маску. На маске посередине было отверстие от лазера.
— Фес,— сказал Гаунт.
— Здесь Кровавый Пакт. В большом количестве.
Гаунт указал на железную маску, которую держал Корбек. — Это просто может быть...
— Я узнаю фесовых ублюдков везде,— сказал Роун.
Гаунт кивнул. — Местные вояки, кажется, думают, что рейды всего лишь проводятся какими-то еретическими ячейками. Они атакуют город последние четыре дня. Он взял маску из руки Корбека.
— Они даже не представляют, не так ли?
— Пройдет время, и они поймут,— сказал Корбек.
Гаунт опустил маску. — Думаю, что мы имеем дело с передовой группой, которая должна отвлекать нас, пока прибывают основные войска.
— И вы думаете, что основные войска уже в пути?
Гаунт мрачно рассмеялся над вопросом Роуна. — Найди мне кого-нибудь в этом секторе, кто не знает, что тут происходит! Если бы ты был врагом...
— Если? — улыбнулся Роун.
— Если бы ты был врагом,— продолжил Гаунт, не обращая внимания на насмешку, — ты бы выбрал этот мир своей главной целью?
Роун посмотрел на Корбека, который просто пожал плечами. — Значит... есть признаки нависающей над нами угрозы? Гаунт снова помотал головой. — У флота ничего нет. Слишком много кораблей пилигримов сбивают с толку.
— Забудьте о том, что может быть. Что насчет оперативной базы для тех, кто уже здесь? спросил Роун.
— Орбитальная разведка обнаружила, что, возможно, есть несколько десантных кораблей в глубине стеклянных пустошей, за тысячу километров к западу отсюда, но там нет никаких признаков жизни. Противник на Херодоре хорошо спрятался.
Возможно, где-то на вулканическом нагорье, называемом Печные Холмы, но это всего лишь догадка.
— Я бы сказал, что мы... — начал Роун.
— У нас недостаточно сил, Роун. У нас уйдут недели, чтобы найти их, даже с нашими навыками.
Это большой, суровый мир с множеством уголков и дыр, в которых можно спрятаться.
— Но не важный мир,— мрачно сказал Роун.
— Нет, майор,— согласился Гаунт. — Совсем не важный мир.
— Тогда почему... — начал Роун, и застыл, когда увидел взгляд в глазах Гаунта.
— Вы уже... видели ее? — вместо этого спросил Роун.
— Еще нет.
— Вы сказали, что корабли пилигримов сбивают с толку,— сказал Корбек. — Здесь уже очень много пилигримов. Сотни тысяч. Орбита переполнена ими.
— Корабли прибывают постоянно,— сказал Гаунт. — Некоторые прилетели из-за границ суб-сектора.
— Может быть стоит остановить это,— сказал Корбек. — Я имею в виду, что нам стоит запереть это место.
Не допустить того, чтобы кто-то просто так просочился, даже если они безобидные счастливчики. Помните, как на Хагии они прибывали с пилигримами?
— Я помню, Колм. Я просто не знаю, как мы это остановим. Некоторые корабли стары, почти неработоспособны и прискорбно лишены ресурсов. Если мы выставим заграждение и развернем их, мы отправим граждан Империи на смерть. В тактической службе сказали мне, что девяносто процентов кораблей пилигримов не переживут путешествия назад. В большинстве случаев, пилигримы потратили последние сбережения на дорогу в один конец, чтобы попасть сюда. Поездка к спасению.
 
Корбек поставил пустую кружку и стряхнул крошки с мундира. — Бедные, несчастные ублюдки,— горько сказал он.
Гаунт пожал плечами. — Во всем кластере и за его пределами знают, что происходит тут на Херодоре, так что можно делать ставки, что и противник тоже знает. Я даже не могу представить, почему информацию обнародовали.
— Потому что она настояла,— сказал голос позади него. Роун оставил дверь открытой, и никто не услышал, как кто-то зашел в нее. Они вскочили на ноги и отдали честь.
— Вольно,— сказал Лорд Генерал Люго.
— Мне сказали представить вам доклад в 17.00, сэр,— сказал Гаунт.
— Я знаю. Я закончил раньше, чем ожидал, и подумал, что надо ускорить события. Добро пожаловать на Херодор, Гаунт.
— Спасибо, Лорд Генерал.
Люго взглянул на Корбека и Роуна. — Может быть поговорим наедине... ? — намекнул он.
— Конечно. Гаунт повернулся к остальным и махнул. — Свободны, оба. Размещайте полк.
Корбек и Роун поспешно вышли из комнаты и закрыли за собой дверь.
— Фес,— прошептал Корбек, как только оказался снаружи. — Я надеялся, что мы больше никогда не увидим этого ублюдка.
— Даже близко не так, как надеялся Гаунт, я уверен,— сказал Роун.
— Я предлагаю, если позволите, как мужчина мужчине,— сказал Люго, — оставить все наши предыдущие недоразумения позади. Люго был высокой, костлявой личностью с тусклой, жирной кожей, напоминавшей пергамент, на бритом черепе. На нем была строгая белая униформа, вся грудь была покрыта медалями.
— Это было бы полезно, сэр,— сказал Гаунт.
— Все уже было высказано на Хагии, Гаунт. Поступки сделаны. Вы восстановили свою репутацию и способности в моих глазах тем маленьким путешествием к Храму. Итак... мой девиз, больше об этом не говорить.
Гаунт кивнул. Ему было сложно что-то ответить. Лорд Генерал Люго, по его мнению, был одним из наиболее некомпетентных и самовозвеличивающих офицеров в командном эшелоне Крестового Похода, скорее политическим животным, чем военным лидером. В 770-ом, он выбил для себя командование освобождением храмового мира Хагии, веря в то, что это было легкое задание, которое позволит ему заполучить много славы и способствовать его политическим амбициям. Когда освобождение обернулось катастрофой, он обвинил Гаунта и попытался отделаться от командира Танитского Первого. Делая это, он почти сдал весь храмовый мир Хаосу, катастрофа была предотвращена Танитцами только с помощью необычного явления в самом Храме. После Хагии, ему сделали строгий выговор, а Гаунт со своими силами был отправлен на Фантин. Люго, хотя и не был всецело опозорен, остался на Хагии в качестве Имперского Губернатора, и его амбиции было порваны в клочья.
Печально, но то, что он был тут, означало, что он хочет получить выгоду из необычных событий, а не принимать в них участия. Его звезда снова восходила. По умолчанию, он контролировал то, что могло стать наиболее влиятельной частью всех интересов Империи в Мирах Саббат.
Уже распространялись слухи, что Люго посматривает на то, чтобы занять место Магистра Войны вместо Макарота, если текущая мертвая точка сохранится. И он был очень известным человеком.
Гаунт почти мог почувствовать уверенность и амбиции Лорда Генерала. Вообще-то это был запах тоника и одеколона, но для Гаунта такие ароматы были тем же самым. У Люго было большое стремление к власти. Настоящей власти. Это так подогревало его аппетит, что можно было почти услышать, как урчит его желудок.
И было совершенно очевидно, что последний, кого хотел видеть Люго на своем пути, был Ибрам Гаунт, который опозорил его на Хагии.
— Отчего у вас на лице улыбка, Гаунт?