Мученик Саббат (ЛП)

Гаунт глубоко вздохнул. — Я верю в служение Святой и непостижимые деяния Бога-Императора. Это людям я не доверяю.
Цвейл был обескуражен, но выдавил улыбку и похлопал Гаунта по руке. — Забудь про пороки людей, Ибрам. Здесь, на Херодоре, настоящее чудо.
— Хорошо. Если вы увидите Анну... не берите в голову, вон она.
Гаунт оставил старого священник, и направился сквозь толпу высаживающихся Призраков.
— Анна?
Хирург Анна Керт подняла взгляд от груза стерилизованных полевых инструментов, которые она проверяла по списку.
Она поднялась, засовывая планшет подмышку и убирая короткие волосы со своего сердцевидного лица.
— Полковник-комиссар?
— Вопрос, о котором мы говорили во время путешествия...
Она вздохнула. — Знаете что? Я потакала вам, Ибрам. Все те недели, запертая с вами на одном транспорте. Было проще кивнуть, чем высказать свое мнение. Итак, теперь мы тут, и я высказываю свое мнение. Об этом вам лучше поговорить с Дорденом.
Гаунт вздрогнул. — Старший медик и я сейчас не ладим.
— Ясно, это потому, что вы оба упрямые дураки, и что касается меня...
— Заткнись, Керт.
— Затыкаюсь, сэр.
— Я хочу, чтобы ты это сделала для меня. Пожалуйста. Неофициально. Не привлекая внимания.
— Это вопрос веры.
— Вы можете просить меня о чем угодно, хирург, кроме веры.
Она пожала плечами. — Окей. Вы победили. Я возьму свое снаряжение... хотя... хотя, напоминаю... мне это не нравится.
Она пошла, и затем повернулась и крикнула: — Вы понимаете, что я это делаю только потому, что вы так потрясающи в постели.
Призраки вокруг них внезапно замерли. Несколько уронили свои вещевые мешки. Керт сердито посмотрела на них. — Шутка. Это шутка. Ради феса, вы... — Она исчезла в толпе. Гаунт посмотрел на уставившихся на него солдат. — Отставить,— начал он, затем вздохнул и махнул.
— Сэр?
Это был Белтайн, адъютант Гаунта. Гаунту не понравилось выражение его лица.
— Выкладывай.
— Сэр?
Гаунт наклонил голову и посмотрел на Белтайна. — Что-то неправильно. Я могу сказать. Белтайн состроил гримасу и кивнул. — Мы... у нас недостает пары десантных кораблей.
— Пары?
— Трех, или около того.
— Трех, или около того?
— Хорошо. Вообще-то четырех.
— Какие?
— Два, три, четыре и пять.
— Корбек, Роун, Макколл и Сорик. Знаю, что буду сожалеть, спрашивая это, Белтайн, но у тебя есть мысли, почему такое могло произойти?
— Они изменили направление во время спуска, сэр.
— Изменили направление? По чьему приказу? Дай угадаю... Корбек?
— Да, сэр.
— И где они сейчас?
— Как я понял, сэр, они встревожились боевыми действиями по периметру города, и Полковник Корбек – так сказать – решил, что они должны...
— Должны?
— Вмешаться, сэр.
— Ох фес,— сказал Гаунт.
Майор Удол перекатился. Огонь сталк-танков грохотал по земле вокруг него. Пронзительное вжих-вжих, от их пульсирующих пушек, это все, что он мог слышать. У него кровоточила рана на голове. Обожженные останки одного из его людей свисали с полуразрушенного каркаса палатки перед ним.
Над головой промелькнула тень, и он видел по пыли, что ветер снова переменился. Внезапно поднялась буря. Перед ним зашуршал гравий.
Что за черт это было?
Удол посмотрел наверх и замер. Пылая двигателями и сверкая корпусом, десантный корабль приближался справа от него. Второй спускался не более чем в пятистах метрах, и, кроме того, были еще два, падающие с неба, как гигантские пчелы.
Это были стандартные десантные корабли Имперской Гвардии. С носами, как у жука, вместительные суда доставки. Имперская Гвардия. Он молил Святую о спасении. Какого рода ответом было это?
Удол чувствовал, как затряслась земля, когда приземлился первый десантный корабль, тяжело приземлившись на гидравлические опоры. Люди выпрыгивали из открытых люков десантного корабля. Люди в черных одеждах и броне.
Люди, закутанные в камуфляжные накидки. Гвардейцы. Они рассредоточивались по бесплодной равнине Обсиды, открывая огонь по приближающимся врагам, срезая их, и чертовы сталк-танки тоже. Наполненный пылью воздух был густым от автоматического лазерного огня.
 
Удол поднялся на ноги как раз вовремя, чтобы увидеть, как ближайший сталк-танк перенаправил орудие и выстрелил по первому десантному кораблю, когда тот вспылил снова, взлетая. Удар резко повернул нос и двигатели протестующее взвыли, но корабль уверенно поднялся, прямо у него над головой, со все еще широко открытыми люками.
Из шеренги прибывших показался клубок дыма, и ракета ударила по первому сталк-танку. Потом еще одна. Огненный шар расцвел в передней части танка, и он остановился, его ноги раскачивались вперед и назад. Он, нерешительно, сделал еще шаг, и еще одна ракета ударила ему в нос. Вспышка взрыва залила стеклянное поле на мгновение, и когда прошла, сталк-танка тоже не было, и горячие фрагменты техники Хаоса сыпались из дыма.
Удол пытался вызвать своих людей по воксу, но внешний сигнал затопил канал. Он только выхватывал отрывки. Что-то вроде — ...фес ждешь? , с последующим — ... жить вечно! — Он побежал вперед, поднимая своих людей. Гвардия заставила отступить фалангу рейдеров. Еще один огненный шар кратко осветил небо, яркий, как поднимающееся солнце. Второй сталк-танк взлетел на воздух.
Воздух был полон пепла. Сквозь него, солдаты в черном шли вперед, оружие трещало, едва видимое в пелене.
Они были как призраки, думал Удол.
Кем бы они ни были, казалось, что они невыносимо довольны собой. Пока Удол приближался, солдаты в черном обменивались поздравлениями, медленно шагая назад, чтобы забрать тяжелые ранцы и рюкзаки, которые они поспешно побросали, когда высаживались с кораблей. Противники, та горстка, которая выжила, спасалась бегством в пыльную пустошь Обсиды. Третий и последний сталк-танк был горящей кучей на стеклянном поле. Трупы в красной униформе усеивали землю.
Удол пытался увидеть офицера среди Гвардейцев. Казалось, что у этих людей нет отличительных знаков, кроме значка с кинжалом и черепом, и аквилой Имперской Гвардии. Лица были закрыты грубыми дыхательными масками.
— Ваши парни в порядке? — спросил глубокий голос позади него.
Удол повернулся. Человек, обращающийся к нему, был большим и широким, непослушные клочки густой черной бороды торчали по краям его маски. У него был странный акцент.
— Что вы сказали? — спросил Удол.
— Ваши парни. Я спрашивал о них. Вы были в затруднительном положении.
— Мы...— начал Удол. Он не знал точно, что сказать. — Вы прилетели на десантных кораблях, — все, что он смог придумать.
Большой незнакомец резко поднял большой палец вверх. — Мы торчали на орбите последние шестнадцать часов, затем получили приказ погрузиться в десантные корабли, за что все были благодарны. Итак, мы спускались, когда до нас дошел слух, что здесь нападение, и нам нужно отменить высадку. Феса, сказал я, да и слишком поздно возвращаться, если вы понимаете, о чем я. Мы обнаружили зону высадки сверху, потом обнаружили фесов...
— Что?
— Пиф-паф. Друзья в беде, я сказал, так что мы отклонились от курса и свалились туда, где, как может быть, мы могли бы быть более полезными.
— Вы... вместо того, чтобы приземлиться в зоне высадки, вы прилетели на перестрелку? спросил Удол.
— Да, именно так. Я увидел в этом экономию усилий. Если мы в любом случае собирались высаживаться, мы могли бы это сделать со смыслом. И мы это сделали. Фесово тоже хорошо. Кстати, а вы кто?
Удол уставился протянутую ему руку в перчатке. — Майор Эрик Удол, Третий Батальон, Полк Цивитас Беати.
— Очень приятно, и все такое, Удол. Извините меня, но этот старые пес все еще на взводе от битвы.
И мои парни тоже возбуждены. Слишком много месяцев в трюме, слишком мало убийств. Это Херодор, а? Слышал так фесово много об этом месте.
— Вы знаете... — начал Удол. — Вы знаете, как контратаковать с десантных кораблей?