Мученик Саббат (ЛП)
— Святая здесь,— сказал Гаунт. — Она повела нас к победе, я не понимаю всего, но это правда.
Дорден сделал шаг в комнату, под свет электрических свечей вокруг койки старого священника. — Это еще одна из твоих игр?
— Ты меня знаешь. Я не играю в игры.
— Я думал, что знаю тебя, Ибрам. На Айэкс Кардинале ты доказал, что это не так. Но... я думаю, что ты не играешь.
— Доктор, ты прошел через ад на Хагии, потому что поверил. Я только сказал то, что сказал, чтобы защитить твою веру. Прошлой ночью на Херодоре не было Святой Саббат, по крайней мере, я ни одной не видел.
Но этим утром.
— Я хочу увидеть ее,— внезапно сказал Цвейл.
— Он слишком болен, чтобы... — начал Дорден.
— Я хочу ее видеть!
— Он хочет видеть ее, и я думаю, что он должен,— сказал Гаунт. — И ты тоже, Толин. Дорден пожал плечами. — Я не знаю...
— Возьми кресло-каталку. И приведи несколько санитаров, чтобы поднять Цвейла. Гаунт посмотрел на свои карманные часы. Было четверть восьмого, а он даже не переоделся. — Сделай это! — настаивал он. Он повернулся и взял Цвейла за руку. — Я приведу тебя к ней. Только проверю Вена. Цвейл кивнул.
Гаунт захромал в основной зал лазарета и пошел к койке Вена. И замер.
Маквеннер и Колеа исчезли.
В Священных Купальнях никого не было. Не было никаких звуков, кроме шлепков воды в главном бассейне. Слабо освещенное пространство было наполнено паром и запахом железа.
В свете мерцающих свечей, которые шли вдоль известняковых ступеней, Колеа помогал Маквеннеру на его тяжелом пути вниз. Биолюминесцентные шары освещали пар внизу, их свет выхватывал рябь священного бассейна.
Маквеннер сильно кашлял, и его рука была в крови, когда он отрывал ее от лица.
Колеа крепко держал его, чтобы тот не упал.
— Отведи меня назад, Гол,— сказал Маквеннер, его голос звучал сухо от подступающей мокроты.
Колеа замотал головой. — Сделает тебе лучше. Это сделает, это сделает. Это сделает тебе очень лучше. Это лечит все раны. Так они говорили. Ты увидишь.
— Я устал. Слишком устал. Я не могу...
— Ты не остановишься сейчас, Вен. Ты не остановишься. Держи меня крепко, и я доставлю тебя туда. Ты не упадешь.
— Гол, пожалуйста. Дай мне умереть в своей постели. Дай мне...
Он опять начал закашлять. Он почувствовал такие сильные рези, что упал, и кровь полилась на блестящую известковую лестницу. Маквеннер стоял на коленях.
— Это безумие,— задыхаясь сказал Маквеннер.
Колеа помотал головой. — Она сделает тебе лучше,— сказал он. Он залез в карман и вынул по-настоящему жуткое глиняное изображение Святой, безделушку пилигримов. Колеа показывал ее с огромной гордостью. — Нашел это. Счастливый талисман. Счастливый, счастливый. Был Тоны. В ее кармане.
— Крийд?
Колеа кивнул и ободряюще улыбнулся. — Нашел ее раненой. Нашел это на ней. Счастливый, счастливый. Это спасло ее. Реально спасло. И тебя спасет. Сделает тебе лучше.
— Просто отведи меня назад, Гол.
— Святая сделает тебе лучше. Вода сделает тебе лучше. Ты увидишь. Колеа засунул фигурку назад в карман плаща. Маквеннер опять начал кашлять. Вышло больше крови, и рези у Маквеннера стали такими резкими, что он потерял сознание.
Колеа нагнулся и подхватил большого Танитца. Хрипя от напряжения, его ноги тряслись, он продолжил спускаться по лестнице, неся Маквеннера на руках.
Он спустился и прошел вдоль бассейна, подойдя к лестнице, которая уходила в парящую воду.
— Сделает тебе лучше,— повторял он, снова и снова. Маквеннер не отвечал. Его голова безвольно свисала.
Неся умирающего разведчика, Колеа зашел в воду, по голень, по колени, по бедра, по грудь. Маквеннер поплыл по воде. Колеа выплюнул воду, держа Маквеннера на поверхности.
Кровь растекалась по водной глади вокруг них.
— Будь лучше! Будь лучше сейчас! — кричал Колеа.
Внезапно он поднял взгляд. На другом конце бассейна появилась фигура в расплывчатой дымке пара.
— Сделай ему лучше! — потребовал Колеа, стараясь удерживать тело Маквеннера над водой.
— И что теперь? Хотите, чтобы я пошел? — Цвейл подался вперед в каталке. Лесп толкал и пялился на отражения свечей на плитках под ногами. Они могли чувствовать запах серной воды.
Цвейл сделал усилие, чтобы повернуть голову и посмотреть на Гаунта. — Ты хочешь, чтобы я забрался наверх, а потом спустился вниз? — проворчал он.
— Нет,— сказал Гаунт. — Лесп? Помоги мне.
Между ними, Танитским командиром и худым санитаром, Цвейл сидел в каталке, и они стали спускать его по лестнице. Это было непросто. Гаунт осознал, как ненадежна была его раненая нога. Если он сейчас упадет...
Позади них, Дорден устало мотал головой, и направлял каталку. Затем они начали спускаться по еще одной лестнице, ведущей в сырой зал Священной Купальни.
— Можете прекратить нервничать? — прохрипел Лесп.
— Не могу! — пожаловался Цвейл.
— Думаю, что можете. Это нелегко,— сказал Гаунт. Пот стекал по его лбу от напряжения, и Лесп тяжело дышал. Влага покрывала каждую скользкую ступеньку, и каждый, шаг, который они делали, мог стать катастрофой.
— Что... что за фес там происходит? — внезапно сказал Дорден позади них.
Гаунт почти упал. Они были на полпути вниз по лестнице. — Опусти его! Лесп, опусти его!
Они с облегчением опустили парализованное тело Цвейла на ступень. Леспу пришлось присесть и держать Цвейла, чтобы его каталка не покатилась вниз по лестнице. Гаунт встал и посмотрел, на что указывал Дорден. Внизу, в бассейне, в воде стояли три фигуры.
— Ждите здесь,— сказал Гаунт. Дорден нагнулся вперед позади Леспа, и помог держать Цвейла. Втроем они смотрели, как Гаунт, шатаясь, идет вниз к бассейну.
Гаунт прохромал от конца ступеней на другой край бассейна. Три тела были погружены в воду, одно из них давило руками на головы остальных, чтобы окунуть их.
Или утопить их. Или крестить их.
У Гаунта не было на это ответа. Он сам вошел в бассейн.
Фигуры показались в брызгах и пузырьках воздуха. Колеа. Маквеннер.
И она.
— Что за черт? — крикнул Гаунт.
Беати, одетая только в белую сорочку, улыбнулась ему, убирая волосы, подстриженные чашей, с которых капала вода, со своего лица.
— Вода лечит, Ибрам,— сказала она.
Всего лишь ее вид прогнал его страхи. Он замер там, где был, теплая вода плескалась у его ног.
Маквеннер повернулся и поплыл к нему.
— Вен?
Маквеннер поднялся по лестнице и сел, весь промокший. Он начал смеяться.
— Вен? С тобой все в порядке?
Маквеннер смеялся от души, как будто над какой-то вселенской шуткой. Человек в его состоянии определенно не должен был смеяться так сильно. Разве что...
— Я говорил вам,— сказал Колеа, разбрызгивая воду и поднимаясь по ступеням возле Маквеннера. — Разве я вам не говорил? Лечит все. Есть что-то в этом месте, это...
Колеа замер, и осмотрелся, моргая в сыром воздухе. Его пристальный взгляд, в конце концов, уставился на лицо Гаунта.
— Я... — сказал он. — Сэр, я думаю, что я что-то упустил. Как я сюда попал?
VI. ВОЗМУЩЕНИЕ
— Плохой день грядет!
— Скажите это... снова, пожалуйста.
Лорд Генерал Люго источал силу и авторитет в своей белой, с высоким воротником, униформе, но тон его голоса совершенно не совпадал с его внешностью. Его голос звучал нервозно.
— Я сказал, Лорд, что я извиняюсь за свое опоздание на эту торжественную встречу, потому что меня задержало удивительное событие в Священной Купальне. Перед моими глазами Беати совершила священное чудо.
Два, вообще-то, Священных чуда исцеления.
Гаунт замер в наступившей тишине. Зал, высокий бальный зал в Старом Улье, который Люго реквизировал для банкета, был заполнен офицерами в парадной форме – из Сил Планетарной Обороны, Полка Цивитас и Танитцев – которые все уставились на Гаунта и Лорда Генерала. Они стояли повсюду, попивая предобеденный амасек и разговаривая, когда вошел Гаунт, и они слышали каждое слово.