Шерлок Холмс против Дракулы
Но на том история не кончилась. На другой день, во втором часу пополудни, раздался звонок в дверь, и на пороге нашей гостиной появилась миссис Харкер. Её лицо было мертвенно-бледным, и даже спешка, — а она явно спешила, — не вызвала обыкновенного в таких случаях румянца на щеках. Но больше всего меня поразили тёмные, почти чёрные круги у неё под глазами. На голове девушки была шляпка, низко надвинутая на лоб, а вокруг шеи бархатка на застёжке; и шляпка, и бархатка, на мой взгляд, совсем не шли ей.
— Простите меня, мистер Холмс, и вы, доктор Уотсон, что я подвела вас и не приехала вчера, — заговорила она прерывистым голосом, в котором сквозили страх и отчаяние. — Клянусь Богом, я не могла! Вы простите меня?
— Присядьте, миссис Харкер, — поспешил сказать я, прежде чем мой друг не выдал какую-нибудь бестактность. — Выпейте с нами кофе. Не желаете ли бисквитов?
— Нет-нет, благодарю вас, — как мне показалось, испуганно ответила девушка. — С тех пор, как всё это началось, мне кусок в горло не лезет. Вы прочли рукопись, мистер Холмс?
— Доктор Уотсон прочёл, — сказал Холмс. — И, к сожалению, она произвела на него впечатление. К сожалению, поскольку теперь, по всей видимости, мне придётся заняться этим делом. Итак, чего вы хотите от меня?
Миссис Харкер нервно потеребила под подбородком ленточку, которой была привязана её шляпка.
— Я уже и сама не знаю, чего я хочу. Позавчера, когда я ехала к вам, у меня был чёткий план. Я знала, что мой муж и его друзья, доктор Сьюард, лорд Годалминг, мистер Моррисон и доктор Ван Хелзинг, найдут способ обезвредить графа. А теперь…
— Что же произошло такого, что ваше настроение изменилось?
— Многое, мистер Холмс. Но позвольте мне рассказать всё по порядку. В то утро, когда я ездила в Лондон, мужчины куда-то ушли, оставив меня в неведении относительно своих планов. Они считали, что охота на вампира не женское дело, и решили поберечь мои нервы. Только потом Джонатан рассказал мне, что они ходили в Карфакс, чтобы разузнать что-нибудь о графе.
— Вы не первый раз упоминаете это место, — заметил Холмс. — Расскажите о нём подробней.
— Это большое поместье, около двадцати акров, окружённых каменной стеной. Там много старых деревьев и глубокий пруд. Дом обширный, старинный, с высоко расположенными зарешёченными окнами. Одной стороной он примыкает к старой часовне или церкви. Но всё это я знаю только со слов мужа, так как сама там не была.
— Где вы сами остановились в Пурфлите?
— Доктор Сьюард любезно предоставил нам с Джонатаном комнату в своём приюте для умалишённых, на втором этаже. Конечно, не очень приятное соседство. Но, во-первых, выбирать нам не приходится, ведь наше собственное жильё в Эксетере довольно далеко. А во-вторых, там какая-никакая, а всё же охрана. Сами понимаете, иногда в таких местах содержатся буйнопомешанные…
— Далеко от приюта до Карфакса?
Это было в манере Холмса — задавать клиенту множество уточняющих вопросов, и я мог только порадоваться тому, что мой друг наконец стряхнул апатию и вернулся к своим всегдашним привычкам. Миссис Харкер сказала:
— В том-то и дело, мистер Холмс, что совсем рядом. Знай мы это раньше, возможно, бедная Люси была бы сейчас жива.
— Итак, мужчины отправились в Карфакс. С какой целью?
— Доктор Ван Хелзинг считает, что граф каким-то образом привязан к земле, которую он привёз из Трансильвании. Помните, я говорила вам о пятидесяти ящиках, доставленных в Уитби на шхуне «Димитрий»? Ещё в замке Дракулы мой муж видел, как граф отсыпается в одном из таких ящиков. Джонатан навёл справки у стряпчего мистера Биллингтона об их дальнейшей судьбе. Так вот, из Уитби они были отправлены по Большой северной железной дороге в Карфакс. Получатель — фирма «Картер, Патерсон и Ко», Лондон. Они прибыли на Кингс-Кросс и оттуда были перенесены в старую часовню Карфакса, о которой я упоминала. Там мужчины их и нашли. Точнее, они нашли двадцать девять ящиков. Остальные двадцать один исчезли!
— Вот как?
— Да, мистер Холмс.
— А что стало с теми ящиками, которые ваши друзья нашли?
— Доктор Ван Хелзинг сказал, что лучше их пока не трогать, чтобы граф ничего не заподозрил. Оставив всё, как было, мужчины вернулись домой. К этому времени я уже вернулась из Лондона, разделась и легла в постель.
— Почему вы не хотели, чтобы они знали о вашем визите ко мне?
— Я говорила как-то Джонатану, что неплохо было бы заручиться чьей-нибудь поддержкой, но он и слышать об этом не захотел. Что мне оставалось делать? Когда всё кончится, я обязательно признаюсь мужу, и, надеюсь, он простит мне эту маленькую хитрость. — Миссис Харкер продолжала: — Позавчера Джонатан весь день провёл в разъездах, и ему удалось напасть на след ещё двенадцати ящиков. Он повидался с неким мистером Джозефом Смолеттом из фирмы «Харрис и сыновья, погрузка и перевозки», Сохо, и тот рассказал ему, что шесть ящиков были отправлены из Карфакса в Майл-Энд-Нью-Таун, на Чиксэнд, 197, и ещё шесть в Бермондси, на Джамайка-роуд. Ту ночь мужчины провели дома, — они допоздна разрабатывали план дальнейших действий, — вот почему я не смогла приехать. Накануне меня мучили кошмары. Чтобы этого не повторилось, доктор Сьюард дал мне хлорал, и я крепко уснула.
Вчера мистер Смолетт прислал моему мужу записку, в которой сообщил адрес некоего Сэма Блоксэма из Уолворта, и Джонатан отправился повидаться с ним. От Блоксэма он узнал, куда были перевезены остальные девять ящиков. Это оказался старый, пыльный дом на Пикадилли с каменным фасадом, аркой и высокими ступенями перед дверью, рядом с большой белой недавно выстроенной церковью.
План доктора Ван Хелзинга был таков. Они все вместе отправятся в старый дом на Пикадилли и с помощью слесаря проникнут внутрь. Чтобы не вызывать лишних подозрений, делать это решили не раньше десяти утра. Если никто и ничто им не помешает, они обезвредят все ящики, которые там найдут. Для этого нужно «стерилизовать» землю в них, положив в неё кусочки освящённой облатки. После этого, как считает доктор Ван Хелзинг, Дракула не сможет больше воспользоваться своими убежищами. Затем мой муж, доктор Сьюард и доктор Ван Хелзинг останутся в доме на Пикадилли, а лорд Годальминг и мистер Моррисон отправятся по другим адресам, чтобы повторить всю работу там. Но сначала решено было покончить с Карфаксом.
Джонатан не хотел оставлять меня одну, но я настояла на том, чтобы он не отделялся от своих друзей. Когда они ушли, я места себе не находила и каждую минуту подбегала к окну. И вот, спустя час или около того, я увидела, как они идут по дороге к станции через луг. Джонатан помахал мне рукой и кивком головы дал понять, что дело сделано. Я кивнула в ответ, показывая, что поняла его. А в двенадцать сорок пять я увидела Дракулу! Он спешно покидал Карфакс! Без всяких сомнений, граф заглянул в своё логово и увидел, что оно разорено. Представляю, как он взбесился! Он направлялся на юг. Скажите, мистер Холмс, что я должна была делать? Дождавшись, когда граф скроется из виду, я побежала на станцию и дала мужу и его друзьям телеграмму: «Ждите Д. Он только что спешно покинул Карфакс и торопится на юг. Похоже, он совершает обход и захочет повидать вас. Мина». После этого, честное слово, я собиралась вернуться домой, но что-то сказало мне: «Твой муж и твои друзья сейчас там, в Лондоне. Им грозит смертельная опасность». Эта мысль была так невыносима, что я села на первый поезд до Лондона, и вот я здесь. Я правильно поступила?
— Вы поступили бы ещё правильней, миссис Харкер, — сказал Холмс, — если бы ничего от меня не утаивали.
— Я не понимаю, — пробормотала девушка.
Честно говоря, я тоже ничего не понимал. Мой друг уже высказывал сомнения в искренности нашей гостьи, но я счёл его слова бездоказательными. Между тем, Холмс продолжал:
— Вы уверены, что рассказали мне всё? Что ничего не скрываете?
Девушка вскочила.
— Мистер Холмс! — голос её звенел от возмущения.
Мой друг тоже встал.
— Итак, вы сказали нам всю правду. В таком случае, что это?