Полуночный кристалл (ЛП)
Марлоу отставила бутылку, взяла два стакана. Она поставила их на журнальный столик и подошла к стене, чтобы разжечь камин. Когда пламя вспыхнуло в очаге, она вернулась к дивану и села.
— «Внутри этого лабиринта — огненный пси-шторм». — Адам опустился на диван рядом с ней. Он посмотрел на стакан, стоявший перед ним на столе, но не сделал попытки взять его.
— «Вики инстинктивно отреагировала на нападение на ее чувства». — Марлоу взяла свой стакан. — «Она отключилась и отступила на самый темный конец спектра. Там где зарождается ее талант и где у нее больше всего сил. По сути, она укрылась в мире снов. Это был добровольный транс».
— «Но она зашла так глубоко, что не смогла найти выход обратно?»
— «Да, это в значительной степени описывает то, что произошло».
Гибсон доел энергетические батончики. Он пронес пустые обертки через комнату к корзине, которая уже наполовину была заполнена одинаковыми обертками. Он пополнил свою коллекцию, а затем пролетел по полу к двери размером с кролика, которую Марлоу установила для него. Дверь располагалась в стене рядом со стеклянными, выходившими на балкон. Гибсон усмехнулся и исчез в ночи.
— «Наверное, пошел тусоваться со своими приятелями», — объяснила Марлоу. — «Я думаю, что пушки довольно общительны. Или, может быть, у него есть подружка. Я не знаю, что он делает, когда уходит ночью. Но он вернется через несколько часов. Он прыгает с балкона на балкон, пока не окажется на земле».
— «Да шесть лап — это преимущество, когда занимаешься альпинизмом», — сказал Адам.
На балконе Гибсон вскочил на перила. Несколько секунд он был силуэтом на фоне зеленого света руин, а затем исчез.
— «Вы с Гибсоном уже делали такое восстановление пси-чувств?» — спросил Адам.
Она отпила немного «Амбер Дью» и опустила стакан. — «Ты знаешь, что есть люди, которые входят в специальный список доноров редких групп крови?»
— «Конечно.»
— «Аркейна есть частная клиника для членов Общества, похожая на ту, в которой находится твоя сестра. Я в списке редких талантов, которых можно вызвать для консультации в особых случаях».
Он поднес стакан «Амбер Дью» к свету камина и изучал золотой ликер. — В клиниках Гильдии тоже есть списки специалистов-парапсихологов. У нас есть несколько очень редких и необычных талантов. Но никто из них не смог помочь Вики».
— «Ее состояние было уникальным, потому что оно было связано со светом снов. Сомневаюсь, что в Гильдии много чтецов Сносвета».
— «Нет», — согласился он. — «Это прерогатива Тайного Общества».
— «Я подозреваю, что в списках той клиники есть несколько талантов, которых врачи-парапсихологи Общества могли бы время от времени использовать».
Он отпил немного «Амбер Дью». — «Было бы очень хорошо, если бы Гильдии и Общество поделились / обменялись этими списками».
— «Да», — сказала она. — «Это было бы отлично / очень полезно».
Она глубже опустилась на диван, позволяя нежному теплу крепкого ликера снять напряжение с ее чрезмерно возбужденных нервов. В больнице она потратила много энергии. Сейчас она была в том нервном состоянии, которое всегда следует за сильным ожогом. Вскоре она отключится и погрузиться в тяжелый сон.
Но это произойдет нескоро. Не то чтобы она с нетерпением ждала сна. Сегодня ночью ей будут сниться сны. Плохие. Но именно так работал талант. У нее была большая природная устойчивость. Это тоже было связано с ее талантом. Через пару ночей образы из снов Вики перестанут вторгаться в ее собственные сновидения.
Тем временем «Амбер Дью» ударило ей в голову сильнее и быстрее, чем обычно. По опыту она знала, что в таком состоянии она становилась болтливее.
Адам посмотрел на нее. — «Сегодня ты спасла мою сестру. Я у тебя в долгу. Всю оставшуюся жизнь я буду в долгу перед тобой».
— «Остановись прямо сейчас.» — Марлоу подняла руку. — «То, что я сделала для твоей сестры, я бы сделала для любого».
— «Я это знаю. Но это ничего не меняет».
Она сделала еще глоток «Амбер Дью». — «Если бы ситуация была обратной, ты бы сделал то же самое».
Он смотрел на нее с ровным, непроницаемым выражением лица. — «Думаешь?»
Она улыбнулась, чувствуя себя немного самодовольной. — «Я чтец ауры, помнишь?»
— «Ах, да.»
— «И чертовски хороший профайлер. К твоему сведению, я расшифровала твой пара-профиль, еще в рунах, в нашу первую встречу».
— «Серьезно?» — Он снова поднес бокал ко рту, теперь немного забавляясь. — «И какой у меня профиль?»
Она задумалась над этим, смутно осознавая, что определенно поплыла от «Амбер Дью». — «В такие моменты лучше помолчать», — напомнила она себе. Особенно когда общаешься с мужчиной. Но по какой-то причине она почувствовала себя обязанной рассказать Адаму, что она о нем думает.
Она подняла один палец. — «Начнем с того, что ты тот человек, который всегда будет делать то, что считает правильным, даже если правильные поступки требуют крайней безжалостности. А это значит, что ты, строго говоря, не всегда хороший парень.»
Он вздрогнул. — «Думаешь, это объясняет мои собственные проблемы в отношениях?»
Она сузила глаза. — «Не говори мне, что у такого крутого Босса Гильдии, как у тебя, проблемы с поиском женщины».
— «Назначить свидание — не проблема. А вот долгосрочная перспектива — это проблема».
— «Ну и дела, у тебя проблемы с поддержанием отношений?» — Она сморщила нос. — Ну, Это не ко мне. У меня в этом плане полный отстой, помнишь?
— Да. Ты что-то такое говорила. — Он отпил еще немного из бокала.
— «Но я предполагаю, что отчасти это из-за того, что женщины внимательно смотрят на тебя и решают, что ты неподходящий материал для «Брака по Завету», — добавила она.
Его рот скривился. — «Спасибо, на добром слове.»
— «Это не твоя вина», — сказала она. — «Это генетика. Я читала старые записи Николаса. Что-то о беспокойном духе как одном из симптомов зарождения его таланта».
— «Каждый талант обходится очень дорого, — тихо процитировал Адам. — но с властью всегда так бывает. От первого таланта становишься неугомонным, в душе нарастает беспокойство, и ничем его не унять — ни долгими часами работы в лаборатории, ни спиртным, ни маковым молоком».
— «Ну?» — она сказала. — Это в точности описывает тебя?
Он медленно выдохнул. — «Вероятно. Думаю, у меня никогда не было много времени на отношения. Всегда чувствовал, что мне нужно что-то искать».
— «Ты направил эту энергию на свою работу». — Она подняла второй палец. — «Как я уже говорила, ты тот человек, за которым другие последуют в подземный мир, даже если у них нет янтаря. В переводе это также означает, что ты не всегда хороший парень.»
— «Я чувствую здесь закономерность».
Она подняла третий палец. — «У тебя невероятный талант, и у тебя невероятная сила воли и самоконтроль, необходимые для того, чтобы справиться с такой силой. Ты заканчиваешь то, что начал. Ты неподкупен. Никто не может тебя запугать. Это значит, что ты…»
— «Не всегда хороший парень». — Он допил остатки «Амбер Дью» и посмотрел на огонь. — «Определенно закономерность».
— «Ты, — сказала она очень серьезно, — прирожденный герой».
Он нахмурился. — «Нет. Я просто делаю свою работу».
— «И ты бы в лепешку разбился бы, но сделал это».
— Это твое определение героя?
— «Конечно, часть определения».
Он снова повернулся к огню. — «А мои проблемы в отношениях?»
— «Наверное, похожи на мои». — Она махнула рукой. — «За исключением моих проблем со сном».
— «Как это?»
Она сбросила туфли и положила лодыжки на кофейный столик. — «Посмотрите на это с точки зрения наших свиданий. С нами весело или, по крайней мере, интересно какое-то время. Но вскоре мы становимся раздражающими».
— «Да?»
— «Мы склонны брать на себя ответственность и брать верх. Прежде чем кто-либо поймет, что произошло, мы принимаем все решения».
— «Ты так говоришь, будто мы парочка помешанных на контроле».