Полуночный кристалл (ЛП)
Рик критически посмотрел на газету. — «Уинтерс выглядит хорошо. Но ведь он Босс Гильдии. А ты выглядишь как профессиональная доминанта, упавшая в бассейн. Держу пари, что вся эта кожа стала тугой, когда высохла, да?
Она вздрогнула. — Не напоминай.
— «Не унывай», — сказал Рик. — «Насколько я знаю, видео нет».
— «Очень на это надеюсь». — Она направилась в свой кабинет. — Есть что-нибудь от Пита по тем алиби, которые он проверяет?
— Да, но тебе это не понравится. — Рик встал со стула и остановился в дверном проеме. — «Он позвонил сегодня утром и сказал, что каждый сотрудник музея может подтвердить свое местонахождение в момент кражи артефакта, но он также сказал, что некоторые алиби не совсем надежные. Пока мы говорим, он копает глубже.»
Она опустилась в старое кресло. Оно заскрипело под ее весом. Кресло было куплено Джереми Джонсом в конце Эры Раздора и было одним из нескольких предметов мебели, которые были заменены после того, как повстанцы подожгли это место. Каждый Джонс, возглавлявший офис J&J после Джеремии, берег кресло, добросовестно отправлял его на ремонт по мере необходимости. Но избавиться от скрипа еще никому не удавалось.
— «Алиби доктора Льюиса одно из тех, которые не являются надежными?» — она спросила.
— «Боюсь, что да», — сказал Рик.
— «Я просто не могу поверить, что он выкрал артефакт».
— Это ты сказала, что отпечатки его ауры были самыми свежими на месте преступления. Ты сказала, что они ведут прямо к шкафу, где хранилась Лампа.
— «Я знаю, но доктор Льюис любит музей», — сказала она. — «Он посвятил свою жизнь сохранению коллекции. Кража одной из его драгоценных реликвий совершенно не в его характере.»
— «Люди постоянно делают вещи, которые им не свойственны».
— «Нет, по словам дяди Зика», — сказала она. — «Он утверждает, что если заглянуть достаточно глубоко, всегда можно найти объяснение поступку, который, исходит из темного омута».
— Без обид, но у твоего дяди талант в теории хаоса. Он всегда ищет заговоры и закономерности».
Кресло снова скрипнуло, когда она откинулась назад. — «Я знаю.»
— «Вполне возможно, что у доктора Льюиса что-то не так с психикой, и никто этого до сих пор не заметил».
— «Может быть.»
— Ты на это не купишься, да? — Рик сказал.
— «Нет.»
— «Проблема заключается в том, что Льюис живет один», — сказал Рик. — «Он сказал Питу, что спал дома, когда произошла кража».
— Ну, он живет один. Кстати, я жду звонка от своего механика. Немедленно соедини.
— «Кстати, что, черт возьми, случилось с твоим мотиком? А машиной Уинтерса, если уж на то пошло? Я знаю, что в газетах что-то говорилось о проблеме с машиной, но в это трудно поверить.»
— «Какой-то идиот-охотник принял Дрима за оленя. И прострелил одно колесо. Сегодня утром Адам послал кого-то из Гильдии забрать его и отвезти на СТО. Он должен быть готов сегодня днем.
— А что насчет машины твоего «Визави»?
— «До нее тоже добрался тот же охотник. Спустил шины.»
— «Конечно. А еще, у тебя есть мост из янтаря, который ты можешь продать мне.»
Она поморщилась. — «Ладно, ладно. У Адама есть враги».
— «Кто бы мог подумать. Он только что возглавил самую криминальную Гильдию в четырех городах-государствах». — Глаза Рика расширились. — «Ты хочешь сказать, что кто-то пытался его убить? Когда ты была с ним?»
— «Ага. Вот почему мы ушли в туннели и в итоге добирались до города автостопом».
— «Вау. Кто бы это ни был, должно быть, он в отчаянии. Гильдии обычно держат свои политические ссоры внутри организации. Они не любят привлекать внимание гражданских лиц. Это верный способ привлечь внимание полиции, а это последнее, чего хотят организации».
— «Адам думает, что кто-то в Совете очень недоволен тем, что его прокатили».
— «Конечно. Дуглас Дрейк. Это не секрет». — Рик мило улыбнулся ей. — Итак, как долго ты встречаешься с Адамом?
— «Недолго.» — Она повернулась, чтобы включить компьютер.
— «Я думал, у тебя шестимесячный перерыв… «в отношениях», после Такера Дина ты зареклась связываться с мужиками».
— Я передумала, — сказала она ровно. — «И если ты хочешь и дальше продолжать здесь работать, воздержись от упоминания имени Такера Дина в этом офисе».
— «Извини, босс».
Рик раскаивался, и она это знала. Такер Дин обманул ее. Десять славных дней она наслаждалась его обществом. Казалось, он обладал всеми качествами, которые она мечтала иметь в любовнике: умом, чувством юмора, жизнерадостным и позитивным взглядом на жизнь и взаимодополняющим ее мировоззрением. В качестве дополнительного бонуса он был невероятно красив. И все это было завернуто в сексуальную упаковку.
Такер был идеален. Слишком идеальным.
Правда не разбила ей сердце. Она была почти уверена, что ее дар сделал ее невосприимчивой к той глубокой, прочной связи, которой наслаждались ее родители и многие другие члены семьи Джонсов. Но этот опыт сделал нечто гораздо худшее. Он разрушил ее веру в себя, заставил сомневаться в собственных суждениях. Она была главой «Джонс и Джонс». Она не могла и не должна совершать ошибок, подобных той, которую она совершила с Такером.
— «Век живи, век учись», — сказал дядя Зик. — «Это — не приятный, но опыт».
Привлеченный скрипящим стулом, Гибсон ввалился в дверной проем, держа в одной лапе обертку энергетического батончика High-Rez. Он запрыгнул на подоконник и положил обертку в контейнер, который Рик специально там поставил.
Марлоу знала, что Гибсону было все равно до переработки отходов. Ему просто нравились блестящие вещи. В последнее время ему особенно нравились ярко-оранжевые обертки из фольги, которые компания High-Rez использовала для упаковки энергетических батончиков. У него было море фантиков и в офисе, и дома. Как и все заядлые коллекционеры, он был одержим пополнением своих коллекций, отсюда и новые замки на банках для печенья.
Добавив обертку в тайник на подоконнике, Гибсон вскочил на стол и оттуда проворно прыгнул на высокую спинку кресла. Это был один из его любимых насестов.
Рик скрестил руки на груди, прислонился плечом к дверному косяку. — Держу пари, что твои родственники взбесятся, когда услышат, что ты и Уинтерс встречаетесь, а?
— «Если ты не заметил, я взрослый человек. Я не тащу парней, чтобы их одобрили мама и папа / Мне не нужно одобрение родителей, чтобы встречаться с парнями». — Она сделала паузу. — «Но так получилось, что они еще не знают, что я встречаюсь с Адамом Уинтерсом».
— Держу пари, это ненадолго.
— «Расслабься. Мои родители не читают «Маяк» или «Экзаминер». У меня полно времени. Я позвоню маме позже».
Телефон зазвонил. Рик посмотрел на него.
— Твоя мама, — сказал он.
Марлоу вздохнула и потянулась за трубкой. — «Порой я забываю, что у нее отличная интуиция».
Десять минут спустя, она положила трубку, и была явно встревоженная. Она снова подняла трубку и набрала номер, который дал ей Адам. К ее изумлению, он ответил сам.
— Привет, Марлоу, — сказал он.
Она нахмурилась. — «Разве у тебя нет помощника, который отвечает на звонки?»
— «Конечно, у меня есть помощник. Даже два. Но это мой личный номер. Никто не отслеживает звонки, поступающие на этот номер. Обычно это не проблема, потому что очень немногие знают этот номер».
— «Надо же.» — Она прочистила горло. — «Я звоню, чтобы сказать, я только что разговаривала с мамой».
— «Проблемы?»
— «Она слышала новости. О нас. Я, естественно, все объяснила.»
— «Все?»
— О наших так называемых отношениях, что — это всего лишь прикрытие, которое мы используем, пока работаем над совместным проектом, связанным с крупной находкой в подземном мире. Я сказала, что расскажу ей подробности позже».
— «Предвижу плохие новости».
— «Она сказала, что собирается пригласить тебя и твоих родителей на ужин. Сегодня вечером. Прежде чем мы пойдем в клинику к твоей сестры».