Невеста с подвохом, или Ну, держись, Проклятый Герцог (СИ)

Нужно подплыть ближе.
Но только я так подумала, как нос лодки ударился обо что-то твердое, и она покачнулась. Посмотрев вниз, я увидела, что между мной и бассейном тянется полукругом каменная коса.
Выбравшись из лодки и, подтянув в очередной раз сползающие чулки, я двинулась по косе к резвящимся в бассейне детям.
Странно было так думать. Откуда здесь дети? Как это вообще возможно?
Подойдя ближе, я увидела, что у всех детей длинные волосы. Девочки?
Я сделала еще несколько шагов, как вдруг одна из ближайших ко мне фигурок, взвившись вверх, нырнула под воду вниз головой. Над поверхностью воды на несколько мгновений мелькнул большой рыбий хвост с серебристой чешуей и раздвоенным плавником.
Русалки? Дети-русалки? Девочки-русалки?
Они ныряли и резвились, слышался детский смех.
«И чего остальные невесты были так напуганы? - не понимала я. - Если Гранвиль рассказал им, что их ждет встреча с русалками, то эти же совсем дети! Чего их бояться?»
Мне остался шаг до самой кромки воды. И тут девочки-русалки перестали резвиться, замерли в воде и... все разом повернулись ко мне.
М-мать. М-моя. Ж-женщина. О-отец. М-мой. М-мужчина. И другие родственники.
Не-не-не-не-не! Где моя лодка?! Я проехала свою остановку, мне срочно нужно вернуться назад! Заберите меня отсюда! Спасите-помогите!
Твоя светлость, сволочь, что я тебе сделала?! Почему из-за тебя я оказалась здесь?!
Вы видели, как улыбаются акулы?
Готова спорить на жизнь Сюзанны Бизар (мне не жалко), что вы не хотите этого увидеть.
Черненькие кругленькие, как пуговицы, глазки, а под ними, в прямом смысле растянутые в улыбках от уха до уха рты с двумя рядами острых акульих зубов...
На детских личиках.
Жизнь меня к такому не готовила.
Здесь какие-то неправильные русалки, думала я, медленно пятясь назад. Все же знают сказку про русалку. Она была красавица, только с рыбьим хвостом! А эти - неправильные.
- Большая девочка? Большая девочка.
- Пришла к нам в гости? Пришла к нам в гости.
- Красивая? Красивая.
- Поиграем? Поиграем.
Они разговаривали! И... мама дорогая! Вот с этими акульими лицами они говорили детскими голосами!
Гранвиль, я убью тебя!
Если выживу.
Девочки-русалки смотрели на меня, улыбаясь от уха до уха жуткими улыбками детенышей акул.
- Ты будешь с нами играть? Ты будешь с нами играть.
- Не уйдешь? Не уйдешь.
Какая милая у них манера общаться, подумала я. Сама спросила, сама ответила. Оно и верно: всегда приятно поговорить с интересным собеседником. С собой. Надо взять на вооружение.
Я продолжала медленно пятиться.
Спокойно, Сусанка. Сейчас задком-задком находим лодку, забираемся в нее медленно и отчаливаем, а, отчаливая, улыбаемся и машем - очень вежливо, чтобы не обидеть девочек. Не то съедят.
Девочки - они такие. Сначала кажутся милыми, потом поворачиваются личиками, а там... Зубки. Акульи. Нет ничего страшнее девочек, надо запомнить.
- А-а-а... деточки, миленькие, - улыбаясь, пяточкой пыталась найти лодку я, - а я вам тут гостинцев принесла, снаружи оставила, возле входа. Сейчас заберу и сразу вернусь, а тогда уже и поиграем. Ладушки?
Клац!
Не переставая улыбаться, щелкнула акульими зубками одна из русалок.
Клац!
Сомкнулись зубы второй.
Клац!
В сумраке пещеры глаза русалок полыхнули алым.
- Поняла-поняла! Поняла! - перестала шарить пяткой в поисках лодки я. - Все входят, никто не выходит. Очень гостеприимно. Очень.
Так. Думай, Сусанка. Уйти не дадут, вон как глаза кровью налились.
Чего они там хотят? А хотят они поиграть. В таком случае, можно допустить, что сразу не съедят.
Ну поиграть, так поиграть.
- И в какую игру вы хотите сыграть? - спросила я.
- Ты любишь загадки? Ты любишь загадки.
Конечно, я люблю загадки. Это же совершенно очевидно. Я же просто мечтала оказаться здесь в полночь с этими жуткими созданиями, чтобы в загадки поиграть!
- Будет весело? Будет весело.
Да-да, милые, мне уже весело. Никогда еще в жизни так весело не было.
- Разгадаешь загадку?..
 
Я немного подождала.
Так, а почему в этот раз утверждения не последовало? Подозри-и-ительно...
Одна из русалок нырнула в воду и несколько секунд спустя вынырнула ближе ко мне. Я бы попятилась дальше, но было уже некуда.
- За спиной твоей колодец - он глубок. Загляни в него - себя увидь, дружок, - произнесла она.
Вторая русалка вошла в воду и вынырнула ближе на метр:
- Под водой живет событий череда. Дно незримо - там лишь темная вода.
За ней последовала третья:
- Что уронишь в воду - больше не вернешь. Не утонешь, даже если ты нырнешь.
Они подбирались ко мне поближе по очереди, одна за другой:
- В том колодце отраженья лишь живут. Потянись рукой к ним - тотчас уплывут. Последняя нырнула и вынырнула рядом с остальными:
- Будет полон он водой, пока живешь. Пересохнет он, как только ты умрешь. Пересохнет он, как только ты умрешь...
Девочки-русалки смотрели на меня налитыми кровью глазками с застывшими на детских личиках жуткими выжидательными улыбками.
«В том колодце отраженья лишь живут... Потянись рукой к ним - тотчас уплывут...»
Здесь, в этом чужом мире, ночами я часто вспоминала свою прежнюю жизнь. Вспоминала Игоря, тянулась к нему мыслями. Тянулась мыслями к вредной и строгой, но такой родной Лариске, к привычным и недоступным для меня сейчас вещам. Я представляла их в своем воображении, тянулась, но... они тотчас уплывали, рассеивались. Потому что были только отражениями. Воспоминаниями.
Череда событий - это воспоминания. Дно незримо, потому что никто из нас не помнит себя сразу после рождения. Прошлое вернуть нельзя, а когда человек умирает, вместе с ним умирают его воспоминания.
Этот колодец за спиной...
- Память, - сказала я. - Ответ - память.
- Взрослая девочка разгадала загадку? Взрослая девочка разгадала загадку, - произнесла детским голоском одна из русалок.
Ух, ты, подумала я. Может, еще удастся уйти отсюда живой?
- Хочешь еще одну загадку? Хочешь еще одну загадку, - вопросом-ответом произнесла одна из маленьких русалок.
Конечно, хочу еще загадку. Умру от любопытства, если не услышу! Кто бы не хотел еще одну загадку в такой уютной почти домашней обстановке?
Девочка-русалка слева от меня вновь нырнула в воду и вынырнула ближе:
- Одного она больно ранит. Для двоих - даром ценным станет.
Крайняя справа последовала ее примеру: плюх в воду - и вот она уже выныривает заметно ближе ко мне.
- Ее не купишь, силой не возьмешь, но коль умел ты будешь - украдешь.
Третья вошла в воду - и вот я уже намного лучше могу разглядеть насколько остры ее треугольные акульи зубки, так близко она ко мне:
- Один с ней может мир завоевать. Подтолкнет она другого убивать.
Следом нырнула еще одна, а, когда вынырнула, в ее полыхающих алым огнем глазах мне почудилось нетерпение:
- Счастлив будешь, коль ее познаешь. Свет померкнет, если потеряешь.
Последняя нырнула и вынырнула рядом с остальными:
- Свет померкнет, если потеряешь... Свет померкнет, если потеряешь...
Что болезненно для одного и счастье для двоих? Что можно украсть, но нельзя купить? «Свет померкнет» - это, пожалуй, художественное преувеличение. Испытать не доводилось, а вот на глупости, на какие только не подталкивала - это да.
- Любовь, - без колебаний ответила я.
Русалки с акульими улыбками на детских личиках подозрительно захихикали.
- Взрослая девочка правильно отгадала? Взрослая девочка правильно отгадала.
Я нахмурилась. Если я отгадала правильно, то почему у меня такое чувство, будто что-то не так? В чем подвох?
А я не могла отделаться от ощущения, что где-то здесь таится подвох.
Русалки продолжали хихикать, как будто знали что-то, чего не знала и не понимала я.
А еще... Теперь они были слишком близко ко мне.