Время героев: рассказы, эссе
Все, что требуется от современного человека, – быть максимально тупым и открытым для восприятия информации. Медиа расскажет вам, что надеть в этом сезоне и какую машину выбрать. Если вы интересуетесь актуальной культурой, Медиа пришлет вам эсэмэс из 32 строк, в котором кратко будет изложен сюжет гомеровской «Илиады» или шекспировского «Гамлета». Если вы хотите ознакомиться с наиболее продвинутой живописью, Интернет предложит вам кликнуть на Gioconda.Jpg или Danaya.Jpg.
Медиа выбрала и отсортировала для вас все мировые произведения в любых областях, за всю историю человечества. Вам не стоит как прежде тратить время и читать книги, чтобы постичь жизнь. В каждом сезоне Мировой Медиа-Разум предложит вам наиболее актуальные новинки (или реплики).
Главное в нашем мире – быть актуальным, а не разумным. На смену homo sapiens пришел homo medias.
*
Медиа для меня все. За день я прочитываю десяток газет и глянцевых журналов, прокликиваю сотни новостных и лайфстайловых порталов в Интернете, прослушиваю тысячи новостей по радио и просматриваю великое множество телепередач. Я живу в медиа-пространстве. Самым большим ударом для меня будет, если в два часа дня я появлюсь на улице в галстуке, который вышел из моды накануне в 11 часов вечера. Я должен быть в теме. Я не могу позволить себе выпасть из медиа-волны.
Я постоянно он-лайн. У меня современный телефон с Blue-Tooth, Palm и красный ноутбук Acer Ferrari (не сказать, что я им часто пользуюсь, просто медиа сказала, что он актуальный). Я засыпаю под включенный телевизор, чтобы даже во сне последние мировые новости записывались мне на подкорку. Даже когда я занимаюсь сексом с женой, мне хочется воткнуть себе в задницу сетевой кабель и качать, качать мегабайты информации из Интернета. Это стало моей несбыточной мечтой. Во-первых, это позволит мне оставаться он-лайн, во-вторых, моя жена получит визуализованный сетью образ ИДЕАЛЬНОГО ЛЮБОВНИКА, смесь Антонио Бандераса и героинового мальчика а-ля «Мумий Тролль». В этот момент у меня не будет проблем. Я сольюсь с медиа, а мой член увеличится с помощью фотошопа.
Ежедневно я получаю передозировки информации. Я очень плотно подсел. В обед, когда утренние новости уже услышаны, время вечерних слухов еще не пришло, а новостные порталы в сети еще не обновились, у меня начинается жуткая ломка. Я разнюхиваюсь кокаином и часами смотрю Fashion TV или переключаю каналы в поисках рекламы. У меня устойчивая медиа-зависимость. Я ни на минуту не могу выпасть из темы. Я – медиа-торчок.
Именно информированность – источник моего благосостояния. Мне платят только за то, что в нужный момент, в любой компании, я могу рассказать актуальный анекдотик, свежую гаденькую сплетню или присунуть пошловатую шутку в чью-то беседу. Я – постоянный источник новостей, слухов и скандалов. Я знаю все модные на 12 часов дня дизайнерские марки, все наиболее сильно торкающие наркотики, я знаю наизусть все трендовые статейки в журнале «Vogue» и все последние коллекции в Третьяковском проезде. Я знаю, с кем спала вчера Ксюша! Я знаю, что нюхал вчера Федя! Я знаю, кому продал эту девчонку Петя! Наконец, я знаю, что вы делали прошлым вечером, и даже то, что будете делать завтра!
Я должен быть в курсе. Никто, слышите, НИКТО не может мне сообщить новости! Я – основной ньюсмейкер. Любое, даже не известное мне сообщение, я выслушиваю с кислой миной а-ля «еще вчера посмеялись». Даже на Пасху, когда мне говорят – «Христос Воскрес!», я отвечаю, что читал вчера об этом в Днях. ру.
Все передачи и явления я делю по принципу медийной актуальности. Я не читаю классиков, потому что они писали вчера и стали историей. Я вообще не интересуюсь историей, а когда лохи говорят мне, что войну 1941–1945 года выиграл СССР, я смеюсь им в лицо. Уж я-то знаю, что ее выиграли американцы, а СССР и Германия в то время были союзниками. Потому что, в отличие от лохов, я вчера смотрел вечерний выпуск Cи-эн-эн, посвященный высадке в Нормандии, а то, что говорит мне медиа, я признаю единственной правдой.
Каждый вечер я стремлюсь обогнать утренние новости, мотаясь по клубам и ресторанам Москвы, собирая слухи, сплетни и прочие гадости. Аккуратно, как истинный коллекционер, я поднимаю с паркетных полов осколки чужого счастья и щепки чужой беды. Завтра они станут достоянием тусовки, что, несомненно, добавит мне пару баллов по шкале медийности.
Уже ночью, устав от круглосуточной мысли об усталости, с головой, налитой тяжестью ежедневного безделья, я еду в клуб, чтобы слиться с сотней таких же, как и я, бездельников. Рабов ненасытного бога, именуемого Медиа. Каждый вечер здесь совершаются человеческие жертвоприношения и мы, подняв головы, смотрим, как сгорают человеческие жизни в лучах софитов или свете ночных фонарей.
– Круто, у Лени передоз!
– Где, где, пустите, дайте посмотреть! – Толпа облепляет угол заведения, чтобы посмотреть, как, со струйками крови из носа, быстро вытекает жизнь. Леня лежит на полу и корчится от судорог. Он умирает с блаженной улыбкой дауна, подсмотренной им в каком-то рекламном ролике. Толпа расходится, громко обсуждая это событие. Кто-то выдумывает новую шутку про кокаин.
Через десять минут в клуб влетает девушка и сообщает, что час назад Андрюха насмерть разбился на своем новом «Infinity», не вписавшись в поворот на Рублевке. Доверительно рассказывается о том, сколько он до этого выпил. Девушка немедленно становится центром внимания. Все спрашивают подробности, многие тиражируют этот рассказ своим друзьям по мобильникам. Толпа жадно пожирает очередную новость о смерти и разъезжается по домам с чувством выполненной миссии.
Леня и Андрюха стали медиа-героями. Новыми халифами на час. Признаться, я завидую им. Даже очень. Они счастливчики, эти ребята. Сегодня о них говорит весь город. Я тоже хочу быть героем. Я верю, что завтра наступит и мой день. Я наконец осуществлю свою детскую мечту и попаду в ящик. То есть в телевизор.
Завтра вечером я приду в этот клуб. Я вскрою себе вены последним CD Buddha Bar и воткну в каждую руку по телевизионной антенне. Мои глаза лопнут и начнут трансляцию на заботливо развернутые кем-то в центре зала экраны. Из правого глаза польется показ последней коллекции Prada, а из левого – новый клип Децла.
– Wow! Здорово! – завизжат модненькие девчонки. – Он крутой, этот парень! Ты бы переспала с ним?
– Давай, потяни, старичок, в последний раз, – шепнет мне на ухо знакомый дилер, заботливо заряжая мои ноздри порцией кокаина одной рукой и вытаскивая мою (теперь уже совершенно ненужную) кредитную карточку другой.
Из ноздрей мощными струями забьет кровь, а голова начнет раскалываться надвое. В этот момент меня будет волновать только одно: достаточно ли сексуально я выгляжу в красных кроссовках Fila Ferrari и ручейками крови на груди? АКТУАЛЕН ЛИ Я? Решив, что красное с красным это актуально, я начинаю испускать дух. В этот последний момент какой-то из еще не погибших нейронов начинает бешено вибрировать, подобно Alarm Call: ПРИДУРОК, НЕ ХВАТАЕТ СЛОГАНА!!! БЛЯДЬ, НЕУЖЕЛИ ТЫ ТАК И УМРЕШЬ НИЧТОЖЕСТВОМ?!
Из последних сил я обмакиваю в собственную кровь указательный палец и пишу на спинке белого дивана от Филиппа Старка финальную фразу: «GOD IS MEDIA».
В жизни всегда есть место подвигу.
Через несколько минут шампанское заканчивается, музыка начинает играть тише, а на сцену выходят уборщики. Народ постепенно расходится.
– Клевая была тусовка, и парень этот тоже ничего отжег, – скажет на выходе какой-нибудь рекламщик своему дружку.
– Да, неплохо, хотя я уже видел подобное в Лондоне. Но вот слоган хорош. Надо будет его быстренько зарегистрировать. Он придает образу старковского дивана налет мученичества. Это то, что надо.
Мне очень повезло. Наверное потому, что я истинный герой. Я никуда не исчез, я просто слился с медиа. Завтра утром меня покажут в новостях. И кусочек меня войдет в каждого посмотревшего. И в тебя, и в ту девчонку, нюхающую в туалете, и вон в того парня, висящего в Интернете, и в тех знакомых мне по прежней жизни барыг и сутенеров. И вообще во всех, кто посмотрел сегодня репортаж про парня, погибшего в клубе от удара током. Я стал частью индустрии. Я – МЕДИА!