Девять хвостов бессмертного мастера
Слуга поднял стакан, и зеваки издали вопль восхищения. Игральная кость была там! К выигрышу мужчина отнёсся спокойно, даже равнодушно. Казалось, он терял интерес к происходящему, когда стаканы останавливались.
Господин-с-горы положил на стол монету. Глаза незнакомца тут же оказались на нём, и Господин-с-горы невольно поёжился. Взгляд был цепкий, на грани неприличия: разглядывать незнакомых людей так пристально было верхом бесстыдства.
– Пожалуй, сыграю, – сказал Господин-с-горы слуге.
– Эй, только зря деньги потратишь, – заметил кто-то из зевак. – У него невозможно выиграть.
– В мире нет ничего невозможного, – спокойно возразил Господин-с-горы и сел за стол, напротив незнакомца в зелёном.
Тот широко улыбнулся и сделал приглашающий жест, будто уступая право первого хода. Господин-с-горы решил чуть-чуть сжульничать для пользы дела. В быстроте своей реакции он был уверен, но всё-таки подстраховался, позволяя толике духовных сил просочиться и следить вместе со зрением за стаканами. Так он чувствовал ауру предметов и отыскал бы игральную кость, даже если бы сбился со счёта.
Слуга закинул игральную кость в стакан, опрокинул его на стол… Глаза Господина-с-горы двигались так же быстро, как и глаза незнакомца. Слуга остановился, выстроил стаканы ровным рядком.
Господин-с-горы протянул руку и дотронулся до левого стакана:
– Здесь.
Незнакомец одновременно с ним дотронулся до этого же самого стакана. Пальцы их невольно соприкоснулись. Господин-с-горы поспешил отвести руку. Касаться других людей, будь то даосы или обычные люди, он не любил. Но этого секундного прикосновения хватило, чтобы понять: он не ошибся, у незнакомца нет духовных сил. Ауры как таковой тоже. Господин-с-горы счёл это странным, но тут же забыл об этом: слуга поднял стакан, игральная кость была под ним. Зеваки раскричались ещё громче.
Незнакомец кинул на стол ещё несколько монет. Господин-с-горы сделал то же самое. Он не был азартен, но был любопытен. Ему хотелось понять, как незнакомец угадывает. Они сыграли ещё несколько раз, но Господин-с-горы так ничего и не понял. Были раунды, когда незнакомец даже не следил за стаканами, но всё равно угадывал верно.
– Мне прискучило, – сказал незнакомец. – Давай сыграем во что-нибудь ещё?
Он обратился к Господину-с-горы так, будто они были давно знакомы.
– В шахматы? – предложил Господин-с-горы.
В глубине зрачков незнакомца загорелся и тут же пропал огонёк.
– Я очень хорошо играю в шахматы, – предупредил он, ухмыльнувшись.
Он нисколько не преувеличивал. Они провели за шахматной партией несколько часов. Господин-с-горы хоть и выиграл, но победа далась ему нелегко. Он испытал необыкновенный подъём сил, осознав это: наконец-то нашёлся достойный противник!
[011] Господин-с-горы говорит о Господине-с-горы
– Я бы хотел услышать твоё имя.
– Разве первым не представляется тот, кто спрашивает? – возразил Господин-с-горы. – Сначала назови себя.
– Я бы предпочёл первым услышать твоё, – настаивал незнакомец.
Господин-с-горы тянул время с умыслом. Спускаясь с горы, он не предполагал, что придётся кому-то представляться. Он попросту не придумал себе имени. Вопрос незнакомца застал его врасплох и едва ли не заставил паниковать. Не мог же Господин-с-горы назвать ему своё настоящее имя?
– У Мин, – наконец произнёс Господин-с-горы.
Незнакомец фыркнул:
– «Без имени»?
– «Без света», – возразил Господин-с-горы.
– В этом посёлке нет семьи У, – проговорил незнакомец, глядя в сторону.
– Я не отсюда. Представься ты.
– Ху Вэй.
– «Красивое озеро»?
– «Лисий хвост» [10].
– В этом посёлке нет семьи Ху, – парировал Господин-с-горы.
– Я не отсюда. Прослышал про праздник и пришёл взглянуть, – объяснил Ху Вэй на тот же манер. – Хочу проверить, правдивы ли слухи.
– Какие слухи?
– О человеке с этой горы… Таошань, кажется?
Господин-с-горы кивнул.
– Ходят слухи, что один из даосов настолько красив, что можно ослепнуть, просто взглянув на него, – сказал Ху Вэй, расставляя шахматные фигуры.
– Думаю, это преувеличение, – с лёгким удивлением заметил Господин-с-горы. Похоже, по ту сторону гор слухи были преувеличены в разы.
– Поэтому я пришёл в посёлок и дожидаюсь начала праздника. Даосы ведь каждый праздник спускаются с горы? Интересно будет посмотреть на этого Господина-с-горы.
– Полагаю, это тебе не удастся.
– Почему?
– Он всегда носит маску, никто не видел его лица. Поэтому ходят слухи о его красоте или уродстве. Никто точно не знает, как он выглядит.
Ху Вэй казался озадаченным:
– Никогда не снимает маску?
Господин-с-горы кивнул.
– Странный обычай, – удивился Ху Вэй. – И что, все даосы носят маски не снимая?
– Остальные будут без масок.
– Зачем мне остальные, когда я пришёл поглядеть на Господина-с-горы? – с досадой сказал Ху Вэй. – Неужели придётся возвращаться ни с чем? Никогда-никогда не снимает маску?
– Никогда-никогда, – подтвердил Господин-с-горы.
Ху Вэй издал пренебрежительный звук и поглядел куда-то в сторону. Глаза его подёрнулись дымкой задумчивости, потом вспыхнули оживлением, как это всегда бывает, если находится правильный ответ или верное решение. У Господина-с-горы отчего-то по позвоночнику пробежала дрожь. Он удивлённо прислушался к себе, но так и не понял, что это было.
Ху Вэй перевёл разговор:
– Чем занимается твоя семья?
Господин-с-горы сделал вид, что не расслышал, занятый шахматными фигурками на своей половине доски. Он и имя-то с таким трудом выдумал, а теперь ещё и это! И зачем спрашивать у случайного знакомого такие подробности? Но Ху Вэй не отставал и повторил вопрос. Господину-с-горы пришлось напрячь мозг и выдавить из себя невнятный ответ:
– Книжная лавка в столице.
Ху Вэй высоко приподнял брови:
– И как же тебя занесло в такую глушь? Неужели слухи о Господине-с-горы дошли и до столицы?
Господин-с-горы никогда не был в столице, но предполагал, что там наверняка может оказаться и семья по фамилии У, у которой есть загулявший неизвестно где сын. И он понятия не имел, слышали ли в столице о горе Таошань.
– Я просто странствую.
Ху Вэй окинул его быстрым, но цепким взглядом и неопределённо хмыкнул:
– Судя по всему, исключительно в паланкине? У твоей семьи, видно, денег куры не клюют?
Господин-с-горы помолчал, размышляя над словами нового знакомого. Вероятно, внешний вид Господина-с-горы вызвал у Ху Вэя подозрения по поводу правдивости его слов: одежда с иголочки вряд ли водится у странников.
Господин-с-горы опять сделал над собой усилие и сказал:
– У меня слабое здоровье. Я редко хожу пешком.
– И всё же отправился странствовать? – сощурился Ху Вэй.
– Я хочу поглядеть мир. Но ты ещё ни слова не сказал о том, чем занимается твоя семья.
– Ты не спрашивал, – ухмыльнулся Ху Вэй.
– Теперь спрашиваю.
Ху Вэй поднял с шахматной доски пешку, подкинул её несколько раз в воздух, ловко поймал и поставил обратно на доску.
– Ещё партию?
На вопрос он так и не ответил.
[012] Господин-с-горы осквернён
Всю неделю до праздника Господин-с-горы спускался в посёлок, где поджидал его Ху Вэй, и они играли в шахматы или разговаривали за чашкой чая. Пожалуй, впервые в жизни у Господина-с-горы появился друг.
– На праздник придёшь? – спросил Ху Вэй накануне праздника.
– У меня дела. Вряд ли смогу. Встретимся в чайной после, если ты ещё будешь здесь.
– Конечно, буду, – со смехом сказал Ху Вэй. – Должен же я перед тобой похвастаться тем, что никому другому не удавалось?