Девять хвостов бессмертного мастера
– Может, тогда лучше превратиться в лиса? – спросил Господин-с-горы, подумав. – Для экономии энергии?
– Нет, – отрезал Лис-с-горы.
– Но ведь…
– В полностью лисьей форме заниматься лисьей культивацией нельзя, – раздражённо сказал Лис-с-горы.
Господина-с-горы прямо-таки подмывало превратиться в лиса! Но категоричность Лиса-с-горы его удивила. Быть может, это было какое-то лисье табу?
– Почему? – спросил Господин-с-горы, решив это выяснить. – Дао Лисы?
Лис-с-горы поморщился:
– Не совсем… да, отчасти… хм… Это твоя любимая Скверна.
– А сам говорил, что лисам Скверна неведома, – пробормотал Господин-с-горы.
– Я всё слышу. У нас разные представления о Скверне. Скажем так… Лиса, запутавшись в культивационных дебрях, легко может обезуметь и начнёт творить разные непотребства, если переусердствует в лисьей культивации. Ложиться с кем попало, к примеру, задирать лапы и метить чужие углы…
– Что?!
– Ха-ха… Я не шучу, так и есть. Это лисоблуд. Тёмное Дао. Лисьи демоны – демоны, не обычные лисы – не пользуются этой формой для… хм… лисьих забав. Те, что ещё не научились превращаться в людей… хм… им можно. Тем, кто постиг Дао Обращения, нельзя.
– А чем лисьи забавы от лисоблуда отличаются? По-моему, одно и то же.
– Не одно и то же, – раздражённо оборвал его Лис-с-горы. – Хватит об этом! Тёмное Дао не для тебя. Культивируй в горного духа!
На другой день Господин-с-горы был приятно удивлён, обнаружив, что никто его не потревожил и он отлично выспался, хотя рука его по-прежнему беспокоила. А ещё он обнаружил, что из-под кровати торчит хвост Недопёска.
– Ты что там делаешь? – спросил Господин-с-горы.
– Не хочу в этом участвовать, – буркнул Недопёсок. – Отсижусь тут.
– В чём участвовать? – не понял Господин-с-горы.
– В лисьем лежбище.
Господин-с-горы решил, что это какой-то лисий праздник.
– И ты тоже не ходи, – сказал Недопёсок, царапнув Господина-с-горы за ногу.
– Мне нужна новая одежда, – сказал Господин-с-горы, – схожу к Многоглазой. Можешь оставаться здесь, если хочешь. Только подбери хвост, он торчит из-под кровати и тебя выдаёт.
Недопёсок тут же подобрал хвост.
Чтобы оказаться во внутреннем дворе, откуда была дорога к Многоглазой, Господину-с-горы нужно было пересечь почти весь Лисий дворец и пройти мимо зала, где лисы обычно устраивали пирушки. Он остановился и взглянул. Зал был битком набит лисами, и невинным глазам Господина-с-горы предстало то, что Недопёсок называл «лисьим лежбищем», а попросту было лисьей оргией. Лисы ложились друг с другом как попало, издавая при этом бесстыдные звуки. Лис-с-горы лениво на них взирал со своего трона, возле него тёрлась какая-то лисица, и его рука была у неё под хвостом. Их взгляды встретились на долю секунды. Лицо Лиса-с-горы изменилось, он вскочил, отшвыривая лисицу в сторону.
– Фэйцинь!
Господин-с-горы отвернулся и пошёл дальше.
– Фэйцинь!
Лис-с-горы уже был возле него, схватил его за локоть. Господин-с-горы высвободил руку резче, чем от себя ожидал.
– Не сердись, Фэйцинь. Я знаю, что ты подумал, но это не то, – сказал Лис-с-горы быстро.
Господин-с-горы взглянул на него с удивлением:
– Почему ты решил, что я сержусь? И что я должен был подумать?
В глазах Лиса-с-горы что-то промелькнуло.
– Ты шутишь? – проговорил он и указал пальцем на зал: – Как ты отнёсся к этому?
Господин-с-горы пожал плечами:
– Никак. Они могут лисоблудить, если им хочется.
– И я? – нахмурился Лис-с-горы.
– И ты…
– Почему ты так спокоен? – прицепился к нему Лис-с-горы. – Раньше ты на себе шерсть рвал, потому что видел Скверну даже в вычёсывании хвостов. Куда делась твоя благопристойность бессмертного мастера?
– Туда же, куда делся и сам бессмертный мастер, – сказал Господин-с-горы, выжидая момент, чтобы улиснуть. – Сам же говорил, чтобы я перестал об этом думать и начал вести себя как лис. А теперь, когда я веду себя по-лисьи, тебе и это не нравится. Тебе не угодишь.
– Уйди с глаз моих! – рассердился Лис-с-горы, которому страшно не нравилось, когда с ним начинали пререкаться. Особенно бывшие бессмертные мастера.
Господин-с-горы фыркнул и пошёл дальше. Зачем было останавливать его, чтобы прогнать?
Но он всё-таки подумал, что ему не слишком понравилось то, что он увидел. Лисье пламя затеплилось на секунду и свернуло языки в огненное кольцо, когда он подумал об этом. Господин-с-горы почувствовал жгучую боль в раненой руке, сдвинул рукав, чтобы посмотреть. Из-под повязки, потемневшей и обуглившейся, сочились тонкие струйки полупрозрачного дыма. Господин-с-горы поспешно развязал бинты. На его руке не осталось ни ран, ни шрамов, но от тех мест, где прежде были залитые живицей раны, шёл дымок.
[048] Господин-с-горы ищет виноватых
– Да, теперь их восемь, – пробормотал Господин-с-горы, разглядывая через плечо свои хвосты. Он нетвёрдо помнил, когда появился восьмой. Не мог припомнить за собой вспышек гнева или чего-то подобного. Недопёсок услужливо сообщил, что восемь хвостов у Господина-с-горы стало после возвращения из леса.
– А, вот оно что…
Лис-с-горы после той непонятной вспышки гнева обращался с ним дурно и кусался в два раза чаще обычного.
«Может, он всё-таки начал понимать, что я не тот человек?» – подумал Господин-с-горы.
К Господину-с-горы вернулась лисья хандра. В угол он не забивался, но сидел с таким мрачным видом, что даже Недопёсок не решался к нему приблизиться.
«Что это за жизнь? – думал Господин-с-горы. – Я погряз в Скверне».
– Я вынужден влачить жалкое лисье существование, – пробормотал он. – Что хорошего в том, что у меня восемь хвостов? Я с каждым хвостом всё дальше от вознесения!
Он уже понял, что даже человечье обличье не поможет ему вознестись. У лисьих духовных сил была другая природа, он мог чувствовать разницу.
– А что хорошего в том, что у меня их станет девять? – продолжал бормотать он. – Что хорошего в том, чтобы стать горным духом? Что это изменит? Ещё один лишний хвост, только и всего…
В сердце засела тупая игла. Господин-с-горы не вполне понимал, что это за чувство. В предыдущей жизни он не испытывал ничего подобного. Это, должно быть, что-то лисье, не иначе.
«Я до конца дней своих останусь лисом», – мрачно подумал Господин-с-горы.
Лисье пламя опять свернулось в огненное кольцо, и игла в груди стала колоть больнее. Это было похоже на искажение Ци, так ему виделось. Мрачные мысли притягивали тёмную Ци и затемняли Лисье пламя. Может, это и есть Скверна в лисьем понимании?
Господин-с-горы нечётко помнил подробности своей жизни на Таошань. О том, что было до восхождения на гору, он не помнил вообще. Помнил ли он об этом, когда жил на Таошань? Сейчас он уже ни в чём не был уверен.
Он почувствовал лёгкую дурноту и опростал желудок. Внутри было очень нехорошо. Похожее ощущение он испытывал, когда его прокляли. Господин-с-горы машинально проверил свои силы и общее состояние на предмет Скверны. Глупость какая… Он всё это время буквально тонет в Скверне, а на его ауре ни пятнышка! Лисье пламя вот только было чуть темнее обычного.
– Если бы не то проклятие… – сквозь зубы пробормотал Господин-с-горы.
Он был слишком наивен при жизни. Он ничего не знал о зависти и ненависти к нему даосов. Если бы знал, поставил бы на себя защиту, тогда бы его даже проклятиями на смерть не взять. Но он не знал. И проклятие свело его в могилу.
Это даосы виноваты.
– Даосы… – прошипел Господин-с-горы.
А теперь он лис-оборотень.
– Даосы… – повторил он сквозь зубы.
И ему приходится терпеть Лиса-с-горы, который срывает на нём свою злость непонятно за что.
– Даосы… – буквально проскрежетал он.
Лисье пламя просочилось, глаза его льдисто замерцали.