Изгнанный попаданец (СИ)

— Где Амат⁈ — в бешенстве прокричала княгиня.
— Граф Жимин на императорском экспрессе, — выдавил я из себя охрипшим голосом.
— Что он там забыл⁈
— Он, наверное, в списке приглашённых на оглашение завещания Императора. Был выслан поезд специально, чтоб забрать их от Уральских гор.
— Кого их? — продолжила расспрос княгиня, перейдя на более спокойный, но всё ещё требовательный тон.
— Горло… — выдохнул я.
Железная полоска на моей шее немного ослабила хватку.
— Кого их? С кем едет Амат?
— С князем Пестовым.
— Да тут ещё и мой брат замешан! Ладно, самое главное он жив, — уже почти шёпотом сказала она.
Таисия Павловна как-то сразу размякла. Такое впечатление, что кто-то вытащил из неё металлический стержень. Она упала на диванчик, на котором ещё недавно сидел я.
Посмотрел на неё: по щекам текли два ручейка слёз.
Путы мои ослабели, я по стенке сполз на пол, но остался на ногах.
Подошёл, достал бархатный платок, специально предусмотренный для таких случаев в гардеробе Антона.
— Вот, возьмите, — протянул его княгине.
Та приняла платок. Её затуманенный взгляд прошёлся по мне с ног до головы, будто только сейчас увидев.
— А ты кто? — еле слышно поинтересовалась она.
— Антон Минский, служу на императорском экспрессе, — представился я, поцеловав протянутую ручку.
В комнату влетела ещё одна женщина в ярком жёлтом платье с большими красными маками. По возрасту они с моей собеседницей ровесницы.
— Что тут происходит? — с порога поинтересовалась она.
Увидев плачущую княгиню, побежала к ней. При этом настороженно кинула взгляд на меня. За ней в комнату вошли двое слуг с ружьями.
— Тася, девочка моя, что случилось, он тебя обидел? — указала она на меня.
— Наташа, он жив! Этот мерзкий говнюк, мой муж, жив, — взахлеб опять начала плакать княгиня.
— Всё хорошо, дорогая, всё хорошо, — женщина принялась гладить по голове свою подругу.
— Брат подлец, не сказал ничего, а я тут страдаю!
— Кхе-кхе, — тихо откашлялся я.
Женщины обернулись ко мне.
— Дамы, прошу меня простить, но мне велено передать вот это Таисии Павловловне, — я достал из внутреннего кармана небольшой футляр и протянул ей.
Княгиня взяла футляр, осторожно приоткрыла, и в тот же миг комнату наполнил тёплый мягкий свет, идущий от продолговатого макра, лежащего в футляре.
— Это то, о чём я подумала? — спросила у княгини женщина в жёлтом платье.
— Да, дорогая, это оно, — срывающимся голосом прошептала Таисия Павловна.
Она аккуратно закрыла футляр, прижав его к груди.
— Передай Амату, что я его простила, но буду сильно злиться, если он не соизволит явиться ко мне сразу после визита во дворец. А брату моему скажи, что больше моей ноги не будет у него в гостях никогда.
Они встали с диванчика и не попрощавшись двинулись в сторону проёма с вырванной дверью, где толпились пятеро детей возрастом от трёх до десяти лет. Они вмиг облепили княжну, начали обнимать и успокаивать её.
Слуги с ружьями молча встали у проёма.
Похоже, это такой тонкий намёк, что мне пора покинуть столь гостеприимный особняк.
Взял с подставки оружие, наскоро поправил свой внешний вид и ушёл.
Погода вновь поменялась, я посмотрел на небо, которое начали укутывать дождевые тучи. Появились резкие порывы ветра, звучали отголоски грома, похоже вот-вот начнётся летняя гроза.
Я поторопился покинуть маленькую улицу и выйти на проспект с хорошим трафиком.
Поймал такси и направился к своим пассажирам. За время этого визита у меня накопились кое-какие вопросы к обоим.
— Господин, мы приехали в ресторан «Яр» на Кузнецком мосту, — сообщил мне таксист.
Трёхэтажное здание из красного кирпича, в больших окнах которого на первом этаже виднеются столики с посетителями. Здание ресторана утопает в зелени, вьющиеся лианы окутывают почти все его стены. От входа до проезжей части расстелена красная дорожка.
К машине подбежал лакей и открыл зонт, укрывая меня от проливного дождя, бушующего на улице.
Мы пошли в ресторан. Там у входа меня перехватил улыбчивый метрдотель: лет пятидесяти, коротко стриженый, подтянутый, в безупречном наряде.
 
— Господин Минский Антон? — поинтересовался он.
Я кивнул.
— Вас ожидают и сейчас проводят, — он указал на подошедшего официанта.
Парнишка лет восемнадцати с хорошей осанкой, в белой рубашке, чёрной жилетке и белых перчатках. Он быстро увёл меня в сторону от основного зала, провёл через служебное помещение к какой-то лестнице.
— Господа заждались Вас, если не возражаете, пройдём по служебной лестнице — так будет быстрее.
Мы поднялись на два этажа выше под самую крышу здания. Лестница была заставлена какими-то коробками с овощами и пустыми бутылками.
— Проходите, — официант услужливо открыл дверь передо мной.
Я прошёл вперёд. Увидел уходящий в даль тёмный коридор. Какой-то длиной оказалась его короткая дорога. Только я успел сообразить, что это ловушка, как тяжёлый и тупой предмет ударил мне по затылку.
* * *
Тем временем. Москва. Ресторан «Яр» на Кузнецком мосту.
— Может, не стоило его всё же отправлять к твоей жене? Убить же может, — обеспокоенно сказал Кирилл, отправляя в рот кусок мяса.
— Ну что же ты сестру так воспитал, что она на людей накинуться может? — парировал Амат.
— Так без отца росла, вот у неё характер и сложный.
— Ага, сложный, если бы в Российской империи было легко развестись — точно бы развёлся. Характер у неё адовый.
— Я тебе разведусь! — показал Кирилл свой кулак адмиралу. — Ты знал, какая она. Так что не надо тут из себя строить невинную жертву.
— Знал, поэтому, наверное, и выбрал её. Она как море: то спокойное и ласковое, то штормовое и свирепое. Хотя непогоды в ней больше будет.
— Это ты брось! — погрозил пальцем князь. — Я хочу, чтоб племяшки у меня в полной семье росли. Даже такой отец, который появляется на два месяца в год, намного лучше для детей, чем никакого.
— Мда… — вздохнул адмирал, — соскучился я по своим шалопаям.
— Ты когда дома, то я хоть с сестрой поговорить могу. Она становится намного спокойнее, что сказывается позитивно на всей нашей семье. А сейчас я даже боюсь представить, какое у неё настроение.
— Она бы точно убила меня, всё же на три года исчез.
— Бедный Антон.
— Да всё нормально будет. Он парень крепкий, выдержит, — улыбнулся адмирал.
— Будем надеяться, что гонца она сильно не побьёт. Сжалится, — немного нервно засмеялся фабрикант. — Всё-таки как тебя угораздило-то на три года застрять за внешним кольцом колоний?
— Обстоятельства непреодолимой силы, — пожал плечами Жимин.
* * *
Кап-кап-кап. Мне на лицо капала какая-то жидкость. Вот я открыл глаза, но ничего не вижу.
— Блин… — прошипел я.
— Да, Егор, тело опять моё.
Попытался перехватить контроль, но получилось только на мгновение, за которое я успел понять, что дела у нас плохи.
— Чёрт… — выругался Антон.
— Не паникуй, — успокоил реципиента я. — Опиши что вокруг. Где мы?
— Я лежу связанный по рукам и ногам ровно посередине помещения, судя по наклонному потолку, это чердак. Небольшая комнатка с маленьким узким окошком почти у самого пола.
— Это и я понял за то мгновение, когда получил контроль. Давай детально?
Антон на некоторое время притих, потом заёрзал, пытаясь развернуться. Я только услышал шебуршание и почувствовал, что тело поменяло положение.
— Два узких матраса разложены, по бокам аккуратно застелены одеялами, а у подушек сложены чьи-то личные вещи. По полу расставлена разная посуда, в которую то и дело капают капли с протекающей крыши, также тут стопками сложена какая-то печатная продукция.
— Тихо, — вклинился я. — Слышишь?
— Нет, а что должен услышать?
— Похоже, сейчас я лучше слышу, чем ты, помолчи. Постараюсь подслушать.