Зов крови (СИ)
— Откуда вы знаете, кто я такой? — поинтересовался я.
— У тебя жетон армейский. Решили проверить на всякий случай по нашим каналам, что ты за птица.
— И что вы там понавыясняли?
— Даже больше, чем ты думаешь. Знаешь, люблю знать все о людях, с которыми приходится иметь дело.
— Понимаю, — кивнул я.
— Тут этот наш Дятлов, ну ты с ним вчера уже познакомился, требует компенсации.
— За что? Вот мне нужна компенсация. Меня вы посадили в камеру, а его нет, хотя он напал первым.
— А точно, совсем забыл. Ты свободен, — усмехнулся Петренко.
— С этого и надо было начинать, — буркнул я, поднимаясь на ноги. — Идемте тогда отсюда.
— Я тебя только предупредить хочу. Тут у нас в основном молодые служат, Степка как раз такой. Так что ты его достоинство задел, может и не простить. Лучше бы тебе уходить отсюда. Вещи свои возьмешь у квартирмейстера. Идем.
На душе похорошело от мысли о том, что сейчас я буду на свободе. Я шел за полковником по базе «Долга». Долговцы подозрительно косились на меня, я прямо-таки чувствовал на себе десятки взглядов. База была довольно большой, занимала почти половину Залесья. Вернее, половину половины — южная часть городка принадлежала Дикой территории, на которую забредали лишь одиночки и бандиты. Долговцы основательно закрепились в Баре: сторожевые вышки, доты с пулеметами, километры колючей проволоки и боевая техника с эмблемами «Долга» могли дать отпор любым нападающим на территорию.
— Много у вас тут всего, — высказал я свои мысли вслух. — Не боитесь, что воякам не понравится то, что у вас тут имеется?
— Не твое дело, — буркнул Петренко.
— Да? Ну ладно, — смирился я.
На крыше пятиэтажки — самого высокого здания в городе — стоял военный вертолет. Новейший «Ми-100», так же известный как «Броненосец». Не сильно отличается от своего далекого предшественника, «МИ-24», но на порядок лучше. Бомбардирует и расстреливает все, что движется, благодаря пяти «Вулканам» и двум ракетницам, вмещает десяток десантников со снаряжением, которые могут вести огонь из вертолета в полете, броня выдерживает натиск нескольких «Стингеров», и при всем этом вертолет разгоняется до скорости до трехсот километров в час (а это немало для его класса).
— Откуда такая роскошь? — поинтересовался я.
— Какая? — не оборачиваясь, спросил Петренко.
— «Ми-100», — ответил я.
— Не твое дело. А откуда знаешь такую?
— Летал однажды, — пожал я плечами, не думая, что это такой уж секрет.
— Ах да, десантник, — проворчал полковник. — И как же ты тогда умудрился в драке проиграть?
— Бутылка в лоб прилетела, — нехотя ответил я. — Пьяный был, будь трезвый, всех бы раскидал.
— Обычно всех раскидывают пьяные десантники, — хмыкнул Петренко, заходя в одно здание, на котором висела табличка «Склад».
Полковник повел меня по коридору, который закончился лестницей в подвал. Мы спустились. Петренко постучал в дверь, крикнул:
— Открывай, Кичибеков!
Железная дверь отворилась во внутрь, и мы увидели щуплого долговца в комбинезоне. Рукава были закатаны, капюшон набекрень, маски не было. Увидев полковника, он вытянулся по стойке «смирно».
— Вольно, Кичибеков, — махнул рукой полковник. — Неси сюда снаряжение, конфискованное вчера. Номер ящика пятнадцать.
— Есть! — долговец кинулся исполнять приказ.
— Ну ладно, забирай свои вещи и иди вон с базы. Доброй Зоны, сталкер.
Петренко ушел. Я только успел подумать, что есть все-таки и в Зоне нормальные люди, как раскрасневшийся Кичибеков притащил все мое снаряжение, как то: «Абакан», два пистолета, рюкзак, разгрузочный жилет, шлем, фильтрующая маска, ножи и ПДА. Я даже обрадовался, увидев комп, который уже дважды пропадал и снова возвращался ко мне. Я даже начал думать о нем, как о своем компе, а не как о компе покойника.
— Спасибо, мужик, — поблагодарил я молодого ефрейтора. Тот кивнул и махнул рукой, мол, не за что, работа моя.
— Если надо собраться, проверить снарягу — не стесняйся, присаживайся, — сказал он, махнув на скамью и стол у стены. — И это… — он понизил голос, — э-э… снаряга там, боеприпасы нужны? Я организую, — добавил он совсем тихо.
— Организуешь? — тихо переспросил я.
— Только по мелочи, — продолжил Кичибеков. — Я тут уже давно, дело свое знаю, не боись. Пару галочек поставить для меня — раз плюнуть. Только деньги нужны.
— А проверок не боишься?
— Не, — отмахнулся контрабандист. — Главное, чтобы ты никому не сказал. Хотя пока что еще никто не жаловался на мой товар. Качество хорошее, я сам стволы ремонтирую, я в этом деле спец.
— Даже так? И что же можешь предложить?
— Я тут специально отсек для этого освободил, — сказал он. — Вон те несколько стеллажей с оружием и снарягой, все старенькое, но состояние отличное. А с патронами вообще проблем не будет, у нас этого добра навалом.
Я проверил свой рюкзак, надел разгрузочник, понапихал все мелкие предметы — «рожки» и всякую мелочь — по кармашкам, накинул рюкзак на плечо, автомат — на другое, и прицепил кобуры и ножны. Решил все же глянуть, что мог предложить Кичибеков.
Парочка «Абаканов», АКМов, «Гроза», СВД, «Вал»… В общем-то негусто, хотя «Гроза» и «Вал» машинки отличные. Но денег у меня все равно не было.
— Ладно, контрабандист, если разживусь чем, зайду, — сказал я, осмотрев стеллажи. — Бывай.
Мелкий дождик барабанил по надетому шлему, капал по лужам, легкий ветерок дул в лицо, и было приятно ощущать все это, так как я был на свободе. Всего одну ночь провел в «вытрезвителе», а вон как рад открытому небу.
Я направился в бар, надеясь подлечить больную голову чем-нибудь покрепче и обдумать свои дальнейшие действия. Вокруг мелькали долговцы, нейтралы, все безликие, так всегда кажется, если перед тобой много людей, на которых уже перестаешь обращать внимание, а может, просто потому что на каждом был либо противогаз, либо фильтрующая маска, либо шлем, скрывающий лицо.
Но тут один сталкер, проходя мимо меня, показал большой палец и хмыкнул, потом что-то проговорил про то, как я вмазал вчера долгарю. Я ухмыльнулся в ответ и пошел дальше. Вот так вот и зарабатывается репутация или наоборот, теряется. Среди долговцев я уже что-то вроде местного хулигана, разбуянившегося в баре по пьяни.
Я забрел в бар, сдал оружие на входе, зашел внутрь. Бармен сердито глянул на меня за вчерашнее, зато многие сталкеры, которые сидели тут, одобрительно закивали головами в знак приветствия.
Я заказал бутылочку пива, сел у стойки, потому как все места уже были забиты. Бармен ушел куда-то в подсобку, и ко мне подсел тот вышибала, что вчера раздавал люлей налево и направо.
— Слушай, мужик, — начал он. — Ты вчера первый раз тут был, верно?
Я кивнул:
— Ну да, а че?
— А то, что платить за ущерб надо.
— Ущерба никакого не было, не гони. И драку не я начал.
— Ты! Все видели!
Возле нас мгновенно появился какой-то зачуханный сталкер с разбитым носом. Он сказал вышибале:
— Да ладно, Битый, ты видел, что весь бар дрался. Ты, кстати, своим лбом сломал один стол и челюсть Гошану.
Вышибала что-то пробурчал и отвалил.
— Денег хотел срубить с новичка, — хмыкнул сталкер. — Я Рикошет, будем знакомы. А у тебя погоняло какое?
— Зови Служивым, — ответил я, глотнув пива. Теплое, невкусное, но лучше, чем ничего.
— Почему Служивый?
— Не я придумал, — отмахнулся я. — Че надо?
— Да так, поболтать хотел. Ты ж новичок, верно?
— Верно.
— Погоняло твое тебе не подходит. Надо бы что-нибудь другое придумать.
— Придумай, — раздраженно сказал я. Мне начал надоедать этот пустой разговор.
— Может, Бунтарем тебя назвать? Или…
— Слушай, че тебе надо?
— Ладно, не нервничай, пойду я.
Началась жизнь, да, сталкер? — как всегда неожиданно прозвучал внутренний голос.
— О чем это ты? — тихо поинтересовался я.
О том, что ты снова свободен и можешь делать все, что захочешь.