Обратная сторона (СИ)

Мы притормозили, и свернули на грунтовку. И мое охреневание росло чем дальше — тем больше. Это не Полесье, это Лас Вегас какой-то! Деревня выросла в два раза, обзавелась частоколом, за которым горел свет, не электрический, но это световое шоу было видно издалека. На въезде в деревню стража организовала кпп, где нас тормознули охранники в простенькой броне с самострелами, типо тех, что мы затрофеили около бара "Проглот". Жилистый охранник подошел ко мне и вежливо поинтересовался:
— Кто такие, с какой целью приехали?
Я решил сохранять инкогнито, и соврал служивому:
— Путешественники мы, за перевал едем, хотим остановиться на ночлег.
— Это можно, трактир вон там. Оружие у нас носить можно, использовать — запрещено. Правило — смерть за смерть. Любые угрозы местным караются смертью, ослушавшихся ждет возмездие от чистого Андатра, победившего рейдеров Каспера.
Чистый Андатр… Вот ведь. И угрожают мной, хотя где я и что делаю — никто не знает. Я кивнул стражнику, подтверждая, что правила понял и принял, и направил колонну к трактиру. Рядом с трактиром, двухэтажным бревенчатым зданием, ничуть не меньше нашего байк-поста, располагалась большая стоянка, занятая повозками и автомототехникой, где к нам подошел подозрительного вида шнырь, предложивший за патрон присмотреть за техникой. Я ему патрон не дал, но взял на заметку, надо бы потолковать с Бралгом.
Внутри трактир выглядел вполне цивилизованно: столы и лавки, пьющий и жующий народ, небольшая сцена с музыкантами, и никаких драк. Уважают, похоже, чистого Андатра. За барной стойкой обнаружился один из коренных жителей Полесья, который меня и спалил.
— Андатр! — радостно крикнул он, — Андатр вернулся!
Ой, что щяс будет… Опять пир и народные гуляния. Но нет, только несколько постояльцев подняли кружки в нашу сторону, и все. Я подошел к стойке и сел на табурет.
— И тебе привет, товарищ, напомни, как тебя звать.
Да что там "напомни", я в принципе не знал, как его зовут, просто видел в прошлый раз.
— Джуг я! — представился бармен, и протянул мне руку, которую я пожал.
— Джуг, организуй клубу еды и ночлег, я пройдусь по деревне, утром расплачусь за постой.
— Для Андатра и Любителей сделаем все в лучшем виде и совершенно бесплатно! — отрапортавал Джуг, и махнул рукой официанткам.
Я оставил клубней на попечение хозяев, сам взял слепую под ручку и двинул к Пекарю, надо навестить старого упыря. Зак и Рала тоже свинтили, похоже рванули к Соломке. Мы с Лией уже подошли к дверям, я протянул руку к ручке, когда дверь с грохотом распахнулась, чуть не прилетев мне в нос, и на пороге появился никто иной, как сам Дрищ.
Вот принесла же нелегкая, будь он не к ночи помянут… Увидев меня, Дрищ прослезился и распахнул объятия. Да, выглядел экс-ублюдок неплохо, хорошо одет, даже в весе прибавил. Я хлопнул Дрища по растопыренной лапе:
— И тебе привет, Дрищ-товарищ, но поболтать времени нет, меня ждет слепой.
Наврал конечно, но иначе он не отстанет. Да он и так не отстал. Дрищ вызвался нас проводить, и всю дорогу грузил мою голову разным мусором.
— Андатр, как я рад тебя видеть! — вопил он, — Ты не представляешь! Наши дела пошли в гору! Торговать начали с Елагой, пиво нам привезли! Вкусное! Народ штраусов на мясо выращивает! Теперь жрем не только брюкву! А торговля-то как поперла! Караваны в город ходят, путешественники! Народу куча поселилась! Ты не представляешь!..
Да-да-да, я не представляю, хоть и вижу, что дела в деревне поперли. И именно это я хочу обсудить со слепым. Потом порешаем организационные вопросы. Благо мы добрались до дома Пекаря. Отмахнувшись от Дрища, я без стука распахнул дверь, и вошел, пропустив вперед Лию.
Чтож, Пекарь не изменился. Ни на грамм. Я бросил взгляд в угол, где остался сундук с головой, и обнаружил его на том же месте. Что же мне с ней делать?..
Пекарь сидел на своем табурете, и "смотрел" на меня, сурово сдвинув брови.
— Что, все не так? — спросил я его.
— Все не так, чистый, все не так. — проворчал он.
 
Я уставился на слепого, ожидая подробностей, но старый пень меня упорно игнорировал. Наконец, слепой снизошел до пояснения.
— Ты на опасном пути, чистый. Скоро древние проклянут тебя.
Здрасте, вот это новости. Древние меня проклянут?!
— Поясни, Пекарь! — рявкнул я, — Что это за "древние тебя проклянут"?!
Слепой тяжело вздохнул и молвил:
— Я все сказал, чистый. Ты нарушил порядок этого мира.
И заткнулся насовсем, сидел глядя в стену. Вот те раз. Это что, слепой, который должен меня направлять и подталкивать, послал меня в задницу и прикинулся валенком? Обалдеть. Никогда такого небыло! Но я знаю, кто мне может помочь. Хран. У меня как раз уровень есть, который надо получить.
— Лия! У нас дела! — резко бросил я и развернулся на выход.
Слепая хмыкнула, но спорить не стала, и пошла за мной. Я был зол, как черт. Взял проводника за руку, и быстрым шагом шел к стоянке. По пути попался Бралг, но я отмахнулся от него. Не время!
— Лия, что за херня с этим дедом? — докопался я до слепой.
— Не могу знать. Но он не шутит.
Я не слышал в голосе слепой издевки. Похоже, каша заварилась серьезная. Блинство! Время дорого, уже сумерки, но нужно ехать. Мы доскакали до стоянки. На крыльце таверны стоял Виль, я крикнул ему:
— Скоро вернусь! — и прыгнул на мотоцикл, Лия устроилась пассажиром, я пнул по кик стартеру.
Дорогу до леса я примерно помнил, а вот куда ехать в лесу — не знал. Покружив по просекам, засек Торчиллу и поравнялся с ней.
— Хран! Эй, Хран! — прислушался, но ответа не последовало.
Черт! Куда ты подевался, сломанный слепой?! Ярость переполняла меня, я почувствовал, что меня сильно корежит, разум затуманивается. Лия положила руку мне на плечо.
— Андатр, держи себя в руках, с тобой происходит что-то неладно.
Встревоженный голос слепой слегка охладил мое сознание, туман в голове немного рассеялся, и я что было мочи крикнул:
— ХРААААН!
Переводя дух, я услышал как скрипнула дверь избушки на спине черепахи, и скрипучий голос ответил мне:
— Чо орешь? Посмотрите на него, вся сила в гудок ушла.
Я аж чуть не расплакался. Все напряжение спало, мое тело сделалось ватным.
— Какого хрена, чистый? Шо тебе дома не сидится? — вопрошал старик.
А я и не знал, что сказать. Кое-как собравшись с мыслями, сформулировал вопрос:
— Хран, почему древние могут проклясть меня? Что это за дерьмо вообще?
— Кхе. — квакнул старик, — Походу, дела твои плохи, чистый.
— Это еще почему?! — черная ярость опять стала заполнять мое сознание.
Эти слепые надо мной издеваются! Каждый! По отдельности, и все вместе разом.
— Ты перестаешь быть чистым. — пояснил Хран.
Перестаю быть чистым? Что за дерьмо несет этот полоумный?! Стоп! Я загрязнен все больше, и каждым посещением капсулы мой процент чистоты падает. Но что с того? Я ведь все еще чистый, на мне нет скверны!
— Что, охренел, да? — спросил старик, гыгыкнув. — А вот такие дела, не совсем чистый, зря ты слепых не слушал, и всякого говна нахуевертил.
— Но ты сам сказал, что так я смогу стать сильным! — мой голос сорвался на визг.
— Можешь. Но это не дается просто так.
Ну кто бы сомневался. Тут все через жопу!
— И? Что со мной будет?
— Ничего. Капсула тебя утилизирует, и все.
Я не хочу, чтобы меня утилизировали!
— Что мне делать?! — рявкнул я.
— Ничего. Держи свой уровень чистоты. Или переходи на темную сторону, у нас есть печеньки. Кхакхакха!
Хран каркающе рассмеялся.
— Что за "темная сторона"? — не понял я.
— Сам все узнаешь. — ответил старик. — А сейчас вали туда, откуда пришел, а я иду спать.
Наверху хлопнула дверь, и я понял, что аудиенция окончена. Торчилла снова пришла в движение, и погребла по просеке в чащу леса. Блин блинский! Я ничерта не понял, кроме того, что накосячил, и скоро меня утилизируют. И где та черта? Как я узнаю, что переступил ее? Что со мной будет? Как дальше жить?