Ты мой! Расплата за измену (СИ)

– Что у тебя в руках?– вопрос, заданный ровным голосом, человеком предвидевшим, что услышит в ответ.
– Это твоя?– она протянула свёрнутую квадратом рубашку.
Короткое:
– Да.
Нина на секунду сомкнула веки. Они всё-таки перешагнули установленную ею грань.
Она громко втянула воздух, выдав на выдохе:
– Я была голая, когда… – сказать что-то большее не хватило смелости.
Игорь смотрел открыто, совершенно не сожалея о сделанном.
– Я вернулся, не хотел, чтоб тебя продуло. Пижамы не нашёл и…
Она перебила, спросив несколько резко:
– Ты понимаешь, что это в корне меняет наши отношения?
Он кивнул, обозначив цель, ради которой с перерывом в тринадцать лет снова рванул за ней в Азию.
– Надеюсь на это!
Настолько решительным Нина видела его, когда вместе работали.
– Даю месяц на дедлайн. Времени хватит на принятие важного для меня решения, – жёсткий взгляд, не терпящие возражений слова. – Делить тебя с другими больше не стану. Если не нужен, исчезну из твоей жизни.
Моментальное:
– Очень нужен!
Ковалёв усмехнулся:
– Помощников у тебя и без меня хватает.
В искренности слов Нины он не сомневался, важно понять, в каком качестве она в нём нуждается. Короткие четыре слова, ясные для обоих.
– Ты прекрасно меня поняла. Я нашёл твоего мужа, – он повернул к ней экран компьютера, указав пальцем на красный значок.– Стас несколько раз за последние дни появлялся здесь!
Он, поднявшись со стула, обнял худенькую женщину, у которой от неожиданности тряслись губы.
– Найдём его, и реши, кто из троих должен с тобой остаться!
Глава 18.2
Вот так коротко и ясно стало понятно, что делал Стас в том самом загадочном месте. И неизвестно как себя теперь с ним вести, как реагировать на то, что с ним стало. Стоит ли ломать свою и жизнь детей, таща его на себе в светлое будущее?
Блондин с трудом стоял на ногах. Зрачки почти размером с радужку. Улыбка на пол лица.
Счастье и полная безмятежность…
Нина вырвалась из его объятий и выскочила из небольшого арендованного дома. Она хватала ртом воздух, сложившись пополам. Желудок стянуло спазмом. Ещё один удар и невыносимо больно, прежде всего, за самого Стаса каким он был год назад. Добрый мягкий в семье, но сильный мужчина превращался на глазах в невесть что. Нового Стаса оказывается, она совершенно не знала.
Бероев остался, но через несколько минут тоже вышел, оставив друга приходить в себя. Расспрашивать его сейчас было бесполезно. Раздражение на лице, а в глазах сожаление и сочувствие.
– Ты знала, что он подсел на наркоту в Мексике?
Нина кивнула.
– Он говорил, что слез. Даже отказывался от обезболивающих препаратов, – она смотрела в глаза друга, борясь с желанием разреветься.
– Как видишь, не смог, но честно пытался. Бывших наркоманов, к сожалению, не бывает…
– Знаю! В любой момент ждать нового срыва. Как с таким человеком жить?
Он обнял дрожащую подругу.
– Прилетит в Москву, попробую что-нибудь сделать. Пореви, пока никто не видит. Загнала себя в капкан, я же вижу.
Нина, будто только и ждала подобного разрешения. Слёзы потоком хлынули из серых глаз. Плечи вздрагивали. Она причитала, размазывая влагу и слюни по хлопковой футболке «бывшего».
– У меня уже нет сил бороться за него. Я так устала, – желудок отпускала боль, взамен наполняя холодной пустотой.– С первой встречи постоянно выполняю условия, чтобы его не обидеть. То перед Светличным, то перед его друзьями на острове, то в Мексике, теперь здесь, – она вздохнула сквозь всхлипывания.– В Москве не считается, там пострадал за меня…
– Ой, ли?– Олег всегда на её стороне, даже ругая.– Ревновать ты его заставляла? Отшвырнуть от себя ту шмару в Рязани ты помешала? – Он сплюнул.
Ладонь поглаживала худенькую спину. Жалость к женщине, что давно стала вместо сестры.
Нина не видела лица друга, но отлично представляла его мимику.
– Своё говно он разгребает, – жестким голосом настоящего мужика Бероев подводил итог. – В сто раз проще было бы задавить Светличного, не оглядывайся ты на Стаса.
 
Он заговорил о больном, не нуждаясь в ответном утешении.
– Я виноват, что Юлька пьёт?
Она отвечала не раздумывая, зная настоящую причину:
– Нет!
– Вот и ты себя не вини. Любим мы их, оттого и терпим.
– Терпела…
Сердце сжало тоской по тому светлому, что постепенно сгорало в душе. Она помнила, сколько счастья принёс Стас в её жизнь, и была безмерно благодарна за каждый прожитый вместе день. Он подарил ей детей и принял чужого, словно родного. Но видно так решила судьба, настырно разводя их в разные стороны.
Не хотелось верить, что стала его наказанием за грехи, или он дан ей за них же.
Они по настоящего стали половинками друг друга, но очевидно любовь была яблоком, в которое забрался червь и постепенно сожрал сердцевину.
– Ковалёв замуж зовёт…
Протянула она, что раньше решила скрыть.
Бероев усмехнулся:
– Невеста замужняя, ты уж определись, какой из кобелей, что кружат вокруг, тебе нужен.
– Думаю.
Он скривился. Ну почему у женщин всегда всё сложно. Решение лежало на поверхности.
– Если говоришь, что устала, Ковалёв тот, кто нужен.
– Ты же над ним смеялся… – Нина смотрела на друга с недоверием.
– Зауважал, после приезда.
– С чего это?
– Появиться там, где тебя е..т, нужно иметь яйца. Теперь сто раз подумаешь, стоит ли раздвигать ноги перед миллиардером, с которым всё равно ничего не получится или перед чуть менее богатым, но перспективным челом.
Она отстранилась, заглядывая в зелёные глаза, по привычке выискивая в словах брюнета подвох.
– Чем?
– О! – он рассмеялся.– Стоило подкинуть задачу и сразу реветь расхотелось? – Бероев объяснял, не расцепляя рук.– Потому, что Игорь надёжен как швейцарский банк. Могу доверить ему тебя на хранение в одну из ячеек, – зелёные глаза стали серьёзными.– С ним можешь и в холдинг не влезать. Прокормит и тебя и детей. Переедите жить к нему в дом, не продавая квартиру.
– Я буду думать. Совет директоров нужен, чтоб навсегда отвязаться от Павла.
В его глазах появилась мольба. Суровый эфэсбэшник сделал брови домиком.
– Нинок, так хочется отдохнуть. Не хватать с тревогой трубку, увидев на экране твоё имя. Чтоб звонила пригласить в гости, или что-нибудь предложить. Ещё один такой год и у тебя кукуха поедет. Нельзя всё время жить в напряжении.
Нина всхлипнула, почувствовав к себе жалость.
– Что делать?– полная безнадёга в голосе.
Сколько раз она прокручивала в голове возможные варианты будущего, и в каждом мальчишкам был нужен отец.
Голос Бероева снова стал жёстким. Он встряхнул Нину за плечи, возвращая в реальность. Дневная жара спала. Воздух заполнился запахами экзотических цветов. Лёгкий бриз нёс запах йода. Со стороны пляжа доносились звуки музыки. Всё вокруг оживало. Они ловили любопытные взгляды заполнивших улицы улыбающихся балийцев.
– Стас мне друг, но жить с ним, что на вулкане! – Одег потянул её за собой: – Поревела и хватит. Люди оглядываются. Пора возвращаться на виллу, обещал Трошке покатать на байке по вечернему городу.
– Мы с вами, – ужасно не хотелось оставаться сейчас наедине с Ильёй.
– Нет! – не терпящим возражения голосом.– Целый табор получится. Даже обезьян распугаем! – Он оттянул футболку двумя пальцами: – Хватит с меня твоих соплей.
Они проходили мимо кафешки, как вдруг Бероев остановился и сдал назад, задавая странный вопрос:
– Илья никуда не собирался?
Нина повторила его движение, упершись взглядом в женскую спину в лёгком платье знакомой расцветки. Секунда и оно, вслед за хозяйкой скрылось в небольшом магазинчике сувениров.
Худышка следила за мимикой ставшего невозмутимо бесстрастным эфэсбэшника. Она вырвала ладонь из цепких пальцев и направилась в сувенирную лавку, внезапно вспомнив, что обещала подарок секретарю.