Конец игры (ЛП)

— Наша рабочая версия состоит в том, что они использовали Стэна, чтобы отключить Рафа и Габс, а затем убили его, когда он стал для них бесполезен.
— Мы должны найти их, — сказал Зак. Все мысли о Калаке покинули его разум. — В какую сторону их унесли? Мы должны начать поиски, прямо сейчас… — Майкл внимательно оглядел его, ничего не говоря, и Зак вдруг почувствовал иррациональную злость из-за того, что его куратор так спокойно все это воспринимал. Он поднялся на ноги. — Сейчас, Майкл.
Майкл повернулся к Феликсу.
— Вот в чем беда этих молодых агентов, — заметил он. — Они такие вспыльчивые.
— Ты заметил? — спросил Феликс.
— Садись, Зак. Я еще не закончил.
— И что? Раф и Габс пропали. Вам все равно?
Майкл тоже встал. Его лицо внезапно стало сердитым, с глубокими морщинами на лбу.
— Меня это волнует больше, чем ты можешь себе представить, Зак. А теперь садись.
Зак глубоко вздохнул и снова сел. Майкл присоединился к нему.
— Он не понимает, как это выглядит, — сказал он Феликсу.
— В этом нет ничего удивительного, старый друг, — сказал Феликс. — Как ты сказал, они очень молоды. У них еще не было времени стать такими недоверчивыми, как мы.
— Никому не доверять — это первое, чему мы их учим, — заметил Майкл.
— Это долгий урок, — сказал Феликс. — Очень долгий урок, который нужно усвоить.
— Вы двое перестанете болтать, как будто меня здесь нет? — спросил Зак. — Что вы имеете в виду, я не понимаю, как это выглядит?
Майкл глубоко вдохнул.
— Вчера в полдень, второго января, Агент 21 покинул Утес Святого Петра. Четырнадцать часов спустя его ангелы-хранители были похищены стараниями предателя в агентстве. Как удобно, что самого Агента 21 не было в ту ночь.
Зак уставился на него. Майкл серьезно на это намекал?
— В то самое время, когда происходило похищение, Агент 21 зашел в изолятор строгого режима. Десять минут спустя чрезвычайно опасный преступник сбежал, несколько человек ранены или мертвы, а Агент 21 скрывается от полиции.
— Вы сказали мне бежать от полиции! — почти кричал Зак.
— Я знаю, — спокойно сказал Майкл.
— Тогда какого черта вы предполагаете, что я предатель?
— Ничего подобного я не предлагаю, Зак. Я просто рассказываю, как это выглядит, — он снова взглянул на Феликса. — Я просто говорю, как другие люди в нашем агентстве видят ситуацию.
— Как я мог быть предателем? — спросил Зак. — Посмотрите на все, что я сделал для Агентства. Все миссии…
— Для кого-то с подозрительным складом ума, — перебил Феликс, — это не значит, что ты не предатель. Это значит, что у тебя хорошее прикрытие.
Тишина. Зак задумался над тем, что сказали Майкл и Феликс. Он должен был признать, что они были правы.
— Вы меня сдаете? — тихо спросил он.
Майкл покачал головой.
— Агентство считает, что мы здесь для этого. Но мы не будем, конечно. Хотя мы рискуем. Ты не знаешь никого в Агентстве, кроме нас, по очень серьезным причинам секретности. Но они знают, кто ты, и каждый из них за последние четыре часа согласился с тем, что тебя нужно деактивировать.
— Деактивировать? — повторил Зак.
— Навсегда.
— Но это безумие.
— Нет, если посмотреть на это с их точки зрения, Зак. Они не знают тебя лично. Они просто смотрят на факты. Возможно, я смогу их уговорить. А пока тебе нужно исчезнуть. В прямом смысле. Ты должен быть полностью вне сети. Ты знаешь, как хорошо Агентство находит людей. Вот почему я взял с собой Феликса. Он в процессе обучения Агента 22, но с этим придется подождать. Он поможет тебе.
— Мне не нужна помощь, — сказал Зак. — Я не исчезну. Наверняка они поймут… — его голос на мгновение умолк. — Меня подставили, — сказал он, наконец. — Кто-то подстроил это, чтобы все выглядело так, будто я предатель.
Майкл серьезно кивнул.
— Но кто… — голос Зака ​​снова умолк, когда до него дошел ответ. — Круз, — выдохнул он.
— Не может быть совпадением, — сказал Майкл, — что правая рука Круза сбегает из тюрьмы в ту самую ночь, когда похищены двое наших агентов, а третий, которого Круз ненавидит, — простите за выражение — разделан как селедка.
 
— Но когда они увидят, что в этом замешан Круз, Агентство наверняка поймет, что я не предатель.
— У Агентства есть данные, — сказал Майкл, — что несколько раз в прошлом ты мог иметь дело с Крузом на постоянной основе, и каждый раз тебе это не удавалось. Это вряд ли поможет твоему делу, Зак. Теперь слушай внимательно. Феликс собирается забрать тебя прямо сейчас и поселить в конспиративной квартире далеко от Лондона. Не могу обещать, что это будет удобно, но это было лучшее, что мы смогли придумать в кратчайшие сроки. Не беспокойся о Калаке: мы его найдем. И не беспокойся о Рафаэле или Габриэлле. Мы их тоже найдем. Все, что нам нужно сделать, это…
Зак не услышал, что нужно было сделать. В этот самый момент с другой стороны Серпантина раздались два выстрела. Целая стая уток с шумом поднялась с воды, крича, взлетая в воздух. Где-то рядом залаяла собака.
Зак среагировал инстинктивно. Выстрел раздался сзади. Он соскользнул со скамейки на землю, согнувшись, чтобы защититься скамейкой. На мгновение он удивился, что Майкл и Феликс не сделали того же.
— Ложитесь! — прошипел он. — Вниз…
Он почувствовал движение по обе стороны скамьи.
Но ни Майкл, ни Феликс не присоединились к нему на земле.
Зак посмотрел направо. Майкл сгорбился там, где сидел. Его подбородок покоился на груди. Сама скамейка была забрызгана кровью.
Он посмотрел налево. Феликс был в таком же положении. Больше крови. И с этого ракурса он видел рану на затылке Феликса.
Зак хотел крикнуть «Нет!», но слово застряло у него в горле. Второй раз за это утро мир, казалось, закружился. Он быстро схватил Майкла за запястье и проверил его пульс.
Ничего.
Он сделал то же самое для Феликса.
Ничего.
Горячая волна гнева захлестнула его. Он развернулся и поднял голову над спинкой скамьи. Высокий риск, но он должен был знать, что происходит. На расстоянии 100 метров он заметил движение в той же роще, откуда наблюдал за Майклом и Феликсом.
Это противоречило всем его тренировкам, где правилом номер один было: остаться в живых. Но кто-то только что убил его куратора, и его переполнял гнев. Он перепрыгнул через спинку скамейки и побежал так быстро и изо всех сил, как только мог, к деревьям. Все вокруг него было размыто. Его глаза наполнились горячими слезами. Сквозь них он едва мог разглядеть рощу впереди. И хотя, подумал он, там еще было движение, оно было затемнено слезами. Когда он стер их, появилось больше. Они мешали обнаружить стрелявшего.
Зак прорвался через линию деревьев, задыхаясь, набирая воздух в легкие, и яростно вытирая глаза, отчаянно оглядываясь в поисках следов стрелка.
Никого.
Он снова обернулся и посмотрел вниз. Мгновенно его наметанный глаз заметил две гильзы. Он дотронулся до них и обнаружил, что они еще теплые. Улики стрелка были здесь, но самого стрелка не было.
Его охватила паника. Что он должен сделать? Ему не к кому было пойти. Некому позвонить. Он поймал себя на том, что почти инстинктивно бежал обратно к скамейке. Когда он был в тридцати метрах, он увидел, как тело Майкла шевелится, и на мгновение безумной надежды подумал, что он все еще жив. Но подойдя поближе, он понял, что труп просто сполз вниз по скамье. И теперь он мог видеть ужасные входные раны в затылке каждого мужчины. Никто не смог бы пережить это. Он отвел глаза от ужаса.
Кто-то закричал. Зак оглянулся и увидел трех человек, сбившихся в кучу, примерно в пятидесяти метрах от него, указывая на него. Один из них говорил по телефону. И когда он посмотрел, Зак услышал сирены во второй раз за это утро.
Он замер.
Судя по тому, что сказал Майкл, полиция уже подозревала его в содействии побегу Калаки. Агентство подозревало его в предательстве. Теперь он был на месте зверского убийства двух их высокопоставленных лиц.