Раскаты грома (СИ)

— Пусть только попробуют не согласиться… — Ёррин скорчил зверскую рожу.
— Решено, сворачиваем! — скомандовал Рем. — Хотя я сомневаюсь, что там сейчас расположились пастухи: на кой черт им выгонять стадо зимой? Наверное, такие же путники как и мы…
Съезд с дороги нашелся быстро: его указали свежие следы лошадиных копыт. Все говорило о том, что Аркан прав — протоптанная тропка вела в сторону укрытия.
— Здесь шел человек, который вел лошадь под уздцы, — сказал Эадор. — Конь затоптал отпечатки ног всадника, но не везде. Вот здесь и здесь — видно. Это аскеронские ботфорты.
— Аскеронец? Здесь? — удивился Аркан. — Интересно будет взглянуть на него…
Но через четверть часа, когда они добрались до пастушьего укрытия и заглянули внутрь, его интерес звучал уже совсем по-другому:
— Проклятье! Дю Валье, какого черта ты тут делаешь⁈
— Ваше высочество? — убийца с рыбьими глазами опустил мечи, которые за секунду до этого были готовы пуститься в пляс, рисуя кровавый узор боя. На лице Эдгара можно было прочесть замешательство. — Вы? В таком виде? Но…
— Мы заведем лошадей внутрь? — житейским тоном спросил Буревестник, сдерживая себя от ненужных эмоций и расспросов. — Если бы вместо вас тут оказался кто угодно еще, я сделал бы то же самое. Потому спрошу еще раз: мои спутники и лошади могут войти?
— Да пусть входят… — рыцарь-ренегат поднял с земли ножны, спрятал в них клинки и отошел в сторону. — Это не мое жилище, я остановился тут передохнуть: дорога через перевал далась нелегко. Я спешу в Кесарию, по неотложным делам. Вы тоже?
— Нет, мы двигаемся в южном направлении, — расплывчато ответил Рем, по-новому разглядывая наряд дю Валье: дорогая волчья шуба, под ней — роскошный кафтан красного сукна, камзол с золотым шитьем…
Кое-кто тоже озаботился конспирацией! По спине Аркана пробежал неприятный холодок: обычно за этим цепным псом Деспота остается след из трупов… Впрочем — плевать. В Кесарии не было никого, о ком он стал бы скучать, и даже если Эдгар дю Валье нашинкует половину тамошних аристократов своими мечами — Орден Зверобоев никак к этому причастен не будет, а самого Рема это ни капельки не тронет.
— Что бы там ни было, Эдгар, — сказал Рем и протянул руку для рукопожатия. — Я всегда могу быть уверенным, что когда ты рядом — мне не ударят в спину. И сам гарантирую тебе это.
— Отрадно слышать, ваше высочество! — мечник пожал руку герцогу, а потом — гному и эльфу, которые завели лошадей и теперь оглядывались, присматривая место для ночлега.
Когда над костром уже булькал котелок и грелся чайник, Аркан взялся разбирать бумаги мага-разбойника. Он осматривал свитки осторожно, один за другим, и откладывал в сторону, не находя ничего для себя полезного: в основном это были какие-то рецепты и инструкции для посвященных. А вот письмо в конвертесо сломанной сургучной печатью, на которой легко можно было рассмотреть оттиск Крыльев Феникса — явный признак принадлежности к делам Синедриона, не оставил его равнодушным.
— Посмотрим, что тут у нас внутри… — пробормотал он, пробегая глазами замысловатые завитушки текста, писанного явно рукой церковного служки. — Однако! Порталы?
И тут же замолчал, осознав, что, возможно, дю Валье не тот человек, при котором стоит размышлять вслух. Но сам факт того, что какой-то клерикал из Синедриона общается с явно не самым добродетельным магом, который промышляет контрабандой и грабежами на границе ортодоксальных земель заставлял задуматься. В письме обсуждалась оплата, ингредиенты, время на подготовку и другие аспекты возможного создания портала в пределах десятиверстовой зоны вокруг Кесарии для отряда в полсотни человек. Это казалось более чем странным, но Рем заметил и еще кое-что, и протянул письмо Ёррину, как гному въедливому и придирчивому.
— Что скажешь по поводу начертания самих букв? Присмотрись, я не буду озвучивать свое предположение, нужно стороннее мнение…
— Так под копирку делали! Это сажа и мастика. Такую копировальную бумагу делают в Кесарии, для тамошних бюрократов. Наши крючкотворы из Ромсдар-Дума как-то закупили партию, потом какой-то младший дом освоил производство, — уверенно заявил Сверкер. — Тут и думать нечего — таких писем отправили не две и не три, минимум — десяток. Писец выводил каждую буквочку, сильно вдавливая перо. Я точно тебе говорю. И это послание было не самым важным — не самые яркие оттиски… Если бы адресата уважали — ему отправили бы или оригинал, или что-то из верхней части пачки.
 
— Очень интересно. Пожалуй, это стоит сохранить… — Рем сунул письмо за пазуху, а остальные бумаги высыпал в огонь, пояснив: — Магическая шелуха. Там ей самое место! Пусть горит.
Дю Валье, который собрался уже спать, не мигая наблюдал за происходящим некоторое время, а потом улегся на своем ложе на спину, сложил ладони на груди, вытянулся во весь рост и закрыл глаза.
— Кажется, уснул, — проговорил Ёррин. — Лежит — ну чисто помер! Гы-гы… Давайте жрать, желудок сводит. Что там у нас на ужин, маэстру шеф-повар?
— Эльфийская салфа! — Эадор зачерпнул деревянной ложкой, с видимым наслаждением вдохнул ароматы, попробовал и даже глаза закатил. — Да-а-а!
— Супец что ли? — гном потер руки. — Супец у тебя что надо получается! Давай, наливай! А я пока копченостей достану, чтоб вприкуску!
— Салфа с копченостями, о Небо! — эльфийский повар даже вздрогнул. — Ненасытная гномская утроба! Никакого чувства прекрасного, только бы брюхо набить!
— В каком смысле? Разве набить брюхо — это не прекрасно? — радостно осклабился Ёррин. — А давайте вы себе по мискам разольете, а я из котла прямо так? И посуды меньше мыть!
Аркан с удовольствием наблюдал за пикировкой друзей, но мысли его периодически возвращались к странному посланию. Использование копировальной бумаги говорило о том, что рассылка была массовой! Но зачем Синедриону столько порталов рядом с Кесарией? И куда они должны вести? Слишком большое войско отрядами по полсотни не перебросишь: даже если привлечь сотню магов, получится всего пять тысяч воинов! Конечно, окажись оно внезапно, к примеру, у Аскеронских стен, то беды наделать может немало. Но даже прорвись они в город — в конце концов, будут уничтожены. Пять тысяч — это крупные силы для гражданской заварушки, эдакой феодальной междоусобицы, какую устроили Массакры с Арканами. Но для настоящей, полномасштабной войны пять тысяч воинов — это всего лишь половина легиона. Кто воюет половиной легиона против целого герцогства, одного из самых населенных в Империи? Тогда — зачем порталы? Определенно — с этим стоило разобраться.
* * *
На утро Эдгара дю Валье и в помине не было. Ни его, ни волчьей шубы, ни лошадки.
— Не стибрил ничего, и то хорошо, — прокомментировал его неожиданный отъезд гном. — Вроде и мужик красивый, и боец хоть куда, и при деле — вон, какое доверие ему от Деспота, а всё равно — с дерьмецой внутри человек. Я это носом чую.
Аркан никогда не считал дю Валье красавцем, но в целом был с кхазадом согласен. Но эта странная встреча, и интриги отца были делом дня завтрашнего. Сегодня цель была вполне определенной: вперед, к богатой, кипучей и никогда не спящей Смарагде!
Лошади фыркали, из их ноздрей валил горячий пар, подковы выбивали из дороги осколки льда. я Утреннее солнце появилось на небосклоне, освещая холодными лучами заснеженные холмистые равнины Запада. Кавалькада мчалась по Южному тракту, обгоняя редких пешеходов и купеческие караваны, возницы и охрана которых испуганно шарахалась, едва завидев странную, хорошо вооруженную троицу воинов. «Этим дорогу заступать — себе дороже!» — думали караванщики. И были тысячу раз правы.
  
XVIII ГОРОД СТУДЕНТОВ
 
Смарагда началась с университета. В Империи такой способ градообразования мог считаться феноменом: большая часть городов тут выросла из фортов имперских легионов, которые год за годом, век за веком двигались от Первой Гавани на Север, Запад и Восток, принося с собой порядок, дисциплину, Устав Надлежащий и Слово Сына Человеческого.