Ты из прошлого (СИ)

— Заем мне об этом знать? — устало спросила.
Потерла ладонью глаза, пытаясь тем самым прогнать сонливость, которая стала накатывать с новой силой. До этого она не особо меня тревожила.
— Затем, чтобы больше не говорила всякую чушь. Хотя, если бы я захотел, у меня бы с ней все было. Но, заметь, я сейчас здесь, в твоем доме, а не с ней.
— И что? Мне тебя похвалить надо?
Он снова играл на моих нервах. Стоял, и не думая уходить. Смотрел изучающе. Да, снова как на экспонат.
— Мужчины любят, когда их хвалят, — подмигнув мне, сообщил Сашка. — Но сегодня, так уж и быть, обойдусь без своей порции похвалы. И оставлю тебя в покое. Но не думай, что завтра у тебя получится от меня сбежать.
— Пока не напишу отчет, мне некуда бежать.
Еще немного и я начну превращаться в ворчливую старуху, которую вообще мало что устраивает.
— Тогда у меня есть еще хотя бы пара дней, чтобы покорить твое сердце и уложить тебя в свою постель.
Это он мне сейчас мои же слова припоминает? Неужели обиделся? Вы посмотрите на него, какая нежная душевная организация. Это один и тот же человек или я чего-то не знаю? Еще недавно он всем своим видом давал понять, что всегда получает то, что хочет. Выглядел слишком самоуверенно и нагло. Сейчас же он был вполне обычным молодым мужчиной. Который устал точно так же, как и я.
— Волков, иди спать…
Хотела сказать, чтобы он шел спать к себе домой, но Саша, судя по всему, решил остаться. Потому как прошел мимо меня и скрылся в оной из комнат. Я проследила за ним взглядом, не понимая, мне померещилось или он и в самом деле, проигнорировав меня, пошел спать в мамину спальню.
— Волков! Ты совсем охренел?! — выкрикнула, срываясь с места.
Нет, ну это уже ни в какие рамки не лезет!
Я влетела в мамину спальню, в которую и сама-то заходила всего пару раз. Когда искала постельное белье и чистые кухонные полотенца. Повезло, что уезжая, мама вывезла отсюда не все.
— Ты чего кричишь, Репейник? — спросили у меня.
Я остановилась на пороге комнаты и во все глаза смотрела на Сашу, который спокойно готовился ко сну. Если быть точнее, то перекладывал подушку с дивана на кровать. И снова мне показалось, что проделывал он подобное довольно часто.
— Что происходит, Волков? — пробормотала, продолжая стоять столбом. Догадка кольнула сердце болью. — Тебе негде ночевать?
Саша замер, будто прислушивался к моим словам. Решал, не послышалось ли ему. Потом спокойно повернул ко мне голову и посмотрел прямо и напряженно. Ожидал, что я устрою скандал? Или начну расспрашивать? Нет, пожалуй, воздержусь. Если не захочет говорить, то из него и слова не вытащить. Тогда зачем стараться? Сам расскажет, если захочет.
— Допустим, — подтвердил мои слова Сашка. — И что с того?
— Почему? Что случилось?
Я надеялась, что Саша снизойдет до откровенности. Тем более, он находился в моем доме. И собирался здесь спать. Я должна была знать причину того, почему он остался.
— Скажем так, — со вздохом заговорил Волков. Теперь он полностью повернулся ко мне. И стоял так же, как еще с минуту назад у входной двери. — Мы не сошлись с родителями характерами и взглядами на жизнь. Они видели во мне перспективного бизнесмена. Я же хотел вернуться сюда и жить так, как мне нравится.
— Тебе нравится работать на производстве и чинить станки? — Признаться, подобного ответа я не ожидала. Обычно все кругом хотят стать успешными бизнесменами и зарабатывать миллионы.
— Почему нет? — с издевкой спросили у меня. — Это что, преступление?
— Это твое решение, — пожав плечами, заметила. — Странно, что родители тебя не поддержали.
— Ничего странного. Учитывая, что это была не единственная причина, почему я хотел вернуться.
— Были еще причины?
— Одна конкретная.
— Какая?
Вместо ответа Волков указал на меня рудой. Дескать, сама догадаешься или тебе, как маленькому несмышленому ребенку, все разжевывать надо.
— Снова я виновата?
Сложила руки на груди, чтобы скрыть нервную дрожь, которая последние минуты не давала покоя. Я и так на протяжении многих лет чувствовала себя виноватой. А тут на тебе, снова успела провиниться. Да сколько же можно…
 
— Они винят тебя в том, что со мной произошло. И до сих пор не могут отпустить ситуацию.
От его слов стало больно. И дышать было трудно. На меня словно ушат холодной воды вылили. Как я должна реагировать на это признание? Только принять и жить дальше. Потому что я на самом деле была виновата. Если бы не полезла в воду, не уплыла далеко, ничего бы не случилось.
— Эй, Соня, ты чего? — обеспокоенно спросили у меня. — Ты плачешь?
В самом деле? Да, так и есть. Слезы, чтоб их, все-таки потекли по щекам.
— Ладно, Волков, сегодня можешь остаться здесь, — сказала, шмыгнув носом. Не хотелось показывать ему, что я слабая. Пусть не думает, что мне стало его жалко. — Но только сегодня. Понял?
— Посмотрим, — бросили мне короткое и снова переключились на подготовку ко сну.
Я больше не видела смысла оставаться в маминой комнате, поэтому прошла к себе, оставляя Волкова одного. Хватит с нас сегодня выяснений отношений. Впрочем, их и не было. Просто мы друг друга не понимали. И из-за этого цапались по любому поводу. Даже если и не хотели этого. Нам бы на самом деле поговорить и все обсудить. Возможно, я бы узнала о нем больше. И его поведение стало бы понятнее. Но если это и произойдет, то уж точно не в ближайшее время. А может и не случится никогда.
Уже когда сама собиралась ко сну, вспомнила о том, что вообще-то не спросила у Саши, голоден ли он. Да и не до этого было. А вот сейчас… Стоило пойти и спросить. Вдруг он и в самом деле хочет есть, а я поступаю, как плохая хозяйка, не предложившая гостю хотя бы чай.
К комнате матери кралась, словно вор. Старалась не шуметь и вообще, дышать через раз. Но когда заглянула в комнату, увидела, что Сашка уже спит. И ему точно не до моего не вовремя проснувшегося гостеприимства. Поэтому я снова ушла к себе и таки улеглась спать.
И, как назло, снова не могла заснуть. И опять крутилась с боку на бок, пытаясь устроиться в кровати поудобнее. Как итог, снова уснула поздно. А на утро у меня болела шея, потому что положение поудобнее я для себя так и не нашла.
Встав с кровати, первым делом прошла на кухню, чтобы включить чайник. И чуть было не закричала от неожиданности. А все потому, что на кухне уже кое-кто хозяйничал. Я же спросонья напрочь забыла о том, что в моем доме завелся домовой. Точнее, незваный гость.
— Чего бледная такая? — поинтересовались у меня, отворачиваясь от плиты. Кажется, кое-кто решил побаловать себя с утра яичницей. — Сейчас завтракать будем.
— А чего это ты такой хозяйственный? — пробормотала, прикрывая ладонью зевок. Я снова не выспалась. Поэтому чувствовала себя неважно. — И в мой холодильник лазил.
— Не в первый раз.
И в самом деле, чего это я.
Оставив Волкова и на этот раз одного, пошла умываться и переодеваться. Все-таки не хотелось, чтобы он видел меня в пижаме, которую я взяла из дома. Была она, стоит отметить, не очень-то мне по возрасту. Но зато приятная к телу и теплая. Ночи здесь всегда были прохладными. Я с детства из-за этого мерзла и спала под двумя одеялами. Исключением было жаркое лето. Тогда мне хватало всего одного.
Завтракали мы вдвоем. Разговаривать не хотелось, поэтому мы молчали. То ли из-за возникшей между нами неловкости, то ли еще из-за чего, не знаю. Но Сашке явно было не очень комфортно рядом со мной. Как, впрочем, и мне рядом с ним.
— Ты довольно вкусно готовишь, — решила похвалить кулинарные таланты Волкова, когда на моей тарелке не осталось ни кусочка яичницы. Она была довольно сытной и вкусной. — Я думала, что у мужчин все чаще подгорает.
— И многих мужчин ты знала? — проговорил Саша, загружая в рот последний кусок свой порции яичницы.
— Не так чтобы, — уклончиво ответила. — И, если уж на то пошло, тебе знать об этом не положено.