Путь Хранителя. Том 1. Том 2 (СИ)

У Василисы подозрительным образом вспыхивали потоки, когда она упоминала про «подбор дозировки» инъекции. Наверняка будет в потоках ковыряться. А заодно в моей голове и вообще везде куда сможет залезть.
— В одно из временных укрытий под Санкт-Петербургом. Вертушке нельзя в воздушное пространство города, она нелегальная, — наконец ответил Арсений на мой вопрос, — далее в подготовленный транспорт с Генерал-Губернаторскими опознавательными знаками и на нем на остров Академии.
— Думаешь Коновницын не перехватит? В момент пересадки мы будем в самой уязвимой позиции.
— У нас четырнадцать времянок и никто кроме меня не знает на какой именно мы сядем, — ухмыльнулся Арсений.
— Ладно, ладно. А то я тут кое-что узнал у Абеля. Коновницын мной заинтересовался.
— С чего ты взял что именно тобой? По нашим данным он свернул активность в других городах и сейчас в тесном контакте с Трубецким. Но мы полагаем что Вельяминов дал ему задачу ликвидировать всю ячейку что занимается островом. Мы сильно нашумели за последние дни и найти след появления документов не так сложно.
— Ты не понимаешь, Арс. Коновницын не обычный боярин. И все что ты сказал звучит логично, его люди взяли след и вырежут всех, до кого смогут дотянуться. Но его личный интерес это другое. Он не остановится.
Объяснить Арсению что прошлым человеком, который вызвал у Коновницына интерес был мой покойный дед, я не мог и пришлось остановиться на этом.
— На что ты намекаешь? — не понял Арсений.
— На острове руки Коновницына связаны повышенным вниманием. В городе его ограничивает попечительство Голицына. В Лондоне его руки будут развязаны, — пояснил я.
— Боярский совет не пойдет на риск международного скандала. Тем более попасть туда куда сложнее чем ты думаешь. Отношения между Империями сейчас далеки от идеальных, нельзя просто взять и прилететь по своей прихоти. А подготовить официальную поездку совет бы никак не успел.
Я закрыл ладонями лицо и едва смог сдержаться от полноценной лекции Арсению по методам проникновения в другие страны.
— Ему плевать на мнение совета. Просто поверь, Коновницын там будет. И если ты этого не учтешь, Арс, ты рискуешь убить нас всех в этой поездке.
Арсений задумался и молчал минут десять анализируя мои слова.
— Думаешь он лично сунется на территорию Британской Империи, от которой зависят все планы совета?
— Я уверен, — тут же ответил я, — и никакой угрозы планам совета не будет. Никто не узнает, что он там был. Коновницын опасен.
— Я никогда не видел его в бою, — задумчиво проговорил Арс, — разведка не имеет данных о его навыках и боевых техниках. Родственников у него нет и даже теоретически сложно спрогнозировать на что боярин способен. Со времен Иркутского инцидента, — в этом моменте Арсений едва заметно запнулся и его потоки вздернулись, — …Коновницын не был замечен на передовой и с тех пор не осталось никаких записей и свидетельств. Откуда ты можешь знать о том, на что он способен? По нашим данным он из тех, кто дергает за ниточки, а не исполняет. Тем более имея при себе тринадцать головорезов без тормозов.
Я внимательно слушал слова здоровяка. Он чувствовал, что я прав, но не мог найти этому логичное обоснование. К сожалению, я не смогу ему его дать и Арсу придется поверить мне на слово. Развивать эту тему сейчас бессмысленно, использую Богданову как решающий рычаг. У меня будет целая ночь, чтобы ее обработать.
— Верно Арс. Не был замечен официально, но это лишь значит, что нет свидетелей, — подметил я, — хочешь доказательств, подними документы с загадочными смертями самых сильных одаренных в мире за последние семнадцать лет. И не концентрируйся на том, имела их смерть значение для совета бояр или нет. Может, что-нибудь найдешь.
— И откуда ты это знаешь, ты конечно не скажешь? — нервно усмехнулся Арсений.
— Секрет рода, — ответил я, — сейчас я не могу сказать больше.
Арсений ничего не ответил на мои слова, а молча развеял барьер и на нас хлынули оглушительные звуки ревущего вертолета. Судя по внешнему виду Арса, мои отговорки его не убедили, и я осознал, что рано или поздно настанет момент, когда я встану перед выбором.
 
Довериться Арсению или стать его врагом.
Я повернулся в сторону и остаток полета провел в раздумьях и наслаждаясь вечерними видами. Приземлились мы на поле рядом с непримечательным деревянным домиком где-то на севере от города.
Нас ждали три черных автомобиля с генеральскими номерами без водителей. Мы использовали их и спустя час благополучно попали в город, где наше сопровождение увеличилось еще на четыре машины. В одной из них я отчетливо ощутил присутствие имперского агента и окончательно расслабился.
Даже безбашенные головорезы Коновницына не рискнут атаковать нас прямо на глаза у имперцев. Одно дело уничтожать машины и вертолеты без опознавательных знаков в северной глуши, совсем другое черта города.
Хоть все тринадцать членов «семьи» Коновницына официально не являются гражданами Российской Империи и числятся как простые наемники и их границы дозволенного куда шире, но даже у них есть предел. Ведь неофициально все знают кому они подчиняются на самом деле.
За весь путь Арсений, который опять примерил на себя роль моего личного водителя, не сказал ни единого слова. Прочесть его потоки я не мог, потому что Архимаг опять активировал свою маскировку и режим покорного слуги с рангом Ветерана. А вновь начинать разговор не было никакого желания.
Мы оба прекрасно понимали, что в текущей обстановке это ни к чему не приведет и смирились с этим.
На подъезде к острову многое изменилось с утра. Никаких блокпостов и имперской гвардии. Ни оцепления, ни вертолетов, ни репортеров. Внешне подъезды к острову выглядели так, будто ничего не произошло и не менялось.
— А Трубецкой оперативно работает, — уважительно протянул я, когда мы проехали контрольно-пропускной пункт.
Машины сопровождения развернулись на подъезде к острову, успешно выполнив свою миссию. Внутрь заехали только мы вдвоем.
— Имперские агенты еще на острове, но их действия и доступ теперь строго ограничены, — отозвался Арсений, — Трубецкой бился за каждый сантиметр и преуспел, а гвардию выгнал полностью.
И опять Арсений оказался в курсе текущей ситуации. Хотя все время находился в метре от меня. Начинаю подозревать что у Архимага есть телепатические техники.
— Приехали, — констатировал Арс, заглушил мотор и устало потер глаза, — пойдем. Все уже в сборе.
Мы вышли из машины и медленно направились по пустующей центральной аллее. Придерживаясь на расстоянии десяти метров с каждой из сторон, нас ненавязчиво сопровождали неизвестные в темных костюмах.
— Новая охрана Академии? — спросил я, покосившись на странных безэмоциональных ребят.
— Хуже, — тяжело вздохнул Арсений, — телохранители Вельяминова. Вечер будет еще интереснее чем я думал.
  
Том 2. Глава 14
 
Люди Вельяминова сопровождали нас до самого входа в додзе Богдановой и наверняка остались дежурить по периметру. Не знаю, что Вельяминов лично делает на острове после всех событий, но это не предвещало ничего хорошего.
Хитрый старый хряк крайне редко появляется на людях. А там, где ему что-то угрожает и подавно старается не показывать свой нос. После осаждения острова имперцами, я был уверен, что Вельяминов дистанцируется и засядет в тени.
Но старый боярин здесь и это неспроста.
Вход в додзе Богдановой был закрыт пятью барьерными конструктами, которые пропустили нас внутрь. Никаких общих занятий или боев в это время не проводилось, но вокруг поля боя располагались тренажеры и тренировочные комплексы, которые использовали четыре напряженных человека в спортивной форме Академии.
Пятым присутствующим помимо нас с Арсением была Василиса Богданова, которая тут же подорвалась нам на встречу. Больше в помещении никого не было. Ни Кати, ни Лены, ни слуг рода Богдановых, ни кого-либо еще.