Путь Хранителя. Том 1. Том 2 (СИ)

— Как давно Василиса Михайловна его нашла? — непринужденно спросил я.
До этого момента я нарочно задавал вопросы о других интересных экземплярах в оранжерее чтобы поддержать беседу и не вызывать подозрений излишним вниманием к одному цветку. Если бы я сразу набросился на Катю с допросом, меня бы сразу выставили за дверь.
Как же раздражает налаживать связи с нуля. Это так утомительно.
Эх, сейчас бы на фронт, выпустить пар, разгрузить набухшую от бесконечного потока информации голову парой сотней убийств…
А почему я, собственно, за столько часов не убил ни одного из боярских свиней? А. Точно. Умирающее тело инвалида.
— Ты знаешь маму? — удивленно округлила карие глазки Богданова и едва заметно отстранилась.
— Разве она не преподает в Академии? — предположил я.
Не будь Василиса Михайловна Богданова тесно связана с Академией, никто бы ей не позволил возвести тут этот сад. Ладно обыватели, глупцы и студенты… но среди боярского совета мало дураков. Они должны четко осознавать его реальную ценность и потенциальную мощь.
— Только у особого курса, — чуть снизила градус подозрений Екатерина и все же ответила на вопрос, — примерно семнадцать лет назад… а что?
— Простое любопытство, — отмахнулся я.
Спрашивать, где именно нашла было бы рискованно, да и не факт, что Катя знает. Куда важнее найти способ встретиться с ее матерью лично.
Как я и предполагал, судьба Богдановой Василисы Михайловны тесно переплетена с этим учебным заведением. В моем мире она была Ректором Академии и одной из первых учениц деда. Об этом мало кто знал, потому что избранных одаренных детей он отбирал по всему свету тайно и обучал лишь периодически.
Был слишком занят, спасая империю и усердно сокращая население планеты. Только мне посчастливилось быть с ним бок о бок постоянно.
На момент смерти деда в этом мире, Василисе Михайловне исполнился двадцать один год, а под крыло деда она попала в раннем детстве, нам определенно есть о чем поговорить. Особенно учитывая этот бордово-синий ятрышник.
— Экскурсия окончена, — окинув меня настороженным взглядом, выпалила Катя и вытолкала меня своими миниатюрными ручками из оранжереи.
Я не сопротивлялся, потому что узнал почти все что нужно. Осталось найти способ ненавязчиво определить текущее местоположение Василисы Михайловны…
Мои мысли прервал скрип дощечки у входа.
— Добро пожаловать в додзе «Цветочек», судари, — приветственно отчеканила девушка и поправила непослушный розовый локон, — прошу простить, но тренировочный зал сегодня не работает.
Перед нами на пороге стояло трое студентов с наглыми выражениями лица. По вздернутому к небу носу, пафосной стойке и высокомерному взгляду я легко определил среди них одного из боярских отпрысков. Тощий блондинчик выделялся и внешним видом, поскольку это первый студент на территории Академии, которого я заметил в боевом облачении.
Среди белого дня напялил на себя доспех с вкраплениями лирия, редкого высокопрочного материала со свойством искусственно успокаивать энергетические потоки носителя. Это помогало с контролем… но среди действительно сильных одаренных его мало кто использовал на людях.
Дед называл подобные доспехи халатом для импотентов.
— Для нас не закрыт, — фыркнул блондинчик и махнул левой рукой.
Из-за его плеча выскочил низкорослый парнишка в обычной форме Академии, вежливо поклонился и молча передал в руки девушки небольшую стопку бумаг.
Богданова стала неохотно вчитываться в текст и ее тоненькие потоки силы все ярче вспыхивали с каждой секундой, а лицо медленно, но верно перекосилось от ярости.
Блондинчик от души наслаждался внешними изменениями на лице первого заместителя додзе и не встретив сопротивления прошел вглубь помещения и развалился на скамейке. Щуплый парнишка метнулся следом и покорно встал за спиной боярина.
Видимо личный слуга.
В проходе остался стоять только третий студент, которого мне не сразу удалось рассмотреть, потому что стоило ему переступить порог, как бедняга вжался в стену.
— О! Привет. Как животик? — с усмешкой поинтересовался я у курносого парнишки с оранжевой повязкой.
 
Того самого, которому я этой ночью пробил коленом в сплетение потоков. Я немного удивился заметив, что целитель Академии оказался более умелым, чем я предполагал. Довольно быстро поставил беднягу на ноги. Хотя на его хаотически скачущие в конвульсиях внутренние потоки было весело смотреть.
— Норрр-мально, — заикаясь пролепетал курносый и скользнул подальше от меня и поближе к боярскому сыночку.
— Как это возможно… вам не могли одобрить поединок так быстро… — непроизвольно смяв кусочек документа процедила Екатерина Богданова, прожигая белобрысика гневным взглядом.
— Там есть подпись Ректора, если ты не заметила, — ухмыльнулся боярский сынок и медленно поднялся на ноги, — Богданова Екатерина Анатольевна, в соответствии с четырнадцатым пунктом Устава Академии. Я, Куракин Тимофей Алексеевич от лица тренажерного зала «Гробница» бросаю вызов залу «Цветочек» на поединок за официальный статус додзе.
— Но… — проскрипела зубами Катя, — вы уведомили нас слишком поздно… моя сестра сейчас… — голос Богдановой постепенно терял уверенность и начал дрожать под напором.
— Плевать, — усмехнулся Тимофей, — документы о правомерности вызова у вас на руках, представитель дисциплинарного комитета с квалификацией судьи присутствует, — с этими словами белобрысик махнул рукой на сжавшегося в углу курносого с оранжевой повязкой и тот едва заметно кивнул.
— Азар-р-ров Андр-р-рей, подтвер-рждаю официальный статус поединка, — неуверенно протарабанил курносый, — в соответствии с пр-р-равилами вы обязаны предоставить вызывающей стороне помещение для подготовки к бою и выставить бойца на поединок в течение двадцати минут.
— Вторая дверь с западной стороны, — раздраженно выкрикнула Катя, едва сдержавшись, чтобы не вписать курносому в челюсть.
Ощутив опасность, судья Азаров поклонился и побежал провожать боярского сыночка в указанную комнату. Я все это время молчал, с интересом наблюдая за спектаклем.
Стоило трио вторженцев скрыться за дверью, как Катя взорвалась будто пороховая бочка и начала нервно расхаживать взад, вперед.
— Гребанный боярский выродок… да как они смеют… на удобрения пущу тварей…
Выкрикивала Катя едва осмысленные фразы, видимо совсем позабыв что я еще здесь. И минуты не прошло как гневная истерика сменилась короткими бессильными всхлипываниями.
— Все так плохо? — поинтересовался я, когда девушка более-менее взяла себя в руки.
В моем мире слезы дорогих мне людей я привык отмывать кровью врагов и делать исключения в этом мире я не собирался. Да и шанс легально сократить популяцию бояр выпадает не часто.
Проблема только в том, что я не понимаю сути конфликта, а чтобы поиметь из ситуации выгоду для себя, я должен оценить вес ставок на кону.
— Тебе то какое дело, — гневно отмахнулась Катя, лишь на мгновение удивившись, что я еще не ушел, — переживаешь за завтрашний бой? Не стоит, проведут его в додзе этого свинорылого.
Я искренне засмеялся от того, как она назвала бояр. Даже если мы не знакомы, Катя в доску своя девочка с правильными взглядами. И как мне просить помощи у ее матери если я брошу ее в беде?
— Мне тут больше нравится, — улыбнулся я, — люблю цветы. Как я понимаю, статус додзе важен?
Катя вновь подозрительно сощурилась оценивая, что стоит говорить, а что нет, но сдалась.
— Без статуса додзе мы потеряем право пользоваться пространственным карманом и… — Богданова медленно замолкла, едва сдерживая слезы.
— Не сможете поддерживать оранжерею.
— Хуже, все содержимое пространственного кармана, которое я не успею вынести за час, перейдет в собственность Академии… все наши наработки…
А вот это уже интереснее. А я еще удивлялся как совет позволял Богдановой содержать такое опасное место на своей территории.
— Как-то слишком просто потерять статус додзе… один поединок? Реально?