Наруто. Пробуждение Воли (СИ)

– Отверженный представься, если ты этого не сделаешь, пострадает весь твой клан.
Бой на мгновение прекратился, существо поднялось на две ноги и представилось:
– Меня зовут Юдзиго, Такеда сан. И как вы правильно заметили, я из клана отверженных, и вы правильно догадались. Клан тут совсем не причем, это только моя ответственность и МОЯ ОХОТА!
Последние слова он прорычал, бросившись на меня. И снова его остановил Синдзи. Я видел, мой друг медленнее его, а значит, если я последую приказу, то могу подставить и его, в попытке защитить меня.
– Синдзи сан, уходите, вы ему не ровня!
Меня проигнорировали и продолжали перехватывать атаки. Контратаковать у Синдзи не выходило, у противника было преимущество в силе, скорости и массе. И только меч, окруженный ветряным вихрем, останавливал этого Юдзиго. 
Не придумав ничего лучше, подгоняемый паникой я сел в позу лотоса, и вернулся воспоминаниями на пару лет назад.
Следуя клановым тренировкам отца, я чувствовал во время медитации рост температуры тела. Что косвенно сигнализировало о течении чакры. И в теории должно было пробудить мой источник. Но раньше мы не доводили до момента пробуждения, лишь изучив основы, сейчас же у меня нет другого выбора. Только это позволит мне стать быстро сильнее. А если нет, значит я умру, и будет хорошо, если умру только я. Во время медитации эмоции гасли, заменяясь здоровым прагматизмом. Уже привычным усилием, я начал сокращать каналы с чакрой, заставляя их работать подобно насосу. 
Находясь буквально посреди битвы, я увидел внутри себя шар, от которого исходили светящиеся каналы, но сам шар был безжизненным… 
Синдзи. 
После глупого вопроса Ашма затих, но внезапно за спиной я ощутил возникновение чего то очень опасного, оно дышало раздувая свои ноздри.
Юдзиго окончательно свихнулся и завыв бросился мне за спину, получая вполне серьезные раны но бросаясь в атаку раз за разом. Наносимые порезы, начали прямо на глазах зарастать с противным шипением. Из локтей полезли шипы, он окончательно терял человеческий облик.
Ашма. 
Пробуждение произошло под ужасный вой монстра, я как и тысячи раз до этого перемещал чакру по своему телу, только не пытаясь ускорить регенерацию или усилиться. Я создавал поток, достаточно мощный, что бы пробить скорлупу, что удерживала мой источник. С первой попытки не вышло, сквозь медитацию я услышал, как что-то рядом со мной яростно клацнуло, и услышал звук удара, но мне нельзя сейчас отвлекаться. Не знаю с чем сравнить эти ощущения, наверное, можно сравнить с легким онемением. Оно пришло вместе с ощущением какого-то треска в районе живота. Стоило сосредоточиться на этом чувстве, возникшем впервые. Памятуя об инструкциях отца, мысленно надавил на это место, сжал его в такт биению своего сердца, как бы запуская процесс работы источника. Вместе с этим действием и ощущением нетерпимого жара по всему телу пришла ее величество БОЛЬ. Спазм не дал закричать, а тело выгнуло дугой, но это были лишь предвестники моих страданий. Первоначально огромный всплеск чакры от запуска источника, и боль от этого спровоцировали пробуждение Шарингана, что тут же начал создавать отдельный канал чакры для своего питания.
Юдзиго 
В момент, когда жертва села в позу лотоса, я почти не помню, родословная потянула к себе природную чакру, и меня захлестнуло безумие. Но когда цель пробудилась, рядом как будто взорвался вулкан из чакры, от него ее повалило столько, что даже из меня вытеснило часть сендзюцу чакры, от чего я пришел в себя, но не надолго. Я должен поглотить его источник, билась мысль в моей голове, окончательно вытесняя личность.
Синдзи 
Со спины потянуло таким объемом чакры, будто сам отец хотел опустошить свой источник разом, но этот эффект не прекращался. Отверженный окончательно сошел с ума, отпуская трансформацию, стало ясно, что после таких изменений он в себя не прийдет, я становился свидетелем рождения зверя из чакры.
Ашма 
Я был в аду, боль заполняла, каждую частичку моего тела, но в тот момент, когда после пробуждения Шарингана права на чакру затребовала запечатывающая печать, стало еще хуже. Она тут же попыталась опутать и затушить только что пробужденный очаг, но вступила в конфликт с моими глазами, что уже установили канал питания и продолжали тянуть чакру из источника. Печать же пыталась эту чакру запереть. Но и источник, как будто поняв, что его пытаются вновь запечатать заработал на полную. Полем битвы стало мое тело, что выгибало под такими углами, вскользь отмечаемыми моим сознанием, что я бы после таких загибов человека записал в трупы. Но, похоже кеккей генкай Учих, все же был посильнее наложенной даже не на меня, а на моего деда запечатывающей фуин, и практически отвоевал для себя чакры, только вот остальные тенкецу в теле не были столь могучими как мои глаза или строптивы как пробужденный очаг. Хоть и нарушив механизм печати, они не сломали ее окончательно, запуская новый эффект – каждое мое тенкецу закупоривалось. Мой измученный дух попытался отправиться в благодатный мир сновидений.
 
Но я услышал страшный звук разрываемой плоти, не разрезаемой, разрываемой… 
Титаническими усилиями я разлепил запекшиеся от крови глаза. Мир стал другим, раскрасившись дополнительными потоками. А передо мной заваливался мой господин, левая рука по плечо представляла из себя кровавые ошметки. Правая нога лишена стопы, а из спины торчит когтистая лапа…
Пришла тьма.
Бывший Юдзиго, ставший зверем чакры. 
Цель внезапно пропала, это заставило допустить оплошность и оторвать кусок от ценной еды. Теперь ее ценность снизится, нужно экономнее. Тело завалилось, для подготовки нужно время, я впрыснул в него природную чакру, сейчас она подготовит его для поглощения…
Удар прилетает в голову. Отлетаю в озеро, вылезая, пробую отпрыгнуть, но встречаюсь взглядом с красными глазами.
Сжимаюсь от страха, охотник стал жертвой…
Ашма 
Вынырнув из тьмы, первым, что я увидел, был изломанный труп монстра, голову которого я продолжал бить. Меня чуть не скрутил спазм, но на это не было времени. Я оглянулся и меня стошнило… 
Синдзи, его больше не было, на его месте было амебообразное существо, глаза и рот срослись, конечностей больше не было.. Все что напоминало о моем гордом лучшем друге – волосы, что клочками сползали с покрытой слизью головы. Мне показалось, что я сейчас зареву, но из глаз потекла горячая кровь, а разум начало затягивать знакомой пеленой, и я вернулся к тому, что помогало сохранить разум, я начал вбивать свой кулак в ошметки головы чудовища. Пока не услышал невозможное…
Синдзи 
Над когда то прекрасным садом раздавались отвратительные чавкающие звуки, под которые я смог прийти в себя. Неужели Ашма погиб. Надо проверить, я все равно уже труп, позорно для господина не смочь защитить тех, кто доверился тебе. 
Собрав Волю, уже не заботясь о возможных перегрузках, я заставил ветер шептать моими навечно сросшимися устами:
– Ашма, это ты?
Чавкующий звук тут же прекратился. А ко мне торопливо подбежал Ашма, он рыдал…
– Синдзи, Синдзи, ааааа, что мне делать, тебя надо отнести в павильон? Что делать?
Его голос сорвался в нечеловеческий вой. Он буквально рвал свое горло, ветер рассказывал, как он истекает кровью. Я бы положил руку ему на плечо, но у меня больше нет рук… Сознание начало гаснуть, надо успеть. Задействовав дыхание бога Фудзина. Я собрав всю волю, отправил голосовую передачу отцу, где рассказывал о произошедшем, и о том, что собирался сказать своему другу и брату ледяного феникса. Ветер закружился, став легкими, каких у меня никогда не было и на всю долину прогремел:
– Приказываю тебе, Учиха Ашма жить, ВО СЛАВУ МОЮ, ВО ИМЯ МОЕ!…
  
Глава 10
 
Глава 10.