Держи меня (ЛП)
Мы с Грэем оставались в Глазго все Рождество (что не понравилось его семье и стало одной из вышеупомянутых проблем, с которыми нам пришлось столкнуться) и весь январь. В начале февраля я стояла рядом со Скайлар в качестве подружки невесты, когда они с Киллианом тайно поженились в Лох-Ломонде. На свадьбе присутствовали только я, Грэй, наша подруга Ева, которая раньше работала на Киллиана, бывшие участники группы Скайлар — Брэндон и Остин с подругами — а также ее менеджер Гейл. Другой ее бывший участник и просто бывший, Мика, отказался присутствовать по понятным причинам.
Пресса узнала об их браке только четыре недели спустя, когда Скайлар и Киллиан были замечены папарацци в Лос-Анджелесе с обручальными кольцами.
После частной свадьбы моего брата мы с Грэем отправились домой в США. Грэй успел немного покататься на лыжах до закрытия склонов, а я вернулась к планированию мероприятий, включая нашу собственную свадьбу.
Надо отметить, что Грэй сделал мне предложение на следующий день после возвращения в Монтану, за год до свадьбы Скайлар и Киллиана. Конечно, я согласилась, но хотя Грэй предложил жениться сразу же, я хотела, чтобы мой брат был по-настоящему счастлив за меня, прежде чем я попрошу его проводить меня к алтарю. Мне нужно было, чтобы он знал, что поступает правильно, отдавая меня Грэю.
Грэй все понимал, но это все равно раздражало его, и он не умел скрывать свое нетерпение в течение следующих шестнадцати месяцев.
Когда за двойными дверями зазвучала вступительная песня, я сжала руку брата.
— Ты выглядишь нервным. Ты знаешь, что поступаешь правильно.
Киллиан пристально посмотрел на меня. Со стороны его выражение лица казалось отстраненным. Но я видела миллион эмоций в темно-карих глазах, так похожих на мои собственные.
— Я знаю, — сказал он тихим хриплым голосом, — если бы я этого не знал, я бы уже давно выкрал тебя и увез в Глазго. — Он накрыл мою руку, лежащую на его локте. — Никто не заслуживает тебя, малыш. Никто. Но Грэй чертовски близок к этому. Этого мне достаточно.
Я улыбнулась сквозь счастливые слезы.
— Я люблю тебя, старший брат.
Он мгновение боролся с эмоциями, а потом хрипло ответил:
— Люблю тебя еще больше.
Двери медленно распахнулись, показав столовую, превращенную в зал для церемоний. Мы не приглашали много гостей, только друзей и родственников из Каннингем-Фоллс и нескольких человек из Глазго.
Каждый третий стул по обе стороны от прохода был украшен белой свечой в современном квадратном фонаре. Они повторяли простоту остального декора. Мягкие, элегантные и естественные.
На вершине прохода я увидела священника, Скайлар и Кэти в платьях подружек невесты одного цвета — кобальтово-синего, под цвет глаз Грэя. Их платья также сочетались с галстуками-бабочками жениха и его шафера.
Брат Грэя, Ной, стоял рядом с ним, но я лишь мельком взглянула на него, прежде чем перевести глаза на будущего мужа.
Я никогда не забуду, как он выглядел в своем смокинге, и не только потому, что он был чертовски сексуален, но и из-за выражения его глаз, когда он смотрел, как мой брат ведет меня к алтарю.
Несколько лет назад я видела, как Киллиан влюбился в Скайлар Финч, и как бы я ни была счастлива за них обоих, мне было грустно за себя, потому что я никогда не верила, что найду мужчину, который будет смотреть на меня так, как Киллиан смотрел на Скайлар.
Но судьба улыбнулась мне, когда я решила отправиться в поездку, о которой даже не помышляла — на лыжах!
Надев лыжи, я опрокинула Грэя на задницу, в буквальном смысле, а всего через несколько часов, по его словам, я сделала это в туфлях на каблуках, только на этот раз в переносном смысле. Эмоционально.
Грэй не смотрел на меня так, как Киллиан смотрел на Скайлар. Он не мог. Их любовь была их, а наша — наша. Он смотрел на меня по-другому, но это заставляло меня чувствовать то, что, как я надеялась, чувствовала Скайлар, когда Киллиан смотрел на нее.
Я почувствовала себя единственной женщиной в мире, на которую стоит обратить внимание.
Мне казалось, что я — весь мир Грэя.
Я чувствовала себя так, потому что я действительно была всем его миром.
И он был моим.
Киллиан едва успел довести нас до конца прохода, как Грэй шагнул вперед и нетерпеливо притянул меня к себе. Мой брат закатил глаза, я тихонько засмеялась
Мне пришлось протянуть свой букет Скайлар, не поворачиваясь к ней, потому что Грэй не отпускал меня. И когда мы произносили клятвы перед друзьями и семьей в зале, куда я вошла больше года назад и поймала сердце Грэя, даже не сказав ни слова, я знала, что он никогда меня и не отпустит.
* * * *
— Грэй, куда мы идем? — Рассмеялась я, практически бегом поспевая за ним, крепко сжимая в свободной руке юбку свадебного платья.
Он не ответил.
— Грэй? Нам нужно сделать фотографии и пообщаться с гостями, пока зал для церемонии превращается в столовую!
Внезапно он остановился, прижав меня к себе.
— Грэй!
Он оскалился в лукавой ухмылке и протянул ключ от номера к двери, перед которой мы остановились.
Это был мой старый номер. Номер, который мы забронировали для нашей брачной ночи.
— Грэй, нет! — Но было уже поздно.
Меня втащили в номер, и дверь захлопнулась за нами. Мой муж прижал меня к себе и выжал из меня всю душу, пока я пыталась протестовать. Это была слабая попытка, и он знал это, принимаясь шарить под юбками.
— Мы не должны этого делать. Потом, — стонала я между поцелуями. — Гости, Грэй.
— Ангел, ты хочешь, чтобы я изобразил дерево на наших свадебных фотографиях?
— Не-а.
— Я так и думал, — пробормотал он, осыпая поцелуями мою шею и спуская под платьем трусики. — И единственный способ решить эту проблему — трахнуть мою жену, — прорычал он. — Мою жену. Господи, как хорошо звучит.
Очевидно, очень хорошо, потому что наш первый раз в качестве мужа и жены произошел прямо здесь, у стены, в том же самом месте, где мы впервые занялись сексом.
Мне очень нравилась символичность нашей свадьбы.
Покраснев, когда Грэй помог мне привести себя в порядок, я покачала головой.
— Все узнают, куда мы пошли и зачем.
Он пожал плечами и взял меня за руку и вывел из номера.
— Кому какое дело? Пусть знают. Знаешь, что я знаю?
— Что? — спросила я, и он притянул меня к себе.
— То, что у нас есть — чертовски прекрасно. Никогда в жизни я не думал, что буду любить, нуждаться или хотеть свою жену так сильно, как люблю, нуждаюсь и хочу тебя. Тебе долгое время не везло, ангел, но это никогда не мешало тебе рисковать. Ты сыграла со мной, когда пообещала, что будешь держаться. И ты должна знать, что я позабочусь о том, чтобы эта авантюра окупилась и приносила хорошие плоды каждый день до конца твоей жизни.
Я скользнула рукой по его груди и погладила щеку.
— Ты должен был сказать это в своих клятвах.
— Нет. Никто, кроме тебя, этого не понимает. — Он поцеловал меня, не опуская голову, поскольку я была на пятидюймовых каблуках. Неудивительно, что из-за того, что наши эмоции были очень сильными, поцелуй получился голодным.
— О, ради всего святого! — Голос брата прервал нас, и мы отпрянули друг от друга, обнаружив, что он стоит впереди, скрестив руки на груди. Он пристально смотрел на Грэя. — Ты не мог бы убрать руки от моей маленькой сестренки, чтобы дать фотографу сделать нужные снимки?
Грэй ухмыльнулся
— Моя жена.
— Прости?
— Моя жена.
— Понимаю, — нахмурился Киллиан, — но она все еще моя младшая сестра.
— Только не тогда, когда мой язык у нее во рту, — с немалой долей самодовольства ответил Грэй.
Я рассмеялась, увидев обиженное выражение лица Киллиана, затем взяла его за руку и повела нас троих обратно к гостям и фотографу.
— Ты сам нарвался, Килл.
Он хмыкнул, но выражение его лица смягчилось.
— Ты выглядишь счастливой.