Самый тяжелый наркотик (СИ)

Юн-Джин опасался заходить ко мне в комнату без сопровождения неуязвимого адмирала. По его словам, после нашего с ним предыдущего контакта ему стали сниться навязчивые кошмары с моим непосредственным участием в главной роли. Поэтому спустя несколько невероятно долгих часов, когда наступило время обеда, рогатый мужчина просунул мне поднос с едой через специальное отверстие и, находясь за стеной, пожелал приятного аппетита.
Взяв в руки плоскую поверхность с многочисленными емкостями на ней, я гневно поинтересовалась:
- Почему здесь нет ножа, или его использование не полагается для блюд рыбной гастрономии?! Я также не собираюсь есть пластиковыми столовыми приборами, неужели вы мне их дали, потому что считаете, будто металлической вилкой я способна проткнуть себе сонную артерию?! - пришла я в ярость, потому как отрицала свою попытку самоубийства, совершенную в невменяемом из-за отсутствия наркотиков состоянии.
В моей голове была создана вымышленная альтернативная реальность, и данные обстоятельства входили в конфликт с моей новой действительностью.
- Я бы дал тебе нормальные приборы и поверил в твое благоразумие, но ведь ты прекрасно знаешь, где эта чертова артерия находится! - услышала я голос невидимого собеседника.
Резко подойдя к непроницаемому стеклу, я ударила маленьким кулаком по разделявшей нас преграде.
- Ненавижу, слышишь?! Я тебя ненавижу, Каерин, и сомневаюсь в том, что кто-либо способен делать это сильнее меня!
На зеркальной поверхности отобразилось осунувшееся лицо незнакомой девушки, и только по оригинальному цвету волос мне удалось с содроганием узнать в ней себя.
- Я ведь все делаю правильно, пытаюсь спасти тебя, почему же мне настолько невыносимо наблюдать за твоими мучениями? - судорожно вздохнул адмирал. - Мой друг является высококвалифицированным специалистом, чьи заслуги неоднократно отмечал имперский военный совет, и я убежден, что он сможет тебе помочь.
- А кто вылечит тебя, Каерин, ведь твоя зависимость еще страшнее моей?
- Мои руки не дрожат, когда тянутся за сильнодействующими психотропными препаратами.
- Все обстоит намного хуже, не правда ли?
Выдержав паузу, собеседник чистосердечно признался:
- Во сто крат.
- Мне необходимо, чтобы ты отдал мои записи, потому что твои собственнические замашки и альтруистические настроения превращают мою жизнь в кошмарное видение.
- Я не настолько страшный и ужасный беспринципный сатрап, как обо мне ходят слухи на просторах вселенной, - раздраженно ответил Каерин. - Близкие находят меня очень консервативным.
- Если бы ты сказал, что являешься роботом-пришельцем из будущего, призванным уничтожить вселенную с помощью абсолютного оружия, то это бы прозвучало куда более правдоподобно.
- У тебя было слишком мало времени для того, чтобы узнать меня.
- За короткий промежуток времени я успела познакомиться со всеми отрицательными чертами твоего прескверного характера!
- Однажды ты горячо поблагодаришь меня за то, что я подверг тебя принудительному лечению и тем самым спас твою жизнь.
- Может быть, ты и услышишь от меня 'спасибо', но только в том случае, если я после данного издевательства выживу!
- Минам, я настаиваю на том, чтобы ты прекратила, наконец, оказывать бессмысленное сопротивление и начала выполнять указания Юн-Джинна! Перестань, в конце концов, его пугать, он боится тебя больше, чем ядерного взрыва. Сделай то, о чем я говорю, потому что иначе мне придется действовать насильно.
Авторитет адмирала давил тысячетонной тяжестью, и я была вынуждена сдаться:
- С тобой опасно спорить, Каерин.
- Рад, что в твоих словах появился намек на здравомыслие.
- У меня будет всего одно пожелание, - сдалась я. - Я хочу, чтобы во время проведения надо мной эксперимента ты не присутствовал лично и ни при каких обстоятельствах не появлялся в лаборатории.
- Я боюсь даже предположить причину столь странного требования.
- Требования? - не смогла я сдержать иронии, учитывая свое незавидное положение. - Это всего лишь жалкая просьба.
 
Каерин согласился на данное условие с учетом моего образцового поведения. Он также сообщил о том, что Юн-Джину удалось разработать нестандартный способ лечения, обещавший меня чудесным образом исцелить. Я не хотела его больше слушать и потому бесцеремонно напомнила о том, что на верхнем уровне корабля его нетерпеливо ожидали многочисленные подчиненные.
Юн-Джин уложил меня на хирургический стол, и я даже безропотно позволила себя на нем обездвижить. Эскулап параллельно вдохновенно рассказывал о разработанном специально для меня оригинальном способе лечения. Он вдавался в мельчайшие детали, и, когда в моем мозгу воссоздалась полная картина того, что именно он собирался со мной сделать, то у меня от ужаса зашевелились волосы на голове.
- Я уже проводила над собой похожий эксперимент, результат он дал временный и непродолжительный, в то время как боль, испытанная мной в процессе, была в стократ сильнее обычной!
- При его проведении я буду использовать специальных угрей, ареалом обитания которых является одна из закрытых планет. Сила их тока на порядок выше аналогов, что повысит вероятность благоприятного исхода в несколько раз, - убежденно произнес мужчина в белом халате.
- В этом-то вся и проблема! Из-за увеличения напряжения боль возрастет прямо пропорционально и побьет все немыслимые рекорды!
Я попыталась предпринять хотя бы что-то, но не смогла пошевелить даже пальцем.
- Минам, я тщательно проработал каждую деталь опыта, и любые неточности имеют чрезвычайно малую величину вероятности.
- Досконально и кропотливо изучи мою проклятую генную карту, Юн-Джин! Побочным эффектом проведенного мною эксперимента стала непереносимость большей части медикаментов на клеточном уровне! - яростно воскликнула я.
- Образовательный уровень в удаленных секторах оставляет желать лучшего, и Земной Союз не является исключением, - пренебрежительно поджал губы мужчина в белом халате. - Ваша медицина недостаточно прогрессивна, знания выборочны и скудны, а методы работы в принципе убоги, поэтому я не уверен, Минам, что на твои выводы можно полагаться в данном вопросе.
- Вероятно, тот, кто выдал тебе медицинскую лицензию, чрезвычайно сильно разочаровался в людях, раз позволил заниматься лечением подобному тебе эскулапу с ярко выраженными садистскими наклонностями!
- Я тебя пытаюсь исцелить после всего, что ты с собой сделала, имей ко мне хотя бы какое-нибудь уважение! - не сдержался собеседник. - Этот эксперимент необходим для твоего же блага, и будет лучше, если ты перестанешь сопротивляться, потому что твое неповиновение в первую очередь навредит тебе самой.
Я успела лишь запоздало выкрикнуть "Нет!", после чего язык, став ватным, отказался меня слушаться. Я шокированным взглядом наблюдала за манипуляциями эскулапа, после чего меня пронзила очень сильная боль, словно меня живьем выворачивали наизнанку и тщательно дробили все две сотни костей, вплоть до слуховых. Несмотря на хаотичные действия запаниковавшего врача, ситуация вышла из-под контроля, и я, кажется, закричала. Я не соображала ничего, ни кто я, ни где находилась, для меня существовала только пульсирующая безумная агония, в которой, словно в вулканической лаве, я сгорала целиком и без остатка.
Я сомневалась в том, что переживу данную ошибку в расчетах Юн-Джина, однако мой организм оказался намного живучее, чем хотелось бы. Я забылась тревожным сном после того, как смогла нормально дышать, а, когда покинула объятья Морфея и пошевелилась, высвободившись из душного кокона, почувствовала, как моих пальцев коснулись чужие губы, а запястье обожгло горячее дыхание.
 
О сне у меня остались лишь приятные воспоминания, я резко распахнула глаза, и первым, что увидела, стал анатомически идеальный мужской подбородок. Медленно и осторожно подняв непричесанную голову вверх, я наткнулась на внимательный, всепоглощающий ярко-бирюзовый немигающий взгляд. Как оказалось, я лежала почти целиком на Каерине, вместо подушки использовала его широкую грудь и одной ногой обнимала бедро. Это была самая большая черная дыра во всем бракованном космосе! Я попыталась дернуться, но ариец не позволил мне сдвинуться с места ни на один сантиметр.