Самый тяжелый наркотик (СИ)

Ариец напрягся, словно натянутая тетива, и, не решившись сделать по направлению меня хотя бы один шаг, протянул вперед руку.
- Минам, пожалуйста, опусти оружие, ведь оно может действительно выстрелить, - спокойным голосом, совершенно не вязавшимся с бурей эмоций в его глазах, попросил Каерин.
- Я не хочу больше чувствовать, потому что это слишком больно.
- Чего ты добиваешься, Минам? - несдержанно произнес ариец. - Если ты хочешь, чтобы я осознал свою зависимость от тебя, сумасшедшей, чрезвычайно уязвимой, несмотря на сверхъестественные способности, и упрямой землянки, то ты опоздала. Я в полной мере понял это задолго до сегодняшнего дня и не могу сказать, что с тех пор моя жизнь стала радостнее, скорее наоборот, ты делаешь все, чтобы она была еще более невыносимой.
- Я лишь хочу совершить то, что должен был сделать ты, и что положит конец данному нелепому театру абсурда.
- Минам, сейчас тебя обуревают сильные эмоции, ты не можешь мыслить трезво и отвечать за свои поступки. Нам с тобой следует спокойно поговорить, и я уверен, что мы сможем прийти к взаимовыгодному соглашению.
- Я не заключаю сделок с Дьяволом!
- Не нужно преувеличивать мои заслуги, сравнивая меня с безнравственным высшим олицетворением зла из земных религиозных учений.
- Согласно ним у Дьявола нет сердца, так же как и у тебя, - перестала контролировать себя я.
- Может быть, ты забыла вшить его в мою грудь, когда совершала надо мной свой безумный эксперимент? - продолжил выводить меня из себя собеседник.
- Безумие является всего лишь одной из граней гениальности.
- Вряд ли в твоем эксперименте по воскрешению из мертвых тебе помогал Бог, Минам!
Ведя диалог на повышенных тонах, я не обращала никакого внимания на многочисленных подчиненных, застывших в шоке на заднем плане. Когда ко мне попытался приблизиться один из арийцев в форме, я перенаправила пистолет на новое действующее лицо, и это стало моей фатальной ошибкой.
- Если ты подойдешь ко мне еще хотя бы на один шаг, я тебя убью, и ты даже не представляешь, как мне хочется, чтобы ты дал мне для этого повод, - сказала я, в то время как мои руки дрожали, и незнакомый широкоплечий ариец, скорее всего, опасался того, что я могу выстрелить в него совершенно случайно.
В следующее мгновение у находившегося за моей спиной Каерина почти получилось подлейшим образом меня обездвижить, но мне удалось в последний момент сильно оттолкнуть его стихией в сторону. Вокруг раздались мощные взрывы и полыхнуло пламя - я пыталась выиграть время для того, чтобы завершить начатое, но прекрасные бойцы арийского военно-космического флота заставляли меня постоянно отвлекаться на оборону. Я чувствовала, что держалась на ногах на голом энтузиазме, и, в конце концов, мой истощенный организм без единого грамма наркотиков не выдержал. В разгаре боя я сделала неуклюжее движение и рухнула перед не ожидавшими подобного поворота событий гуманоидами на колени. Обескураженные арийцы на мгновение замерли, в то время как я обессилено растянулась по полу, признавая свое абсолютное поражение, и мое сознание погрузилось в беспросветную тьму.
Я уже не видела, как Каерин сгреб девушку с бирюзовыми волосами в охапку и прижал к себе, забыв о том, что несколькими минутами ранее они дрались, словно самые заклятые враги. Аккуратно повернув ее голову и бережно убрав с неестественно бледного лица разметавшиеся пряди, он попытался привести ее в чувство, но все попытки были напрасны - со стороны она казалась мертвее всех покойников.
- Что с ней? Если кто-то из вас осмелился нарушить мой приказ и в пылу драки причинил ей вред, то я осуществлю самое страшное наказание на корабле и сделаю это с особой жестокостью! - не сдержав эмоций, воскликнул Каерин.
- Нам до этого ужасного создания, несмотря на упорные старания профессиональных бойцов, не удалось дотронуться даже пальцем, - ответил самоубийца.
- Вызовите Юн-Джина, ей срочно необходима медицинская помощь!
- Ничего личного, Каерин, но я бы настоятельно советовал добить ее, пока она не пришла обратно в себя и не разнесла судно на запчасти, - произнес военный. - Оставить это создание на борту означает то же самое, что перевозить неразорвавшийся снаряд, это чистой воды сумасшествие!
 
- Все, кто находится на этом корабле, подчиняются мне, как Богу и судье, и каждого, кто ослушается моего приказа, ожидает в свои радушные объятья открытый космос, - в голосе Каерина прозвучала сталь.
- Я прошу прощения, адмирал, вступать с вами в данную дискуссию было глупо, - уступил подчиненный.
- Рад, что недопонимание между нами в полной мере устранено.
Прежде чем уйти в медицинский блок, светловолосый ариец не забыл напомнить всем заинтересованных лиц о том, что произошедшее попадало под действие пункта о неразглашении. Подобные договора на военных кораблях являлись обыденными, и ни у кого не вызывали удивления. В наступившей тишине он торопливо вышел в уныло-серый коридор, чтобы через несколько минут оказаться в белых до рези в глазах стенах врачебного помещения.
Рогатый мужчина, оперативно переложив тщедушную девушку на специально оборудованный стол и подключив необходимые микропровода, просканировал ее ослабленный организм, и увиденное повергло его в шок.
- Юн-Джин, ответь мне, как квалифицированный специалист, что с ней происходит? - в отчаянии спросил Каерин.
- Она умирает.
- Но ведь ты утверждал, что после лечения в саркофаге опасность миновала, и ее жизни ничего не угрожает?!
- Я сделал поспешное заключение, не взяв в расчет запредельно высокий уровень ее зависимости от наркотиков. У Минам повреждены все органы, наблюдаются многочисленные внутренние кровотечения и это при отсутствии маломальского внешнего воздействия. Ее организм запрограммирован на саморазрушение, и данная задача была успешно запущена.
- Как ее можно спасти? Юн-Джин, я не спрашиваю у тебя, возможно ли это, я лишь хочу знать, каким образом?
- Существует один спорный способ, но ты в самом начале был категорически против его применения, - нахмурился собеседник, не находя иного выхода из сложившейся ситуации.
- Я даю тебе полную свободу действий, Юн-Джин, делай все, что посчитаешь нужным, только заставь ее дышать!
После того, как адмирал кардинально изменил свое мнение насчет запрещенных сильнодействующих веществ, Юн-Джин оперативно нашел необходимую капсулу и впрыснул ее содержимое в подключенную к вене девушки капельницу. Данный метод лечения, к которому он был вынужден прибегнуть вопреки доводам рассудка, рогатый мужчина считал в корне неправильным и неодобрительно бормотал себе по нос:
- Не могу поверить в то, что я, врач с высшим межгалактическим образованием, самолично накачиваю своего пациента наркотиками. За подобное варварство было бы правильно забрать у меня медицинскую лицензию и никогда больше не подпускать к больным, потому что то, что я сейчас делаю, кошмарно.
- Разве можно обвинять тебя в стремлении помочь пациенту?
- Руководствуясь благими намерениями можно не заметить, как окажешься по другую сторону добра, так, как это произошло с Минам. Она зашла слишком далеко, нарушила все возможные границы, и то, что она сотворила с собственным телом - верх безумия.
- Она самая сумасшедшая из всех, с кем мне доводилось когда-либо встречаться, - не стал спорить Каерин. - У нее очень вздорный, совершенно невыносимый и отвратительный характер. В ее непримиримом взгляде сверкает маниакальный блеск, и все ее алогичные умозаключения заставляют меня в раз терять свою хваленую выдержку и, вопреки здравому смыслу и логике, совершать немыслимо дикие поступки. Но в миллионной толпе, на какой бы планете я не находился, мои глаза неизменно выискивают бирюзовую макушку. И с самого утра я пребываю в прескверном расположении духа, срываюсь на подчиненных, и все дела у меня валятся с рук, потому что не могу перестать думать о ней. Наверное, это заразно, и я схожу с ума от одной только мысли о том, что она может убежать от меня слишком далеко, переступив границу в иной мир.