Самый тяжелый наркотик (СИ)

- Я согласен, - неожиданно ответил он. - Но вы, в свою очередь, должны дать слово, что с головы заложницы не упадет ни один бирюзовый волосок.
Сэр Льюис произнес то, что от него ждал Каерин, после чего адмирал, бросив пробиравший до самых костей взгляд на меня, исчез. Я осталась стоять с большими от удивления глазами и потерла шею, размазывая по коже кровь.
- Выйдя на связь с арийцем, вы сами подписали себе смертный приговор. Теперь адмирал, вне всякого сомнения, выследит наш корабль и то, что от него останется, будет называться космическим мусором, - пессимистично заявила я.
- Он никогда нас не найдет, Минам, - самоуверенно ответил человек. - Просторы вселенной безграничны, к тому же, у нас прекрасная маскировка.
- Вы знаете его не настолько хорошо, как я. Он избороздит космические просторы вдоль и поперек, но найдет нас!
- Твоя мнительность поражает, - нахмурился капитан. - Я видел твою медицинскую карту, и в ней в палисаднике психических заболеваний значилась мания преследования, но до этого момента я даже не подозревал, насколько ты не в себе. И этот человек еще лечит у меня на корабле людей!
- Капитан Льюис, вы недальновидный и упрямый осел, еще глупее, чем одноклеточная инфузория туфелька, у которой в принципе мозгов нет! Но у нее, в отличие от вас, есть хотя бы чувство самосохранения.
- Десять нарядов по уборке санитарной зоны! - лицо капитана исказила гримаса гнева. - Это твой первый выговор за несение службы, Минам, и знакомиться с местом отбывания наказания ты начнешь немедленно!
- Так точно, - вытянулась я по стойке. - Разрешите идти?
Мужчина небрежно махнул рукой, отправив меня восвояси, и отвернулся.
- Вызовите дежурного врача, видимо, во время передвижений я повредил повязку на ноге, - приказал тот, кого я назвала ослом, разглядывая красное пятно на своем бедре.
- Вам нужен не врач, а ветеринар, - едва слышно процедила я.
- Двадцать нарядов! - рявкнул капитан с превосходным слухом, в то время как я поспешила покинуть помещение.
Несправедливость наказания поражала меня до глубины души, ведь я, наоборот, пыталась предупредить капитана, чтобы он проявил благоразумие. Молча драя пол и скрипя от злости зубами, я обдумывала план по спасению себя, любимой, от неизбежного столкновения с флотом адмирала Каерина, и ругала капитана Льюиса за то, что он не оставлял мне особого выбора.
Во время занятия физическим трудом в моей голове созрел хладнокровный план. Идеальным вариантом являлся побег со ставшего слишком опасным корабля, но в таком случае сэр Льюис мог активировать браслет на моей руке. Для того чтобы не стать свежим трупом, мне нужно было в первую очередь обезвредить капитана, и я решила, что лучшим вариантом будет, если сэр Льюис заразиться специфической болезнью, очень похожей на одну из разновидностей космической чумы и распространяется насекомыми с одной из завалящих планеток. В моей коллекции как раз присутствовал подобный живой паразит, которого я использовала в своих научных изысканиях.
Зайдя перед ужином в свою каюту, я аккуратно извлекла и поместила в маленькую пробирку необходимое создание, после чего отправилась в общую столовую.
Сэр Льюис сидел в центре большого, заполненного людьми, шумного зала. Остановившись в шаге от человека, я попросила у него прощение:
- Капитан, я хотела извиниться за свои слова. Я не знаю, что на меня нашло, вероятно, сказался стресс, ведь вы использовали меня в качестве заложницы и едва не убили.
- Минам, на капитанском мостике тебе ничего не угрожало, - поморщился собеседник, отложив столовые приборы. - Это было исключительно постановочным представлением для адмирала Акаерин-тана.
- Вы играли очень правдоподобно, - непроизвольно вздрогнула я.
- Твои извинения приняты, Минам, но это ни сколько не отменяет в полной мере заслуженного тобой наказания, - вернулся к ужину Льюис. - Ты хотела что-нибудь еще?
- Да, спасибо за то, что, несмотря на мои... явные недостатки, разрешили мне остаться на корабле, а не выбросили на улицу.
 
- Когда я в первый раз тебя увидел, ты выглядела, словно побитая дворняга. Должен признать, что это было весьма жалкое зрелище, - поморщился капитан. - Вероятно, имперцы уничтожили все, что тебе было дорого, раз ты решилась на подобный поступок.
- Это мой долг перед родиной - защищать ее ценой собственной жизни.
- Весьма похвально, Минам.
- Капитан, я могу вас обнять? - неожиданно спросила я и, пока опешивший человек не опомнился, крепко обхватила его руками.
- Что ты делаешь? - попытался отцепить меня от себя сэр Льюис.
Мне было необходимо время для того, чтобы незаметно достать пробирку, открыть крышку и выпустить паразита, поэтому, пока я водила по спине капитана ладонями, неподалеку послышались свист и ехидное высказывание на тему того, что я собралась посягнуть на честь капитана.
- Немедленно убери от меня свои руки, Минам! - раздраженно воскликнул сэр Льюис.
Я принялась говорить чепуху, в то время как он не выдержал и с силой оттолкнул меня так, что я едва устояла на ногах.
- Не следует больше ко мне приближаться, мне не нужна такая благодарность, - сказал капитан и в повисшей тишине вышел из зала.
- Извращенка, - понеслось мне в след.
Общая столовая погрузилась в привычный гул, и ко мне обратился один из военных, которого я недавно собирала в операционной буквально по частям:
- Я уже давно служу вместе с капитаном, чтобы понять одну вещь: он волк-одиночка, и большой дугой обходит таких девушек, как ты, Минам.
- Каких?
- Тех, к кому боишься прикоснуться. Хрупких, нежных и манящих, словно райский цветок, но способные причинять боль сильнее самого совершенного оружия в мире.
- Никогда раньше не замечали за тобой поэтических наклонностей, - засмеялись его боевые товарищи. - Оказывается, мы тебя чертовски плохо знаем!
- Если бы ты познакомился со мной ближе, то наверняка назвал бы настоящим чудовищем, - поморщилась я.
- У каждого есть свои скелеты в шкафу, - пожал плечами мужчина.
- А у каждого врача - целое личное кладбище.
Остаток вечера я провела в медотсеке. Несмотря на то, что на дежурство заступил мой молодой коллега, я решила составить ему компанию и сидела на кушетке, перебирая пальцами привычные медицинские инструменты.
Худощавый паренек был в белом халате, перчатках, специальной шапочке для волос и противобактериальной маске. Переболев чрезвычайно неприятной заразой, по оплошности подцепив ее от собственного пациента, он начал использовать всевозможные защитные средства. Его меры предосторожности стали доходить до абсурда, и я бы не удивилась, если бы в один прекрасный день он отказался принимать пациента с опасным вирусным заболеванием, что противоречило самой врачебной этике. На корабле мы временно остались вдвоем, из-за проблем со здоровьем старший коллега сошел на одной из сопредельных планет, а нового руководителя медицинской службы к нам еще не перевели.
  
Глава 8. Негостеприимная планета
 
Глубоко за полночь случилось чрезвычайное происшествие: в медотсек поступил капитан с симптомами, похожими на один из подвидов космической чумы. Эта была та болезнь, из-за которой помещали на карантин целые планеты, и состояние моего коллеги, осматривавшего мужчину, было близко к панике. Я с трудом отговорила его от применения наиболее решительных мер, превращавших пациента буквально в овощ и, взяв с горе-врача обещание, что он не станет предпринимать поспешных мер без тщательного обследования, спешно покинула приемный покой.
 
Собрав свои немногочисленные пожитки и без сожаления оставив то, что не являлось предметами первой необходимости, я под покровом ночи пробралась в аварийный отсек. Грубо взломав одну из капсул, я уже не боялась поднять шум и запрыгнула в рассчитанное на короткие перелеты летательное средство. Как я узнала ранее, мы сейчас держали путь вдоль обитаемых планет, классифицировавшихся в глобальной базе, как неблагополучные. У меня особого выбора не было, в каждую следующую минуту наш корабль мог быть настигнут арийцами, и я решительно нажала на кнопку капитуляции.