Всё будет по-моему! Арка 3 (СИ)
Кён отправил своё новенькое оружие семейному зачарователю, чтобы утяжелить его, затем лёг на кровать и закрыл глаза. Замена кожи займёт около двух-трёх дней. Пришло время поднять качество силы, а именно — параметр защиты.
Глава 204
Прошло двое суток.
Сегодня, в шесть часов вечера, запланирована речь короля. Обычно Михаил рассказывает гражданам о важности турнира семей, подводит итоги прошедших четырёх лет правления, а также говорит о планах на будущее, перспективах и главных новостях Железного трона и Розаррио. Событие не столь уж знаменательное, но количество людей обещало быть в разы больше, чем на предыдущих выступлениях. Это связано с тем, что король целых три года не появлялся на публике и ревностно хранил молчание, хотя он — публичная персона. Его дражайшая особа даже не соизволила посетить недавний банкет в честь августейшей семьи. Среди народа ходит множество слухов, порой, очень дурных. Оттого всем так интересно узнать правду. Пусть Михаил сам ответит на очевидный вопрос — почему он перестал выходить на люди?..
Время близилось к назначенному сроку. На центральной площади, вокруг возвышенной платформы, которую контролировали Гранды, собрались десятки тысяч жителей Бостона. Чем выше статус человека или семьи — тем ближе стояли они к платформе, и тем большим авторитетом пользовались. Было лишь одно исключение — Стоуны.
«Стоуны, как вы посмели сегодня здесь появиться?! Бессовестные!» … «Верните Браунам украденные деньги!» … «Ваша грязная ложь о победе на вечеринке никем не забыта! Стефан пытался добиться правды, а вы поступили, будто дикие варвары! Разве такой поступок достоин семьи первого ранга?! Стыд и позор!» … «Уступите первые места Браунам! Они заслуживают быть впереди всех!» … «Обманщики! Уходите прочь!»
Тысячи людей, видя всеобщее настроение, набрались смелости и выкрикивали всё, что думали о Стоунах. Наверное, уже сотни лет не унижали с таким ожесточением семью первого ранга. Дезинформация от Браунов, будущей элиты королевства, возымела потрясающий эффект. Их слова имеют большой вес. Разве они могут обманывать?..
Немногочисленные Стоуны, пришедшие послушать речь короля, успели сильно пожалеть о столь опрометчивом поступке. Они лишь краснели от стыда и опускали взгляды. Обидно знать, что ты прав, не имея возможности доказать это другим. Несправедливо!
Стефан скрестил руки за спиной и, словно кот, вдоволь насытившийся жирной сметаной, довольно улыбался. После недавнего провала, связаного с поимкой Кёна, он был в бешенстве, оттого и распустил слухи о наглом грабеже. На волне презрения к Стоунам новость съели без вопросов. Теперь мужчина, гордо подняв подбородок, пожинал хорошие плоды. Каждый выкрик из толпы, адресованный ненавистной семейке, ласкал слух. Старейшина надеялся, что старик Бай сдохнет от стыда или сляжет с сердечным приступом. Вот он, сладкий вкус мести!
Вдобавок, теперь к Стефану гораздо чаще подходили старейшины других семей и вежливо здоровались. Выяснилось — слух о грабеже выставил мужчину в хорошем свете, дескать, пришёл с добрыми намерениями в логово презренных бандитов. Сей храбрый поступок заслуживает уважения!
Особенно его обрадовала реакция патриарха. Но сейчас Герман почему-то слишком раздражённый и неразговорчивый, вечно хмурится и смотрит на Стоунов исподлобья.
Рядом со Стефаном стоял Киян — его старший сын, многообещающий топ-2 Браунов молодого поколения. Юноша буквально лучился тщеславием, нацепив на лицо высокомерную улыбку. Такому поведению поспособствовали сотни почтительных взглядов. Он уважал отца за острый ум и умение плести интриги. Теперь с него окончательно сошло унижение, коим он обязан тупому младшему братцу.
Цаян же, трусливо потупив взор, молча стоял рядом. Его мало волновали Стоуны. Охваченный ненавистью, исходящей от отца, старшего брата и сродников из золотой молодёжи, он жаждал отомстить Кёну. Однако теперь этот ублюдок — неприкосновенный внук патриарха. Печально, когда жизнь настроена против тебя…
На платформу вышел патриарх Бай, облачённый в строгую одежду, напоминающую военную униформу. Короткие седые волосы и усталый вид говорили о тяжкой судьбе, однако пронзительный взгляд соответствовал генералу.
Ранее он договорился с представителем Грандов о небольшой речи от лица Стоунов. Так как Бай является главой семьи первого ранга, ему дали пять минут, ибо до выступления короля ещё есть время.
«Какого чёрта он делает?!» — потрясённо спросил Герман у Стефана, пронзая взглядом ненавистного патриарха Стоунов.
Изумлённая толпа быстро стихла и сосредоточилась на Бае. Как он посмел выйти на публику? Он хочет усугубить положение своей жалкой семьи?!
Атмосфера накалилась, нагнетая обстановку. Однако пожилой мужчина был совершенно спокоен, будто гордый орёл перед стадом диких кроликов. Он заговорил громко и размеренно, дабы каждый услышал:
«Уважаемые жители Бостона! Совсем скоро пройдёт турнир семей, на котором изменятся власть имущие королевства. Большинство из вас возлагает надежды на Браунов: достойное, праведное и великое семейство. Я хочу внести ложку дёгтя в бочку мёда и поведать вам о настоящей натуре будущих лидеров.», — он сделал паузу.
Зрители озадаченно переглядывались. Пошли первые смешки, перерастающие в громкий хохот. Повсюду разносились колкие комментарии и выкрики, принижающие Стоунов. Всем было забавно смотреть на старика, возжелавшего возвысить свою семью, опорочив другую. Неужели он надеется кого-то переубедить? Дряхлый маразматик, ему давно пора на пенсию! Как он посмел выступить там, где через несколько минут будет стоять король Михаил?!
«Что он задумал?» — нахмурившись, спросил Герман у Стефана.
«Я не знаю…» — у старейшины появилось дурное предчувствие. Прошлый спектакль от Бая был показательным… Старик далеко не идиот, у него явно имеется парочка козырей.
Бай, дождавшись некоторого затишья, продолжил:
«Я не собираюсь убеждать вас словами. Ибо они пустое место, когда нет существенных доказательств. Лучше я всё вам покажу.», — он указал рукой в тёмное вечернее небо, а из нефрита, находящегося в его ладони, полился белый свет, который на высоте в сотню метров сформировал яркий экран.
Бай использовал свою энергию, чтобы транслировать запись нефрита в небо. А дабы улучшить слышимость, он поставил его рядом с нефритом усиления звука.
Десятки тысяч людей стали свидетелями общения Стефана с Баем в кабинете патриарха. Они не особо удивились спецэффектам — подобные формации нередко используются во время грандиозных событий. К тому же, их невозможно подделать.
Сразу все затихли, желая услышать подробности.
Патриарх Герман с каменным лицом медленно повернулся к Стефану и посмотрел на него с немым вопросом.
Старейшина вздрогнул и побледнел. Сердце словно остановилось. Старый плут Бай оказался на шаг впереди! Стефан и помыслить не мог, что их разговор записывают!
Герман хотел было выкрикнуть «почему мы должны тратить время на всякие бредни?!», но передумал — лучше не тревожить заинтересованную толпу. Прервав запись, он вызовет лишь массовые подозрения, тем самым испортив имидж своей семьи. Вряд ли его старейшина Стефан мог наговорить много ерунды в кабинете Бая.
Трансляция длилась несколько минут. Настроение масс стремительно менялось. Многие челюсти подверглись силе гравитации. Зрители были потрясены до глубины души. Им словно прочистили глаза, и они впервые увидели правду.
Из записи всем стало очевидно, что Стоуны вовсе не лгали про победу Кёна на вечеринке. Этому есть по крайней мере два подтверждения — парень является внуком Бая, ну и, что гораздо важнее, Цаян потерял сознание от страха, когда ему дали волю поймать Кёна! И это-то с преимуществом в область!
«И что вы хотели нам этим сказать?!» — с нарочито спокойным видом спросил Герман. Однако его лицо предательски покраснело от ярости.
Стоящий рядом Стефан дрожал, как мокрый пёс. Его лицо посинело. Теперь патриарх сделает из него котлету! Это катастрофа… Мужчина хотел плеваться кровью. Его должности пришёл конец!