Всё будет по-моему! Арка 3 (СИ)
Теперь лицо Чарли напоминало первоклассную отбивную: рожа вздутая, глаза заплыли под пухлыми, больше напоминающими шишки, фингалами, зубы отсутствовали либо остались лишь их осколки, нос впал куда-то внутрь… Вся это шедевральное творение талантливого палача было щедро сдобрено брызгами и подтеками слюны и крови.
Романов испытывал животный страх перед этой девушкой с ангельски очаровательной внешностью. Он боялся её хуже смерти! Если бы было возможно отмотать время вспять, то он ни за какие пряники не стал бы с ней связываться!
Юнона встала в полный рост и зловеще улыбнулась. В её руке вспыхнула яркая пульсирующая мощью сфера. Сама смерть нависла над Романовым.
Некогда красивый парень содрогнулся, как рыба на сковороде, из его искореженного рта выходило лишь жалкое мычание и влажное бульканье, видимо, подобие мольбы о пощаде. Он не видел, но слышал и чувствовал приближающуюся опасность.
Чарли дрожащей рукой поднял большой палец.
Юнона недовольно протянула. — «О-о-о, ты решил меня похвалить за хороший бой? Очень мило с твоей стороны… Особенно учитывая, что недавно ты чуть не размазал мою голову тем огромным молотком! Сдохни!»
Девушка, ни секунды не колеблясь, легким движением руки взорвала голову Чарли своей техникой. Его мозги разлетелись по всей арене. Вылетевшие глазные яблоки лопнули, ударившись о защитный барьер. Вот так бесславно пал великий по меркам Романовых гений. Долго потом еще судачили о том, что стало главной причиной его поражения. Неосмотрительность и глупость? Излишняя самоуверенность? Нет, всё не то. Он просто перешел дорогу Юноне. А это, как позже всем стало известно, ничем хорошим не заканчивается.
Глава 251
Долгий и изматывающий бой, наконец, завершился.
Вся арена пребывала в глубочайшем изумлении, а семейство Романовых в трауре. Многие рыдали, скорбя, другие сжимали кулаки и скрипели зубами, ненавидя Юнону, желая высказать ей всё, что думают о её поступке, но не смели, потому что сердцем знали, что Чарли сражался в полную силу, хотя и до последнего отказывался признать правду. Особенно обескураживает молот, использованный против безоружной девушки. Даже если они начнут возмущаться и попытаются привлечь её к ответственности, все остальные граждане встанут на сторону победителя, что свойственно любому человеку…
Ноги и руки Юноны налились свинцом. Она смыла водой выделения покойника с рук и устало поплелась к платформе Стоунов. Ей очень хотелось покупаться в лучах славы да помахать людям с радостной улыбкой на лице, но тот удар в рёбра вовсе не прошёл бесследно…
Как только Чарли умер, созданный им песок, покрывающий арену толстым слоем, довольно быстро исчез. Тот, который забился Юноне в ботинки и волосы, попавший под кофту, штаны и даже в нижнее бельё, вызывающий дичайшее раздражение и дискомфорт, тоже развеялся. Пожалуй, стоило его прикончить только ради избавления от этого поганого чувства.
Молчание нарушил сигнал судьи, объявивший победителя. На ярком экране вверху арены, возле барьера, за которым буйствовала настоящая буря, а небо расчерчивали вспышки молний, крупными золотистыми буквами высветилось рядом с гербом Стоунов имя «Юнона». В списке таблицы Стоунов осталось всего 2 участника, один из которых некий Кён, о котором ходили самые разнообразные, зачастую явно приукрашенные слухи, но которого никто на поверку не видел и не слышал.
Большая часть зрителей встала, громко зааплодировала и что-то одобрительно голосила в честь победы девушки. Количество её фанатов увеличивалось в геометрической прогрессии. Её победа была чем-то из ряда вон выходящим! Убийства на турнире довольно редкое явление, тем более столь захватывающее, как взрыв головы! Отныне Юнону во всём королевстве будут вспоминать не иначе как «безжалостный ангел Стоунов».
Как только барьер сняли, Бай и Диана тут же метнулись к своей девочке и с нескрываемой нежностью и заботой крепко её обняли.
«М-моя малютка, ты жива! Ты цела! Я так рад, я молился за тебя всем известным богам! Я думал, что тебя покалечат или того хуже! Я чуть не умер от горя! Боже, я так счастлив… Счастлив…» — патриарх разрыдался, гладя внучку по волосам дрожащей рукой. В какой-то момент ему даже показалось, что её серьёзно ранили…
«Доченька, ты просто невероятна! Я горжусь тобой!» — глаза Дианы тоже были на мокром месте, но не от волнения и беспокойства, как у отца, а от гордости и счастья. — «Почему же ты скрывала от всех свой талант? Если бы только я или дедушка знали раньше…»
«Дайте мне лечебную медицину. А то меня беспокоит парочка ушибов на руках.» — тихо попросила Юнона, выдавив из себя улыбку.
Вернувшись на платформу, она наткнулась на фанатичные взгляды сродников.
Уже бывший топ-1 Ли упал перед ней на колено и отдал дань уважения. Юная госпожа одолела того, кто победил его с одной пощёчины! Стефания, ещё недавно воспринимавшая госпожу, как ничтожную слабачку, сейчас превозносила её.
Бай, расстроенно качая головой, обрабатывал кровавые ссадины и царапины, виднеющиеся из-под разорванных участков одежды… Диана аккуратно расчёсывала растрёпанные, слипшиеся в колтуны волосы… Бо принёс воды… Юнону обхаживали со всех сторон, как принцессу. Для неё это было новое, но чертовски приятное чувство.
Когда дедушка попросил снять кофту, мисс отказалась, сославшись на то, что стесняется. Бай предложил покинуть турнир, наплевав на штраф, но Юнона вновь уверенно покачала головой:
«Дедушка, я сразу же сдамся в начале следующего боя. Уж пару минуточек дотерплю.»
«Пообещай…» — взмолился Бай.
«Обещаю…» — Юнона виновато отвела взгляд.
Тем временем шум на трибунах и не думал стихать. Сотни тысяч людей продолжали кричать и аплодировать! За редким исключением, вроде всех Романовых, а их патриарх держался за голову, с отчаянным видом что-то невнятно бормотал себе под нос.
Патриархи, заключившие сделку с братством толстяков, задыхались и тянулись за таблетками. Ну хорошо, теперь понятно, на что уповали безумцы, заключившие с ними сделку. Дурачьё! Девушка уже измотана, а у Браунов есть Киян и Тимофей, и они куда сильнее слюнтяя Чарли! У неё нет ни шанса. Ни шанса…
Кара стёрла с глаз подступающие слёзы. Её щёки залились краской, как у впервые влюбившейся школьницы. Ей до зуда внизу живота нравился характер Юноны — хитрая обманщица, притворщица, манипуляторша, да еще и безжалостная к парням, проявляющим к ней интерес! Идеальная! В довершение, знает 4 стихии, как и Эльза! И более того, она побила рекорд старшей сестры вдвое! — смогла победить противника на целых 8 ступеней выше!
Посланницы сект, узнав, что девушка обладает четырьмя стихиями, то есть является великим гением, не спускали с неё алчных взглядов.
Имперский посланник Фернанд тоже заинтересовался талантливой, но своенравной девушкой. В чём секрет её силы? Высокая чистота ключа? В любом случае таким одарённым особам самое место в ордене — лучшей школе империи. Если она согласится, то ей не придётся проходить суровый вступительный экзамен, который даётся только избранным. Например, тот же Чарли не прошёл бы, потому что его развитие и возраст, по меркам ордена, весьма посредственны.
Решение имперского посланника ознаменовало успех в плане Кёна «сбагрить вредину куда подальше». Чарли оказался идеальным противником, который любезно раскрыл и продемонстрировал невообразимый потенциал Юноны Фернанду. Теперь её несомненно пригласят в орден, в место, куда из всех участников турнира мог бы надеяться попасть только Тимофей.
Гениальный представитель Браунов тем временем рисковал окончательно сломать многострадальные перила платформы. Его глаза горели желанием заполучить эту талантливую особу. Пожалуй, для рабыни она слишком хороша, а вот для наложницы — в самый раз!
«Отец, бросай вызов Стоунам. Я хочу с ней сразиться.» — решительно потребовал Тимофей.
Патриарх Герман широко улыбнулся в ответ. — «Твоя воля для меня закон, сынок!» — и, не дожидаясь стихания несмолкающих аплодисментов, объявил первый вызов Стоунам.