Всё будет по-моему! Арка 3 (СИ)
«А я ненавижу!» — и с силой заехала разбойнику в колено, с хрустом вывернув его в обратную сторону.
«АА-АА-А-АА-АА!» — мужчина настолько перепугался реакции девушки и невыносимой боли в ноге, что сразу отключился.
«Ой, сразу сломался…» — разочарованно пробормотала Юнона, подошла почти вплотную и четко рассчитанными ударами кулака выбила все зубы любителя домашних животных.
Несколько разбойников от страха потеряли сознание. Девочка — демон! Она испытывает счастье от мук других! Она на их глазах дала бедняге ложную надежду и разрушила её! Она и бессознательного в покое не оставила!
Кён зябко передёрнул плечами, боясь подходить ближе — вдруг ещё от нее заразится?!
{Фух… Как хорошо, что Юнона в первые дни нашего знакомства избивала меня не так жестоко… Хотя, как только я увидел её голое тело в источнике, моя участь была похожей… Она действительно ценит свою невинность!}
Глава 155
Парень, чувствуя, как негативные эмоции зашкаливают в воздухе, приступил к первому эксперименту. Он прошёлся по округе в расчёте собрать урожай. Но чёрная половина ядра никоим образом не реагировала. Как бы он не старался — ничего.
Кён сделал вывод, что эмоции имеют «направленность». Каким-то неведомым образом у каждой выпущенной эмоции, кажется, есть свой «адресат», на которого они и направлены.
{Ясно… Походы в цирк или к палачу явно не помогут.}
Кён приступил к эксперименту номер два — подошёл к главному разбойнику с опухшим лицом и присел рядом с ним на корточки, а затем, чеканя слова в духе ретивого сержанта, проводящего допрос, поинтересовался:
«Имя?»
Главарь посмотрел на юношу, как на возможного спасителя.
«Я Гуймин! Спаси меня! Спаси, пожалуйста! Я скажу тебе полезную информацию! Я… Я проведу тебя к нашему кладу! У меня есть деньги, прошу!»
«Нет, я тебя не спасу. Отнюдь, я попрошу свою ученицу пытать тебя подольше и со всей присущей ей изощрённостью, а всё потому, что ты мне не нравишься!» — злобно ответил Кён.
«Нет! Не-е-е-ет, парень, умоляю! УМОЛЯЮ!»
Кён нахмурился. Ядро никак не реагирует. А ведь на сей раз инициатором был он.
{Какие можно сделать выводы? Слабые эмоции? Нет… Точно нет. Сейчас они очень сильные, и Гуймин знает, что я — учитель этого демонёнка, следовательно, эмоции должны возыметь адресата в моем лице! Но… Может, нужно убедить не его разум, а душу?}
Встал вопрос — как задать эмоциям направление? Как убедить душу в том, что адресатом всех эмоций должен быть он? Душа опирается на мозг, но мозг уже убеждён! Тогда почему эмоции не идут в ядро?!
Мастера говорили Кёну не искать трудности там, где их нет. Однако сейчас всё прямо-таки напрашивается на вывод, что «без труда не вытащишь и рыбку из пруда».
Пример с Кайзеном был самым быстрым и результативным. Буквально за пару минут Кён задал формат отношений с юношей, затем унизил того перед всеми. И вся его ненависть тотчас устремилась в ядро.
Кён перешёл к эксперименту номер три.
«Шучу. Гуймин, я позволю тебе спастись от рук моей ученицы, но ты должен рассказать мне всё о своей шайке, лидере и организации. Вообще всё, что знаешь. И учти, если я уловлю хотя бы намёк на ложь, то безжалостно отдам на растерзание ей. Приступай.» — он указал пальцем на что-то радостно бормочущую себе под нос девушку, с возбужденным видом выбивающую дух из очередного разбойника.
«Х-хорошо, я всё скажу!» — Гуймин поспешно рассказал всё, что смог в данный момент вспомнить.
В итоге Кён выяснил, что разбойник — шестой брат-лидер из семи. Первый брат — Саурон, самый сильный и властный, глава всего синдиката разбойников. В доказательство своим словам он отдал драгоценное кольцо с цифрой «6».
Гуймин рассказал, как у них всё устроено, как делят территорию по рангам братьев, как отдают Саурону прибыль в обмен на защиту и монополию в городе. Как понял Кён, синдикат организовал не полный идиот, но и от гения далековато. Им не хватает хорошего формацевта, способного пометить всех своих и чужих формациями. Хотя в данных реалиях носить на себе опознавательную формацию опасно — её может учуять сильный практик, каких в сердце королевства достаточно. Тут, конечно, можно поухищряться: например, маскировать их, подделывать под другие маркеры, и так далее, но всё же кто-нибудь, не обделенный властью и мозгами, запросто вскроет формацию и изучит код. Слишком много мороки. Ну а таких формацевтов, как Кён, просто не существует…
В особенности показалась важной информация про регулярные тайные встречи, на которых братья-лидеры отдают огромный процент заработка Саурону. Это Гуймин рассказал сквозь сжатые зубы, тем самым оповестив о её ценности и правдивости.
{Любопытно. Разбойники — раковая опухоль любого королевства, этим можно воспользоваться.} — Кён отметил для себя важную возможность. Он взял у разбойника звукопередатчик, на который рано или поздно позвонит Саурон, и спрятал за пазуху.
«Я могу быть свободен? Я рассказал всё, что знаю! Пожалуйста! Юный господин! Отпустите меня…»
Кён задумчиво потер подбородок.
«Ты кое-где пытался уйти от ответа… Но раз уж я человек добрый, то позволю тебе уйти. Ты свободен.» — он подошёл к Гуймину и начал развязывать путы.
Юнона, увидевшая, как игрушка, которую она оставила напоследок, уходит из-под её носа, подбежала к парню и начала требовательно трясти его за плечи.
«Мастер, вы не можете! Он только мой! Я не позволю вам отпустить его, мастер!»
«Господин, прошу, отпустите меня! Я рассказал вам всё!» — умолял Гуймин в ответ, боясь встретиться взглядом с поехавшей маньячкой.
«Отвянь, мелкая!» — Кён грубо оттолкнул девушку и развязал верёвки. — «Ты свободен.»
«С-спасибо! Спасибо, господин!» — мужчина тут же убежал со всех своих ослабших ног.
«МАСТЕР! В-вы… Вы заслуживаете только моего презрения! Вы действительно отпустили ублюдка, возжелавшего моего тела?! Главу бандитов?!»
{Вот сука, ни одного оборота! Я же знаю, насколько он благодарен мне, но эмоции тупо не находят адресата — моё ядро!} — парень получил ещё одно подтверждение в пользу версии, что все эмоции придётся заслужить тяжким трудом и подготовкой.
«Нет, Юнона, я проверял его реакцию. А теперь догони его и притащи сюда.»
Юнона расцвела, как подсолнух с первыми лучами солнца, и сразу же ринулась в погоню.
Вскоре вдалеке послышался душераздирающий вопль.
Девушка за волосы волочила избитого Гуймина обратно.
Кён приблизился к бледному разбойнику и холодно процедил:
«Знаешь, Гуймин, я передумал. Ты — настоящий кусок дерьма. Юнона, пытай его максимально изощрённо и болезненно, до самой смерти, я разрешаю!»
«Да, мастер!» — ликующе кивнула девушка и, не откладывая, заехала разбойнику в поддых.
«Кхэ-ээ-э-ээ…» — захрипел Гуймин, потеряв весь воздух в лёгких. Надежда потухла, как огонь свечи от порыва ветра. Парень просто обманул его.
И вновь очередной тест Кёна с треском провалился. — {Блядь, да вы издеваетесь?! Целое море эмоций, и не доходит до меня!? Но тут же очевидна моя вина! Почему задать эмоциям адресата так сложно?!}
Не желая смиряться с текущим положением дел, Кён пошёл к разбойникам самолично выбивать из них всё дерьмо. И действительно, сколько бы и как громко не визжали люди — ядро не шевелится!
Кён постепенно подводил себя к единственно верной догадке, от которой появлялась головная боль. Чтобы эмоции, исходящие от существа, возымели «пункт назначения», то есть адресата, — нужно это заслужить!
Таким образом, эмоции от ценных подарков, спасение от опасности в последний момент, внезапные слова благодарности или подкуп — всё это не сработает никоим образом.
Случай с Юноной в иллюзорном мире был исключительным. Он взаимодействовал непосредственно с душой девушки, а не её разумом, поэтому адресат эмоциям был назначен мгновенно, без лишних трудностей. Всё же его задача — убедить душу!
Избиение до полусмерти; жестокие пытки; колкие оскорбления; угроза жизни; необоснованный шантаж, и многое другое, созданное за пару минут, также никак не подействует на ядро. Эмоции не найдут адресата, душа не поверит в правду! А чтобы поверила душа, Кёну придётся не просто пустозвонить или избивать кого-то сразу же и на месте, а основательно испортить этому индивидууму жизнь, объяснить причину пыток и его каверз. Душа должна понять — за что и почему! И только тогда это сработает.