Венец лжи (ЛП)

Я выпрямилась, демонстративно поставив шампанское на стол рядом с таким же пустым бокалом:
— Потом. Я хотела бы посмотреть, что расскажет Ларри, прежде чем ты меня отпугнешь и не дашь разобраться, кто ты на самом деле.
Пенн тихо рассмеялся.
— Элль, он с этим не поможет. Только я.
— Ну, тогда помоги. Расскажи мне. Я ничего о тебе не знаю. В какой школе ты учился? Какими акциями торгуешь? Какое твое любимое хобби, напиток, цвет, время суток? — мой голос превратился в одну бесконечную просьбу. — Мне трудно проводить время с незнакомым мужчиной, довольствуясь крохами информации, полученной в порывах взаимной страсти.
Пенн криво усмехнулся.
— Так ты хочешь сказать, что, ничего обо мне не зная, спать со мной не офигенно, а страшно?
Я кивнула.
— Если слегка утрировать, то да.
Он опустил руку, убрав ее с моего лица.
— Будь осторожна с желаниями, Элль. Иногда секреты помогают, а не вредят.
Опустив взгляд, Пенн задержал его на моей обнаженной шее так, словно смотрел на невидимое ожерелье, затем отвел глаза и, снова взяв себя в руки, повел меня вперед.
Из динамиков лилась легкая классическая музыка с оттенком современности. Она должна была действовать расслабляюще, но я почувствовала в ее нотах нечто зловещее. Смеющаяся толпа ничего не заметила, и я не стала на этом заморачиваться. Что бы ни случилось сегодня вечером, я это приму. Если это означало, что из-за какого-то рокового признания мы с Пенном больше не увидимся, то Земля не перевернется. У меня по-прежнему будет моя компания, отец, мой мир.
Конечно, без Пенна все станет менее пикантным, но я и без него вполне полноценная личность.
«Ты в этом уверена?»
Мое сердце было дурацкой штуковиной. Мои уши слышали ложь Пенна, но сердце она не трогала. Сердце не судило и не вдавалось в расспросы. Оно слепо следовало за симпатией, что делало мои чувства к Пенну удручающе сложными.
Я пошла за ним — тихо и послушно из уважения к тому, что это был его вечер. Вечер, в который он должен раскрыть что-то такое, что я могла бы принять, либо в ужасе убежать. Я была готова и к тому, и к другому, пусть только даст мне ответы.
Первым нас нашел Стьюи.
Из толпы появилась маленькая ладошка, затем рука в сером рукаве с темно-синими полосками. Встав у нас на пути, он ухмыльнулся, не отрывая глаз от Пенна.
— Ну, как тебе?
Пенн резко остановился, потирая пальцами подбородок в притворно серьезном раздумье.
— Хм…
Стьюи купился на это представление, а я смотрела на него с позиции постороннего наблюдателя и еще раз убедилась, сколько же у Пенна разных граней. Он казался жестким и непреклонным, но со Стьюи был шутником, другом и защитником в одном лице.
— Очень мило, — Пенн взглянул на меня. — Что думаешь, Элль? Твой товар уменьшился до размеров Стьюи.
Я наклонилась к Стьюи и потрогала лацкан пиджака, исполняя роль судьи.
— Я думаю, что портные проделали потрясающую работу, но костюм не будет хорошо смотреться на ком попало, — улыбнулась я и выпрямилась. — Это ты носишь костюм, Стьюи, а не он тебя.
Стьюи поморщился.
— Я не понимаю.
Пенн усмехнулся.
— Ей нравится.
— Круто! — Стьюи развернулся на месте. — Ларри сказал, что в следующем месяце я могу надеть его на собеседование в школу. Сказал, что это поможет мне открыть двери, запертые в результате моего прошлого.
Пенн быстро взглянула на меня, затем кивнул.
— Мудрый человек. Но перед тобой будут открыты все двери, даю тебе слово, — Пенн быстро сжал и разжал кулаки. — Кстати о Ларри, не мог бы ты показать нам, где он тусуется?
Стьюи кивнул и бросился вперед.
— Конечно, сюда.
Пенн выразительно приподнял бровь, взял меня за руку, и мы вместе пошли по залу.
Глава тридцать третья
— А я уж думал, когда вы появитесь, — ухмыльнулся Ларри и, когда благодаря Стьюи, мы выбрались из толпы, пожал Пенну руку.
 
Мы прошли через банкетный зал в расположенную в стороне более тихую комнату для переговоров. Здесь собрались мужчины и женщины в своем серебряном великолепии и тихо обсуждали вопросы бизнеса, не предназначенные для чужих ушей.
Сейчас модно опаздывать, — ухмыльнулся Пенн. — Разве не этому ты меня учил?
— Ну не на свое же собственное торжество.
«Постойте, его торжество?»
Я нахмурилась. Мне не терпелось спросить, что это за мероприятие. Почему Пенну пришлось стать номинальным руководителем чего-то, что предполагало такую широкую аудиторию. Но Пенн махнул Ларри, потом указал на меня.
— Ты помнишь Элль?
— Конечно. Идиот, я ведь не слепой, — сказав это с юмором и как-то по-отечески, Ларри наклонился и поцеловал меня в щеку. — Здравствуйте, Элль. Вы восхитительно выглядите.
Я приняла его комплимент, изо всех сил стараясь не краснеть.
— Спасибо. Вы и сами выглядите потрясающе.
Ларри, как и Пенн, был одет в серебристый смокинг, только в более темную версию. Его волосам с сильной проседью идеально шла серебристая гамма. Стьюи оказался единственным, кто своим серым костюмом в полоску нарушал всеобщий стиль «металлик».
Снова раздали шампанское. Пенн взял бокал и, опять приподняв бровь, протянул его мне. Я его приняла, но не сделала ни глотка — в основном, ему на зло.
Неловкость спала.
Я ухватилась за подходящую тему.
— Так Вы сказали, что это торжество Пенна? — я взглянула на мужчин. — Должна признатьcя, что он мне даже не намекнул, что это за мероприятие и, зачем меня сюда привез.
Ларри бросил на Пенна неодобрительный взгляд.
— Так он ничего Вам не сказал? — он улыбнулся. — Тогда позвольте, это сделаю я.
— Ларри, — еле слышно прорычал Пенн. — Не забывай о нашем разговоре.
Ларри от него отмахнулся, взял меня за локоть и повел к бару, подальше от Пенна.
— Это благотворительная акция. Пенн устраивает её каждый год. Он занимается этим с тех пор, как мы начали работать вместе.
— Работать вместе?
Ларри кивнул, будто в этом не было никаких сомнений.
— Я юрист. Моей фирме понадобилась помощь, и Пенн ее предложил. Он умен и остер на язык. Пенн работал со мной по многим делам — даже оказывал содействие в научных исследованиях, когда я заболел. Однако, пока я лечился, обратил свои устремления к фондовому рынку.
В его глазах блеснула гордость.
— Он вложил деньги в копеечные акции маленькой компании. С его удачей все должно было провалиться. Но этого не произошло. Впервые его риск был оправдан, и акции взлетели в одночасье. Полученную прибыль Пенн вложил в эту благотворительную организацию и занимается внутридневной торговлей компаниями, на которые мы подали в суд от имени их жертв.
В его рассказе были неувязки и загадки, которые я не мог разгадать. Мне хотелось сесть в какую-нибудь тихую комнату, где я могла бы записать все сказанное на листках бумаги, перемешать их и выстроить в понятном порядке.
— А какова цель у его благотворительной организации?
Ларри просиял, как счастливый родитель.
— Помощь бездомным детям, конечно.
Я замерла.
Бездомным.
Незнакомец…
Ремешки на моих туфлях впились мне в ноги.
— Что Вы сейчас сказали?
Ларри заметил мою внезапную бледность. Его лицо вытянулось.
— Он Вам еще не рассказал. Так ведь?
Все, на что меня хватило, это покачать головой.
Мне стало плохо.
Хорошо.
Страшно.
Гари посмотрел куда-то мимо меня, и его лицо смягчилось. Я спиной почувствовала приближение человека, который навсегда стал ассоциироваться у меня с душевной болью. Он солгал и отравил мой разум. Скрывал правду и сводил меня с ума. Он вмешался в наш разговор и не дал мне узнать больше.
Ларри наклонился ко мне и прошептал:
— Я скажу Вам только это, а остальное зависит от него. Пенн сам был бездомным. Так он пытается отдать дань прошлому — помочь другим детям, у которых в жизни не лучшие времена.