Место под тенью (СИ)

  
Геннадий Марченко
 
Место под тенью
   
Глава 1
 
– Сыч! Сыч, ты как, живой?
Сыч? Меня сто лет так не звали, со времён моей буйной молодости. Ну не сто, конечно, лет двадцать точно. И голос знакомый. Я бы даже сказал, что это Сева Сосновский, вот только не стало бывшего одноклассника семь лет назад, второй инфаркт из-за пристрастия к алкоголю и избыточного веса, да и голос слишком уж молодой. Такой у него был… Пожалуй, лет тридцать тому назад.
А что вообще происходит? Какие-то крики, мат… И голова, ужасно болит голова. Такое ощущение, словно по ней заехали обрезком металлической трубы, как когда-то по молодости в драке, в начале 90-х.
Я не без труда всё же разлепил веки, и увидел над собой… Снова зажмурился, потому что то, что я увидел, не вписывалось в рамки моего представлении о реальном мире. Либо я попал в какой-то другой мир, возможно, загробный, где встретился с призраками прошлого. Ну а как ещё можно объяснить то, что я увидел над собой лицо именно Севы Сосновского? Молодого Севы, своего ровесника тридцатилетней давности.
– О, вроде живой, – облегчённо выдохнул Сева. – И даже черепушка целая, хотя когда тебя по ней трубой долбанули, я думал, тебе всё, кирдык… Слушай, ну ты отлежись малёха, а я нашим помогу терновских добивать.
Добивать терновских? Что за бред… Ну да, бивали мы их в начале 90-х, когда делили, так сказать, сферы влияния. И как раз тогда, когда забили «стрелку» на пустыре за Терновским рынком, случилась решающая потасовка, в которой я и схлопотал по кумполу обрезком металлической трубы. Удар был подлый, сзади, когда я увлечённо пинал соперника, с которым перед этим махался один на один, и в итоге свалил на землю. Скорее всего у меня было сотрясение головного мозга, потому что, как я помню, меня три дня мутило и шатало, да и в студенческой поликлинике мне поставили аналогичный диагноз.
Снова открыл глаза и попытался приподняться на локте. Удалось, хотя в голове гудело и окружающий пейзаж так и норовил уплыть куда-то в сторону. Вдалеке мельтешили какие-то фигурки, кто-то за кем-то гнался, судя по всему, наши за терновскими.
Кое-как встал на четвереньки, затем, пошатываясь, всё-таки принял вертикальное положение. Потрогал затылок, пальцы нащупали приличных размеров шишку. Всё точь-в-точь, как тогда, в апреле 92-го.
Это что же получается, я каким-то образом оказался в своём собственном прошлом? Но при этом порой до мельчайших подробностей помня свою жизнь вплоть до сентября 2021 года, включая тот момент, когда мне поплохело и я потерял сознание.
А случилось это после того, как я отмудохал своего босса в его же кабинете. Началось же всё с приказа этого борова всем сотрудникам компании вакцинироваться от COVID-19, а когда я сунул ему под нос медотвод, он на моих глазах медленно, со смаком порвал документ на мелкие клочки и выбросил в мусорную корзину.
– Сычин, мне на хер не надо, чтобы из-за одного мудака со сраным медотводом все съе…лись на больничный, – процедил он, навалившись жирной грудью на стол, отчего тот даже сдвинулся вперёд. – Я сказал, вакцинироваться ВСЕМ! Чё на х… непонятно?!
Все последние четыре года, что я работал в этой московской компании по продаже автомобилей, мне приходилось терпеть хамство её директора, Лысова Игоря Петровича. Который, к слову, был на семь лет меня младше, но в его мировоззрении возраст подчинённого не играл никакой роли. Только с главбухом Лилией Витальевной этот хряк под полтора центнера весом общался более-менее учтиво, и то потому, что та приходилась родственницей его жены – на удивление стройной и воспитанной, в отличие от мужа, дамы.
Я пришёл на должность старшего менеджера, имея за плечами пятнадцатилетний опыт в сфере продажи автомобилей. И все эти годы держался под началом Лысова исключительно ради зарплаты, позволяющей вовремя выплачивать ипотеку за однушку в Бирюлёво. И платить-то оставалось всего шесть лет, мог бы промолчать и тупо привиться, невзирая на диабет и сопутствующие заболевания, включая тромбофлебит, но тут меня реально прорвало. И так с утра настроение было ни в Красную армию, а ещё этот ублюдок со своими прививками, к которым я и без того относился с подозрением. У меня двое знакомых, привившись, отбросили коньки, Лёха Макаров и Федя Коноваленко. Если Лёха, получив обе дозы, просто заболел «короной» и с 90 % поражением лёгких помер в больнице, то Фёдор хватанул тромб уже после первой дозы. Причём мог так же получить отвод по медицинским показаниям со своим диабетом, но решил привиться со всей семьёй. Привился…
 
Я же решил, что уж лучше переболею этой дрянью, а может, и вообще пронесёт, нежели самому совать голову в петлю. И теперь этот жирный ублюдок в своём кабинете на втором этаже автосалона мешал меня с дерьмом, как какого-то недоумка. Ну я и не выдержал, вспомнил свою бурную молодость. Схватил его за ослабленный узел галстука, дёрнул на себя и ладонью второй руки резко надавил на затылок, отчего ряха Лысова пришла в жёсткое соприкосновение с поверхностью стола. Отпустил галстук и глядя, как из разбитых носа и губ теперь уже, наверное, бывшего директора капает кровь, спокойно сказал:
– Короче, пидор толстожопый, я увольняюсь. Заявление сейчас напишу.
И пошёл выполнять обещанное, оставив Лысова испуганно-удивлённо таращиться мне вслед. Уверен, подобное с ним если и случалось, то очень давно.
Никто из сотрудников происходившего в директорском кабинете не видел, да и секретарши у него не было, так что никто ничего и не слышал. С бешено бьющимся от всё ещё кипевшей во мне ярости сел за свой стол, взял листок бумаги, ручку и… Тут-то у меня перед глазами всё и поплыло, а дальше меня накрыла тьма.
И вот теперь, получается, мне снова 21? Думал, такое только в книгах бывает, а оказалось, что и в жизни случается. Если это только не бред впавшего в кому человека. И почему апрель, ведь накрыло меня после ссоры с директором в октябре…
Вообще я подобную тематику не очень уважал, хотя фантастику с детства почитывал. Одно дело – космические корабли, неизведанные миры, и совсем другое – попаданец в прошлое, который только и делает, что ворует чужие песни, да ещё автор снабжает его какой-нибудь суперспособностью. Хотя мне медведь ещё при появлении на свет на ухо наступил, и с песнями точно не выгорит, пусть я честно по молодости и пытался научиться играть на гитаре, когда мы старшеклассниками собирались во дворе. Дальше стандартных аккордов дело не пошло. В компьютерах я тоже не большой мастер, дожив до 50 лет, так и остался обычным юзером, так что собрать на коленке мощную вычислительную машину мне тоже не грозит. И что остаётся? Идти уже когда-то проторенной дорожкой? Снова жениться, стать отцом дочки, развестись по причине обоюдной измены, в тридцать лет сорваться уехать в Москву в поисках лучшей доли и мыкаться по съёмным квартирам? Хорошо хоть на свадьбу дочки позвали, а маленького внука вообще только по скайпу видел. Разве это жизнь?
С другой стороны, если бы не встретил Верку, чей отец пристроил меня в свою фирму, может, так и куролесил бы с братвой. Не с этой бригадой, которая после одного ЧП оказалась обезглавленной, так с другой – некоторое из пацанов продолжили «весёлое» ремесло, позволяющее добывать вроде бы лёгкие, но в то же время зачастую омытые кровью деньги. И либо меня после очередной «стрелки» положили бы, либо я, как единицы из моего бывшего окружения, поднялся бы, открыл, к примеру, собственное охранное предприятие. Ну и спился бы в конце концов. А там до инфаркта или инсульта, как опять же случилось с отдельными моими товарищами, рукой подать. Хотя до цирроза быстрее добрался бы, у алкоголиков сосуды спиртом промытые, им инсульты в частности практически не страшны.
Тут меня замутило, и я выблевал на землю остатки завтрака. В той жизни вроде до блевотины не дошло. Вытирая губы рукавом ещё купленной до армии демисезонной куртки, всё-таки устоял на ногах. А мысли потекли в прежнем направлении.