Ты не посмеешь! (СИ)
Развернулся, собираясь идти на помощь попугаю, как вдруг поймал за хвост ускользающую мысль. Ту самую, что царапала, но никак не хотела нормально оформиться в моей голове.
— Вета? — повернулся к девчонке
— Ммм?
— Составь список продуктов и прицепи на холодильник, завтра куплю, — заметил, что девушка собирается спорить и нахмурился. — Даже не начинай, если ты готовишь, то продукты покупаю я. Ясно?
В ответ она кивнула, потом отрицательно замотала головой, а после и вовсе рассмеялась. Чистый, звонкий смех зазвенел на кухне и застал меня врасплох. Не каждый день от звуков обычного, казалось бы, смеха у меня по телу начинают маршировать мурахи. Че-ерт!
— А если готовить будешь ты, тогда продукты покупаю я?
Ах ты ж… Вот хитрая какая. Ладно, провокация засчитывается. Придется отвечать.
— А если готовить буду я, значит, у нас намечается серьезный разговор.
Подмигнув девушке, которая замерла с широко распахнутыми глазами, я наконец-то вышел из кухни. Нельзя мне рядом с малышкой быть больше десяти минут, всякие глупости лезут в голову!
А готовка… Ну, тут такая тема, скользкая. Умею ли я готовить? Да. Люблю ли? Категорически нет. Поэтому делаю это в редких случаях. Нет, себе-то я, конечно, постоянно готовил, но командировка меня расслабила и я в край обленился. А позволять девчонке, любой девчонке, кормить меня за свой счет я точно не намерен.
В комнате Ромка стоял рядом со шкафом и задумчиво чесал макушку. На звук моих шагов он повернулся и вопросительно вскинул брови.
— На кухне колдует, — ответил на невысказанный вопрос, и тут же задал свой: — Ну что, готов поработать?
— Я-то готов, только напомни — на черта тебе это зазор между шкафом и стеной?
— Пррроиски врррагов, — тут же раздалось из-за мебели, и я еле сдержал смех.
— Ну, собственно, куропатка права, это была случайность. Мне попались на редкость рукожопые мебельщики. Приехали, сняли мерки, полчаса тут с рулеткой ползали, а в итоге сделали шкаф, который либо не встает вплотную к стене, либо не собирается с угловым отсеком. Кроме задатка, денег с меня больше не взяли. А мне потом стало лень заказывать новый, да и привык я быстро. Даже удобно использовал образовавшуюся нишу под сушилку для белья и гладильную доску. Но, видимо, кто-то их оттуда вытащил…
Ромка смутился! В первый раз за все время нашего знакомства этот обормот покраснел у меня на глазах. Точнее, покраснел от моего пристального взгляда. Ну ничего ж себе поворот.
— Ты ведь не отстанешь, да? — Ромыч отвернулся к шкафу и пожал плечами. — Диман, правда, ничего плохого я не сделал и, если для тебя это так принципиально, прямо сейчас расскажу, как получилось, что Веталинка живет в твоей квартире. Надеюсь, она нас не услышит.
А уж я-то как надеюсь! Но да, мне почему-то было очень важно знать всю историю этих двоих. И чем скорее, тем лучше!
— Вот я сейчас Иринке позвоню, — начал я говорить, вытаскивая телефон из кармана, — и мы с тобой будем вытаскивать Гошу под твой, несомненно, интересный рассказ.
***За полчаса с помощью крепкого плеча, не менее крепкого слова и тихого перерыкивания, мы таки вызволили попугая из западни. А так всё хорошо начиналось, Иринка согласилась приехать ко мне в гости, чтобы посмотреть птичку. Вета мирно готовила на кухне, а мы с Ромычем принялись освобождать шкаф под его откровенный монолог.
— Тут как все получилось, — в полголоса, чтобы нас не было слышно на кухне, начал свой рассказ Ромка, вытаскивая из шкафа мой чемодан. — Ты уехал, Аленка вся в своей новой семье, ваши родители обживаются в новой роли бабки с дедом, мелкие, как всегда, безобразничают. В общем, жил я у тебя спокойно, без присмотра зоркого ока вашей матушки и любопытного носа твоей сеструхи. Все было тихо, мирно и до работы я добирался по пробкам минимум час. Это, кстати, единственное, что на тот момент омрачало мою беззаботную жизнь, но не так и долго длилось спокойствие.
Ромка тихо выругался, поцарапав палец о шуруп, торчащий с внутренней стороны шкафа — говорил же, жопорукие были мебельщики.
Посмеиваясь над другом, который как маленький пацан, сосал свой пострадавший пальчик, потребовал продолжения, не отвлекаясь на вопли попугая.
— Давай, принцесска, быстрее закончим с попкой, быстрее освобожу тебя. Сказочник фигов, что дальше было?
Ромка, гневно сверкнув на меня глазами, выплюнул свой палец и демонстративно сложил руки на груди. Ух ты, ах ты, какие мы нежные.
— Ой, ну ладно, как только закончишь свой рассказ, я поцелую твою бобо, — посмотрев на него через плечо, нагло подмигнул. — Так устроит?
— Да пошел бы ты, Диман!
Ворча себе под нос о невыносимых друзьях — интересно, кого он имел в виду?! — Роман подхватил отвертку и полез внутрь шкафа. Из-за стенки тут же раздалось:
— Пррривет, сосед!
Гоша тролил моего друга, я ржал, Ромашка — матерился. Отличный вечер!
— Да чтоб тебя! — приложившись головой, друг решил возобновить рассказ: — Короче, спустя два с половиной месяца моя тетка решила, что пришло время продавать свою квартиру. Оказывается, она давно уже подыскивала для себя подходящий вариант рядом с морем, и наконец нашла. Мне она позвонила первому, и я, естественно, схватился за это предложение! Пока договорились по цене, пока оформили все документы, тетка собрала вещи и была такова, а у меня начались горячие деньки. Нужно было работать, в офисе были головняки и хвост припекало. А также мне приспичило сделать ремонт в квартире, там так-то жить, конечно, можно было, но я ж баран, уперся — не сдвинешь. Вот и метался между работой, офисом, твоей квартирой и строительными магазинами.
В какой-то момент, уже не помню, как так получилось, мне начала помогать твоя Аленка, они там занялись расширением жилья, и вопрос с ремонтом у нее стоял остро. Ну вот, она меня и разгрузила в некоторых вопросах.
Представив себе, как моя мелкая сестренка разрывалась между своей семьей, ремонтом и помощью этому обормоту, чуть не врезал Ромке еще раз, ради профилактики. Но, с другой стороны, у Леки есть Антоха, и, если он не прописал Ромашке пару лещей, значит, ситуация была не столь острой, как я себе представил.
— И вот однажды мы с ней поехали к какому-то чуваку, который вроде как мастер по укладке кафеля, — продолжал Ромыч, не подозревая, как был близок к очередным синякам, — но немного не добрались. Точнее, доехали-то мы нормально, а во дворе дома, где проживает тот самый мужик, нашли Вету.
— В смысле, нашли, — не поверил той картинке, которую Ромка нарисовал в моем воображении, — она там что, искала жилье?
Друг высунул лицо из недр шкафа и весьма выразительно посмотрел на меня, одним взглядом обозвав полным идиотом.
— В смысле, Диман, она сидела на бордюре в обнимку с чемоданом, рядом с ней стоял горшок с цветком, а Вета ревела в три ручья.
От услышанного у меня волосы встали дыбом!
— Погоди, братан, как это на бордюре? Это когда было? Январь примерно получается? Какой, к черту, бордюр?!
— Мля, Сахарок, прекращай тупить, какой зимой он может быть? Заледеневший! И тут девчонка в куртке незастегнутой, волосы как у Мальвины — голубые, нос красный, глаза опухшие, рядом куст этот придурочный с лопухами обмороженными и чемодан, из которого торчит красная тряпочка. А на ногах тапки. Представляешь?
Если честно, представлял я с трудом. Ну просто Вета вся такая тоненькая, маленькая, с задорным блеском в глазах и вот так в сугробе? Мозг буксовал. Я просто не понимал, что могло случиться, чтобы девчонка сидела на снегу, не думая о последствиях.
— В общем, до мастера мы не дошли. Это я замер как истукан, в шоке рассматривая Снегурочку. Кстати, все это происходило шестого января, аккурат под Рождество. Так вот, я-то замер, а сестренка твоя кинулась к девчонке и, недолго думая, села рядом с ней на чертов ледяной бетон. Они даже поговорить не успели, как у меня голос прорезался. Подошел к ним и как рыкнул, чтобы встали обе. Они и подскочили. Картина, я тебе скажу, была душераздирающей, Аленка твоя с кулаками сжатыми стоит, глазами сверкает, и эта носом шмыгает. На вопрос о том, что она там делала, в сугробе-то, сказала — идти некуда. Ну, Диман, серьезно, я же не зверь, не мог оставить ее там в тапках. Мы в машину ее погрузили вместе с манатками и к Аленычу, отогревать. Это уже на гаановской кухне Веталинка нам рассказала, что ее из квартиры выгнала жена арендодателя, которая решила, что она любовница мужика. Ветка так быстро собиралась, что часть вещей осталась там, в чужой квартире, вместе с зимними сапогами. Короче, эта горемыка от безысходности села в сугроб плакать, а тут мы. Мы, кстати, с Тохой съездили, забрали ее вещи, Ветка у них пару дней жила. А потом мы с Аленкой посовещались и решили — нечего девчонке маяться, ты приедешь нескоро, мне, в общем-то, можно было уже жить в квартире тетки, а вот Вете крайне нужно было жилье, потому как друзья ее на праздники умотали в Сочи, а у нее поехать не получилось. Так и вышло, что перекантоваться ей было негде, к тетке ехать она не хотела, в период праздников мало-мальски приличное жилье снять — нереально. Ну и вот…