Охота на ведьму (СИ)

— Некрасиво, говорю, заставлять девушек ждать, — ещё более мило пояснила я. — Особенно хвостатых.
— Почему — особенно? — не понял явно контуженный русалочьими формами ведьмак.
Мне вдруг захотелось вместо ответа треснуть его по макушке. Как же он бесит, василиск очкастый! Я как-то резко забыла, что совсем недавно, в общем-то, злилась на девчонок и Каспера, упрямо зовущих ведьмака «моим»… как злилась на Ралфи за его наглые, беспринципные и бесцеремонные домогательства!
Так почему его нездоровый (ладно-ладно, совершенно здоровый) интерес к русалкам взбесил меня ещё больше?! Просто до белых глаз взбесил!
— Потому что, — буркнула я, поелику от злости не смогла придумать ничего умнее.
Щёки так и запылали изнутри.
Вот сейчас Ралфи меня подловит! Заметит, что краснею, мнусь как дурочка, блею… ни «бэ» ни «мэ», в общем. Триединая, какой стыд!!
Но Ралфи — я отказывалась верить в своё везение! — мало того, что ничего такого не заметил, так ещё и сам покраснел!
И это снова взбесило! Да что ж это такое!!
Смущённо кашлянув, ведьмак отвёл взгляд и перешёл к следующему постаменту. Абсолютно пустому, кстати.
Ведьмак посмотрел сперва поверх своих спектральных линз, а затем сквозь них. После чего прочитал вслух надпись на табличке:
— Шапка-невидимка.
Я же была ещё слишком злая на ведьмака, а потому молча сопела за его спиной. Скрестив руки на груди, я фыркнула и никак комментировать происходящее не стала. Хоть язык и чесался.
Как он только ни пытался эту самую «шапку» рассмотреть!
Каких только приборов у него с собой, оказалось, только не было!
Я даже пожалела, что Касперский спать свалил — ему б на эти цацки хоть краем глаза посмотреть!
«Ритка, — тут же раздался в голове сонный голос Касперского. — Звала?»
«Аха, — ответила я. — Жаль, что не можешь смотреть моими глазами, а даже если сейчас прямо прискачешь, до этого жирафа уже дойдёт».
«Погоди-ка», — нетерпеливо перебил Касперский, и я вдруг почувствовала щекотание в голове, очень похожее на то, когда Ралфи меня осматривал. Совпадение? Не думаю.
«Да ла-а-а-адно!!» — раздался оглушающий изнутри вопль котецкого, после чего Каспер заржал аки конь.
«Ты на приколюхи его смотри», — встряла я.
«Ой, да это я уже видел, у твоего Ралфи этого добра немеряно, а вот шапка-невидимка… Ах-хах-хах-хах! Умора! Код всемогущий, ну он у тебя и лошпек!»
  
Глава 66
 
Я, надо сказать, так была занята собственным весельем, что даже «моего» и «у меня» решила проигнорировать.
И Ралфи, усиленно пыхтящего над приборами, заходящего то с одной, то с другой стороны к постаменту, было совершенно не жалко. Взбесил до чёртиков, пока на русалок пялился потому что!
«Вы у русалок были?» — тут же поинтересовался Каспер, и я мысленно прикусила язык. Не привыкла ещё, что фамильяр мой «прокачался».
Промычав что-то невразумительное, я снова переключила внимание Касперского на Ралфи, и какое-то время мы от души веселились, наблюдая за тщетными попытками псионика распознать редкий магический артефакт, сиречь шапку-невидимку.
Которой, к слову, на постаменте не было.
— Как — нет? — нахмурился ведьмак, когда Каспер успел заскучать и свалить, и я решила сжалиться над его потугами. Ну и время, к слову, субстанция отнюдь не резиновая!
— Да вот так, — развела я руками. — Это шутка такая.
— Шутки у вас! — пробормотал явно уязвлённый ведьмак.
— Да мы здесь все сплошь фанаты концептуальности, — почему-то посчитала нужным пояснить я. — Это отсылка к любимой всеми книге. Величайшего писателя нашего времени. Гения.
— Хм, — сдвинул плечами Ралфи. Непонятно, проникся или нет.
— А тут тоже какая-то шутка? — покосился он на меня, когда мы перешли к следующему постаменту, тоже пустому. С табличкой на нём: «Сапоги Кота в сапогах». — Отсылка к какой-то книге? Фильму? Игре?
Настал мой черёд хмыкать.
— Шутка, да не совсем, — сказала я.
Ралфи сверился с показаниями приборов.
— Согласно данным сапоги на месте. — Вскинув бровь, он обернулся ко мне. — А на деле их нет?
 
— Сейчас, кажется, я покажу вам фокус, — кусая губы, чтобы не расхохотаться раньше времени, пообещала я. — Чудеса материализации мыслей.
— Это сказки, — нахмурился серьёзный весь из себя псионик.
— А вот посмотрим, — сама не знаю, как это получилось, но я вдруг ему подмигнула!
Радуясь, что Каспер этого не видел, быстро обошла постамент и извлекла из-за него конопатого первокурсника в очках и конусообразной шапочке.
Первокурсник прижимал к груди мятые и потёртые кожаные сапоги со шпорами.
— А вот и сапоги! — торжественно возвестила я, изобразив шутовской поклон.
Мальчишка избегал встречаться с Ралфи взглядом и мямлил что-то о том, что больше «никогда и ни за что».
— Кошачья обувь зачем тебе понадобилась? — стараясь, чтобы голос мой звучал строго и не расплыться при этом в улыбке, спросила я.
Первокурсник вздохнул и не ответил, но при этом покосился на дверь.
— Ах, догонялки эти ваши! — поняла я.
Мальчишка вздохнул ещё тяжелее.
— Вот же шлёцик, нашёл ради чего подставляться, — покачала я головой. — Ну ведь умнее надо быть. Матчасти совсем не знаешь. Сапоги у кота были самые обыкновенные, то ли дело… вот! — Я приблизилась к следующему постаменту и подцепила огромного размера туфли со стоптанными задниками и загнутыми кверху носами. — Башмаки маленького Мука. И только попробуй не победить!
Шмыгнув носом и пробормотав что-то про сапоги-скороходы, которые умыкнули до него, мальчишка умчался. На ходу запрыгнул на стену и переобулся в два прыжка.
— Вот как? — Ралфи поднял бровь. — Значит, потворствуешь нарушению правил, Рита?
Я пожала плечами.
— Как и вы.
— Я?! — изумление ведьмака было почти искренним.
— Ага, — не стала я ходить вокруг да около. — Иначе бы вы меня остановили.
Ралфи хмыкнул, но ничего не ответил.
— А почему яйцо не на станции, а здесь? — спросил ведьмак спустя какое-то время.
— Здравствуйте, приехали, — фыркнула я. — Это то самое яйцо курочки Рябы, первое, небьющееся. На станции, кстати, только тот материал, с которым работаем, здесь же по большей части экспонаты и памятники, хотя мне, если честно, это слово не очень нравится. Вон, яйца дракона, например. Не воссозданные, что важно. Сохранились, представляете? Я уверена, что это виверна, хотя у Горислава с Ксю на этот счёт собственное мнение! Да и не важно это… Целыми сохранились — ни трещинки!
Я вдруг замолчала. А затем вздохнула и развела руками:
— Один минус. Существенный, зараза. — Пока лежали в вечной мерзлоте, превратились в камень. Магии в них ни на грош — сами можете проверить…
Естественно, Ралфи проверил. И болванкой своей покивал с умным видом, подтверждая мною сказанное. Правда, складывалось ощущение, что он ну не то что подлизывается или заглаживает вину, скорее, хочет, чтобы что-то забылось побыстрее. Что-то, с русалками и их мокрыми прелестями связанное. И это он зря. Я не злопамятная.
Я просто злая и на память не жалуюсь.
Миновав ряд постаментов и ниш с самыми разными экспонатами и памятниками древней магии нашего мира, как то: россыпь орешков в золотой скорлупе с изумрудными ядрами, черепаховый гребень, коралловые гусли, обломки бочки… Наличие последних пришлось объяснять (каким образом ничем не примечательные в магическом смысле обломки здесь затесались). Миновав скатерть-самобранку, которая была не в настроении и сварливо бурчала что-то о том, что нет у неё сдачи, хотя мы и не просили. А когда Ралфи отказался от «угощения» в виде какой-то едкой жижи, в общем, чего-то и отдалённо угощение не напоминающего, назвала ведьмака «переборчивым жмотом» (чем, надо сказать, сильно ведьмака озадачила), мы подошли к криозону.
 
Прежде чем заходить внутрь, нужно было переодеться. Точнее, натянуть поверх одежды комбинезоны с подогревом — мы их скафандрами зовём, так прикольнее. В «холодильнике» минусовая температура. На то он и «холодильник».