Измена. Я отыграюсь! (СИ)

— Не хотите присоединиться, Елена Георгиевна? Новый год, все такое…
— Новый год, — негромко повторила я и еще раз осмотрелась, якоря себя в реальности: ни тебе снега, ни тебе «С легким паром» по телевизору. Да и вместо елки — пальмы. ЧуднО. И в то же время чУдно.
— Идите! — вновь позвал Стас. — Я вас познакомлю с этими милыми ребятами.
«С ребятами? Уж не задумал ли он групповушку? Если так, то у меня для него плохие новости», — подумала я и, на мгновение внутренне зависнув, с изумлением обнаружила, что… ревную.
Опять, как и в тот раз, когда увидела Стаса за карточным столом с какой-то теткой, банальным образом ревную, потому что в любом другом случае мне было бы на все его эротические планы наплевать: пусть развлекается с кем угодно, лишь бы чего ненужного не подцепил. Однако ж сейчас больше всего захотелось выставить близнецов пинками под зад и… И что дальше? Забыть планы мести и просто сбросить с себя халат, как давеча сделал сам Стас, чтобы после шагнуть к нему в джакузи и одновременно в объятия? Новый год, все такое?..
Нет! Я стиснула зубы и кулаки. Как там выразился давеча этот тип, чтоб ему? «Не мой размерчик»? Да и вообще, с самого ж начала было ясно, что он — не мужчина моей мечты… Правда, стоило быть честной с собой: в последнее время это утверждение все больше смахивало на что-то вроде отмазы. Или психологического щита, которым я защищала свое внутреннее от слишком активного вторжения извне. Возможно, потому что там все еще не затянулась рана, нанесенная мне Максимом. А возможно, потому что я просто не верила, что могу заинтересовать такого человека как Стас Смирнов всерьез. А «наиграется и бросит» было еще в меньшей степени подходящим для меня «размерчиком».
«Трусиха!» — сказала я сама себе и, сменив халат на купальник, спустилась к блаженствовавшему в словно бы кипящей воде Стасу.
Так и тянуло скосить глаза туда, где в обрамлении завитушек темных от воды волос отдыхал его член… То, каков он, уже подзабылось. В памяти засело лишь, что был он ровным, большим и в возбужденном состоянии заметно расширялся от аккуратной головки к основанию. Да, так и свербело убедиться в этом, а еще увидеть, среагировало ли естество Стаса на мое появление, но пришлось проявить мужество и уставиться на улыбавшихся близнецов. И парень, и девушка были смуглыми, с идеально чистой кожей, иссиня-черными гладкими волосами длиной до талии и миндалевидными яркими глазами…
— Это Джес, — промурлыкал Стас. — Ее брата-близнеца зовут Джей. Они будут обслуживать нас здесь, в бунгало, если вы, конечно, не против, Елена Георгиевна.
Я пробурчала что-то, отдаленно похожее на согласие, и Стас тут же продолжил:
— Ребята не местные. Тайцы. По-английски говорят свободно. И так же свободно, даже раскрепощенно ведут себя во всех отношениях. Так что можно не стесняться своих желаний…
— Звучит как приглашение к разврату…
— Дихотомия добра и зла! — с усмешкой ответствовал Стас, а после повел бокалом в сторону близкого океана, где, как видно, не только мне мерещились хищные обводы «Черной жемчужины».
Демонстративно прошествовав мимо, я спустилась к набегавшим на берег волнам, некоторое время брела по мелководью, а потом, достигнув достаточной глубины, еще дольше плавала. Возвращаясь, почему-то была уверена, что застану какое-то непотребство, но на вилле было тихо. Юные тайцы как сквозь землю провалились, а Стас, похоже, убрался к себе — один только пустой бокал остался стоять на бортике, да початая бутылка шампанского ждала в ведерке с уже подтаявшим льдом. Я немного полежала на солнышке, а потом, почувствовав, что хватит, ушла под полотняный навес беседки, где и устроилась на мягких подушках с телефоном в одной руке и холодным шампанским в другой.
 
Сообщения в лентах соцсетей пестрели поздравлениями с наступающим Новым годом. Народ постил елочки, Дедов Морозов с детьми или себя со Снегурками разной степени раздетости, жбаны с оливье и кадры украшенной огнями, но по-прежнему бесснежной, а потому все равно мрачной и унылой Москвы. А я истово тащилась, наблюдая перед собой нечто прямо противоположное: лазоревое море, белый песок, резную зелень пальмовых листьев…
И было это все хорошо. До того самого момента, пока выспавшийся Стас не вышел из своей спальни, предложив съездить поужинать и, сука, сыграть в бильярд…
Столов с русским вариантом этой игры здесь не наблюдалось, но мне это было только на руку. В снукер я играла лучше. Конечно, мне было далеко до тех парней, что гоняли шары всю жизнь, но для любителя весьма и весьма. Стас тоже против снукера ничего не имел, даже оживился, поняв, что сложностей «русской пирамиды» не будет и попутно продемонстрировав мне то, на что и был расчет — поверхностность знаний о вариантах этой игры.
«Мало знает — плохо умеет. Добро пожаловать к расплате, Станислав Дмитриевич!»
Ужин прошел под неспешный разговор, который двигали вперед скрытые течения и легкий стеб. Я упорно называла своего визави по имени-отчеству, впрочем с легкой улыбкой пообещав совершить переход к более… интимной форме общения позднее, после того, как выиграю.
— Всегда готов к любым приятным переменам, — ответствовал на это Стас и тронул одну из пуговичек на своей «счастливой» рубашке, в которую демонстративно вырядился перед «выходом в свет» — благо здесь, в клубной части отеля, во всю работали кондиционеры. — С вами, Елена Георгиевна, мне будет одинаково приятно и выиграть, и проиграть. Смекаете?
Чертов хитромудрый пиратище!
  
Глава 36
 
Глава 36
Играть договорились из семи партий. Не по общему счету, а по результату — кто выиграл четыре, тот и диктует условия дальнейшего уже совсем не спортивного действа. Я была уверена в себе, а потому спокойна и поначалу играла точно, идеально рассчитывала выходы под следующий удар и вообще нравилась сама себе. Вот только очень быстро выяснилось, что и Стас не лаптем щи хлебает. Первая же допущенная мною ошибка привела к тому, что противник перехватил инициативу и закончил партию (к тому моменту третью) уже в свою пользу, ловко загнав все оставшиеся шары в лузы, и более мне даже к столу подойти не дав.
Это было… неожиданно. Даже возникли неприятные мысли о том, что Стас того самого информатора из клуба, который все мне про уровень его мастерства и рассказал, самым пошлым образом подкупил. Именно для того, чтобы тот сказал мне неправду. Или просто у него было достаточно времени с момента моего предложения, чтобы свой уровень максимально подтянуть?.. А я ведь даже не подумала о такой вот возможности…
Было обидно, но я встряхнулась, я постаралась сконцентрироваться, я выиграла следующую партию! И все равно, как видно, этого оказалось недостаточно. В пятой и в шестой партиях удары раз за разом ложились не так точно, как хотелось, постоянную жажду приходилось удовлетворять шампанским, бокал с которым всякий раз словно сам собой совался под руку, да и жара внезапно стала нестерпимой — руки так и хотелось вытирать услужливо принесенным очередным «боем» полотенцем.
В итоге к седьмой решающей схватке мы со Стасом, который действительно играл хуже меня, но зато был спокоен как танк, подошли, как говорится, ноздря в ноздрю. Со счетом три-три. И вот тут стало окончательно ясно, что решают все не точность глазомера и крепость руки. Нет. Нервишки, чтоб им! Стас потягивал виски и даже закурил сигару, чтобы уж окончательно достичь степени невозмутимости английского джентльмена-стоика, а вот я дергалась все сильнее. И потому, что наступил решающий момент. И потому, что вокруг, видимо, почувствовав растущее напряжение между игроками, как-то незаметно собрался народ.