Шаг во Тьму. Том 8 (СИ)

Тот же зал с рунической печатью, будто я не тратил ману, кровь и здоровье для её активации, те же стены, коробом возвышающиеся вокруг меня… Всё то же самое, за исключением мерцающей фигуры в центре зала.
Он выглядел так же, как в тех видениях, коими память рун пыталась осветить мне жизненный путь одной из легенд этого мира. Легенд, о которой мало кто знал. На первый взгляд может показаться, что словосочетание «неизвестная легенда» абсурдно, а слова являются взаимоисключающими, но в данном случае ошибки не было.
Мастер Нивел, который сейчас стоял в центре, был этой неизвестной легендой для меня, всегда оставаясь странным выскочкой для своих коллег по цеху. Не признать его мастерства они не могли, как и признать его превосходство. Он был на голову выше их всех и всего, что касалось мастерства рунного оружейника. Это как сравнить куницу, затесавшуюся среди стаи белок.
Только сейчас я смог заметить, что призрак хумана был намного выше меня, слегка не дотягивая до стати каменного тролля. Воспоминания, разбросанные по осколкам не давали полную картину на этот счёт, хоть я и проживал его жизнь вместе с ним.
Мастер Нивел застыл, и, прищурившись, осмотрелся. Когда его взгляд скользнул по мне и двинулся дальше, я сообразил, что передо мной не призрак, а что-то вроде проекции. Визуальной записи, если угодно.
Это был его последний отголосок, пришедший ненадолго в этот мир, чтобы передать напутствие, звучавшее лишь единожды, когда он был ещё жив. Когда забравшись за каким-то демоном в Джунгли Масархуда, за тысячи лиг от Флерала и всех, кто его знал, он работал над своим последним творением — рунным порталом для своего ученика. Будущего ученика.
Мастер был стар. Точно таким я его видел, когда воспоминания показывали последние минуты его жизни. Достойной жизни и столь же достойной смерти.
Нивел умер в этом зале. Умер отдав свою кровь, ману и волю, напитывая собственноручно созданный рунный портал. Умер, сумев всё филигранно рассчитать и закончить своё величайшее творение, принеся себя в жертву, когда понял, что провидение скоро отберёт у него всё. Он не мог позволить себе потратить время впустую.
И даже подточенное серой лихорадкой здоровье Мастера не было ему преградой. Не знаю, все ли оружейники настолько трепетно относились к своему делу, но Нивел был исключением. Самым большим исключением, сделавшим его Мастером с большой буквы.
— Ученик, — будто смакуя это слово, Нивел сделал паузу. — Мой первый и последний ученик, имя которого я никогда не узнаю, как и не увижу твоих работ, — проекция мастера тяжело вздохнула и на несколько мгновений замолчала. — Если я сейчас скажу, что мне всё равно, кто ты — конечно, я совру. Мне бы очень хотелось, чтобы ты оказался достойным хуманом, который не только сохранит мои наработки, но и продолжит дальше дело всей моей жизни. И, наоборот, мне бы очень не хотелось, передавать знания крысолюдам или полудемонам. Коварные твари. Хотя… будь ты одним из них, всё равно я бы уже ничего не сделал, ибо время моё вышло.
Если ты меня слышишь — это уже достаточное подтверждение того, что я отдал частичку своей души тому, кто действительно жаждет знаний. Упорством, кровью и несгибаемой волей ты уже доказал, что достоин. Не будь ты одним из нас, у тебя не вышло бы связать силовым каналом даже первую пару, — устало усмехнулся Нивел.
Я, буквально, физически ощущал волну грусти, исходящую от простой проекции (а простой ли?).
— Отныне, никто никогда не скажет тебе, что ты недостоин звания рунного оружейника. Ученик Нивела… Думало ли когда-то братство, что такое возможно? Да они бы сжевали свои бороды от удивления, нежели когда-либо предположили, что я решусь кого-то взять в услужение, — внезапно хохотнул он. — Хотел бы я сейчас глянуть на их напыщенные рожи…
Я внимательно слушал Мастера Нивела, стараясь запомнить всё: его позу, манеру держаться, бесхитростно улыбаться своим же словам, и так же уверенно говорить. Мне, почему-то, казалось это важным.
— Запомни самое главное, будущий Мастер, — посуровел Нивел. — Всё, что создано разумными, ими же и может быть разрушено. То, что создано с помощью рун, порой не под силу даже Богам. Руны Хаоса изначально вплетены в этот мир, и не Им с ними спорить.
 
То, что сейчас говорил Нивел, было святотатством в его времена, когда без посещений храмов и подношений Богам-покровителям, не решался ни один мало-мальски серьёзный вопрос, будь то постройка дома или покупка скота. Это я тоже видел в его видениях.
— Я не буду заражать тебя своими догадками, ты сам должен в этом убедиться и во всём разобраться, коль оказался здесь. Всю жизнь я искал упоминания о Прарунах, потратил много времени, посетил множество мест. Увы, я не нашёл ни одной. Единственное я знаю точно — они их спрятали. Я чувствую это! Выжгли любое упоминание, могущее дать неограниченную власть владеющему ими. Праруны были расколоты. И я уверен, именно из них и появился список Знаков Хаоса — теперешних рун, несущих лишь жалкую частицу мощи тех глифов, что когда-то сотрясали мироздание и повергали в ужас Богов…
Проекция начала угасать внезапно. Слова Мастера становились тише, а через несколько секунд я мог только наблюдать его фигуру, которая окончательно развеялась через несколько вздохов. Когда зал опустел, постепенно погружаясь во мрак, я почувствовал, будто завис в воздухе. Твёрдая поверхность ушла из под ног, а в следующее мгновение меня выбросило в другую локацию…
— Белый, ну что ты творишь? — в мои уши ворвался крик Димона, на которого я налетел, чуть не напоровшись на стрелу. Перед тем, как я потерял равновесие, подгребая лучника под собой, услышал пронзительный свит стрелы, улетевшей куда-то в потолок. — Вообще потерялся в пространстве?
Вокруг шла ожесточённая битва, и моему появлению никто не удивился. Это было странным, учитывая, что я бросил, по сути, свой отряд почти на сутки.
— Дави, мать их! — заорал Утрамбовщик, который с Олес и ещё одним новичком держали основное направление, стараясь оттеснить огромную толпу наседающих гноллов. — Сильнее! Да что ты телишься, как институтка! Дави говорю!
Судя по всему, мы сейчас находились в самом начале пирамиды, стараясь не пустить гиеноподобных тварей внутрь. Непонятно, как они здесь оказались, ведь после нашего прохода по всем кольцам, окружающим пирамиду, Бада-Баром соорудил огромную стену, опоясав её. В то, что гноллы научились летать, я, понятное дело, не верил.
Бросив взгляд за спины наседающих гноллов, я похолодел. Следом надвигалась следующая волна, которая нас просто сметёт, как только доберётся сюда, поскольку количество прямоходящих гиен просто напросто слилось в копошащуюся массу — визжащую на разные голоса.
Прежде, чем начинать помогать парням, я попытался найти глазами Лиэль — свою головную боль и ту, с чьей головы не должен упасть ни один волос, пока я её не доставлю в Дон-Мор. Увидев её сражающуюся во второй линии, испытал несказанное облегчение — девушка была в порядке, если не считать испачканной и кое-где окровавленной куртки на ней. Успешно оказывая поддержку нашим выстреливающими шипами в самой гуще гноллов, она не стремилась забраться в первые ряды сражающихся, за что я был ей очень благодарен.
Яхиль, прикрывший глаза, непрерывно шепчущий слова активации… Воруван… Ньютон, забившийся в середину строя… Кастет… Навскидку, вроде, все были на месте, и за время моего отсутствия отряд если и потерял пару бойцов, этого видно не было. Со странными временными сдвигами: моими и остального отряда, можно будет разобраться потом, а сейчас нужно помочь остальным, иначе, как только гноллам удастся продавить наш авангард — всем наступит полный ахтунг.
«Вызов Стража».
Мгновение, и призванный Пёс из Мглы ворвался в стаю завизжавших словно дворовые шавки, гноллов, с лёгкостью перемахнув через стену наших щитов, но даже новичкам было видно — одним Стражем здесь не управиться. Их было слишком много. И самое дерьмовое — действовали гноллы очень слаженно.