Сокрушитель (СИ)
- Да, проверяйте.
Глава 6. Снова освобождение девчат.
Отойдя от капитана я не спеша подошёл к девушке в первом ряду, что таращилась на меня огромными глазами. Узнала. Это одна из тех девиц, коих я спас от участи попасть в бордель с белобрысой. Перекличку прекратили, и никто не мешал мне подойти к той, подскочивший охранник толчком вывел ту вперёд из строя. Девушка была в форме военнослужащей, но со споротыми знаками различия, впрочем, как и остальные, однако не командир, красноармеец, скорее всего. Взяв ту за плечо, я сказал на ломанном русском:
- Кто ти есть?
- Красноармеец Светикова, личный номер в лагере два… - громко та начала говорить.
- Ни орать, я ни глухой, - также коверкая слова, сказал я.
Отойдя к капитану, сказал ему:
- Да, эта девица тоже проходит в сводках. По побегу женского лагеря в Слуцке, в июле. Я забираю её для допроса. Хочу изучить строй, может ещё кто знакомый попадётся.
- Ищите, - пожал капитан плечами.
Беликову я уже видел, стояла отдельно от строя, тоже явно меня узнала, кусала губы в волнении, но молча стояла. А так нашёл ещё одну знакомку, причём это она командовала освобождёнными девчатами тогда. Старший военфельдшер. Тоже указал на неё. Пока готовили личные дела этих троих, все трое девчат у моей машины под охраной ожидали, я подписал ордер на то чтобы их забрать, номер моего жетона записали, личные дела выдали на руки, внутри фотографии и все данные, включая документы военнослужащих, что нашли при них, когда в плен брали. Даже комсомольские билеты были. Попрощавшись с капитаном, задарил ему бутылку русской водки, тоже довольным остался, и посадив девчат в машину, двое сзади и одна рядом на пассажирском месте, покинул расположение лагеря. На воротах предъявил разрешение на вывоз, от коменданта лагеря. Так и покатили. Недалеко, километра два проехали, я съехал с дороги, тут овраг, нас никто не увидит, и заглушив мотор «фольца», повернувшись к соседке, сказал:
- Слушай, белобрысая. Я тебя изнасилую.
На меня все трое в шоке посмотрели.
- Второй раз из плена вытаскиваю. ВТОРОЙ. Ну сколько можно?! Ребёнка тебе сделаю, беременных в тыл отправляют. С твоим везением ты и в третий раз в плен попадёшь. А я тебе по жизни обязан, спасла, выручать всё равно придётся. Пока ты в тылу, мне спокойнее.
Тут всех трёх и прорвало, слёзопад, кинулись и обнимали меня. На нервах были, вот и гладил по спинам, разом обнимая всех трёх, дав им спустить эмоции. Для женщин это нормально такая эмоциональность. Пришлось полчаса потратить, но успокоил, потом те приводили себя в порядок, прося не смотреть на них, женщины есть женщины, ещё подождал, и мы отъехали прочь. Укрылись в роще, пережидая окончания дня. Ушли от машины и рядом с родником устроились. Судя по следам не мы первые, какие-то окруженцы его находили. Чуть в стороне две уже пожухлые могилы. А машину сбегал, убрал. Покормил девчат, принеся котелки с едой. Родник, покидая рощу, впадал в мелкую речку, дал девчатам возможность покупаться, что те и делали с удовольствием. Мыло выдал, заодно и постирались. Потом они меня охраняли, пока я спал до наступления темноты. А как стемнело я всех на «Шторьхе», еле по грузовой марке вошли, перевёз в расположение дивизии. Была бы белобрысая одна, проблем бы не было, можно слетать к Бресту, а тут без вариантов, вот и скинул проблему на комдива. Написал рапорт, перед тем как спать лечь, как освободил девчат, там в принципе правда была, кроме острых моментов по перемещению. Все три личных дела передал белобрысой, сдаст особистам. Я просмотрел, нормально, с немцами не сотрудничали, использовались в госпитале при лагере для лечения бойцов и командиров РККА, попавших ранеными в плен. Это две, та которую я первой опознал, связисткой при штабе, да и то не нашей дивизии.
- В той стороне село, там штаб нашей дивизии, держите фонарик, вас встретят. Вон уже тревога с нашим прилётом поднялась.
Отправив девчат к селу, тут километра два, снова поднялся в воздух и полетел напрямую к Бресту. А что, времени хватало, час потратил на полёт чтобы девчат достать, не так и далеко по прямой, если честно, так что оставшегося ночного времени мне вполне хватило добраться до Бреста. Передовую снова на уменьшенных оборотах перелетел, спускаясь и планируя. Причём я ещё на дозаправку садился. Да и на месте заправив самолёт, как раз светать начало, когда я его в хранилище убрал, и снова оседлав одиночку покатил прочь от трассы, где и сел только что. В лес соваться не стал, в овражке устроился, сделав днёвку. Пять часов сна себе дал. Будильник рядом.
Сработал тот точно, отключив этот звон, искупался в речке, мелкая, три метра шириной, зато освежился и окончательно проснулся. Снова на себя всё немецкое, комбез, пилотку, сапоги, оружие, даже пригладил, чтобы хорошо выглядеть, ладно ещё бриться не надо, рано, пушок лёгкий есть, но и только. Достал «фольц», так и покатил к городу. Он в шести километрах находился. Въехав в город, тут даже поста на въезде не было, глубокий тыл, даже ностальгию испытал. Всё так знакомо. Остановив патруль из трёх солдат, командовал ими унтер, показав жетон, и спросил:
- Где тут русский госпиталь, где лечат русских офицеров из крепости?
К счастью, унтер тут хорошо ориентировался и довольно подробно описал куда мне ехать. Так что включив скорость, мотор я не глушил, покатил к окраине города. Даже скорее за город, там небольшой военный городок рядом с крепостью, вот там и был развёрнут госпиталь. Под охранной конечно же. Показав старшему жетон, пора кончать с этой порочной практикой, на ниточке же всё, стоит только проверить по номеру и станет ясно, что жетон считается утерянным, и тогда амба. Надо ещё добыть. У меня этот единственный остался. Так вот, показав старшему охраны жетон, и тот лично проводил в палату Гаврилова. Он ещё тут, слаб, но уже может ходить. Кто мне нужен, унтер знал, майор был известен, как один из последних защитников крепости, поэтому и сопроводил. Сам майор встретил нас сидя на койке, с хмурым видом окинул взглядом. Да уж, не сбежишь, решётки на окнах, тамбуры с дверями и охраной. А так тот меня явно не узнал. Да и поди вспомни новобранца, которого и видел мельком.
- Я забираю его, - сказал я унтеру.
- Причина?
- Русские взяли в плен оберста Вагнера, из штаба группы армий Центр, и в обмен требуют этого майора. Генерал Фон Бок лично приказал доставить майора в Минск.
- Почему в Минск?
- Не знаю. Не довели.
- Ясно. Нужно вызвать моего начальника и составить лист, иначе не будет разрешения покинуть госпиталь.
Мы уже вышли из палаты, под злым взглядом Гаврилова, он тут считался буйным, фанатиком, и направились всё оформлять документально. Час на это убили. Я ещё выпросил за шоколадку солдат для охраны, пока до аэродрома довезу майора, дальше того якобы воздухом отправят. К счастью, получилось, майора связали, руки сзади, выдав чистую форму командира без знаков различия, хотя тот всё равно на скелет был похож, солдат рядом сел с карабином в руках, и мы, покинув госпиталь, покатили в сторону аэродрома, где он находится мне было известно. А на дороге, я выискивал место, где избавится от солдата, и на железнодорожном переезде вдруг увидел во встречной машине, явно от аэродрома едут, двух генералов на заднем сиденье «Мерседеса». Да это просто праздник какой-то! И сопровождения нет. Ну да, тут от аэродрома до окраины Бреста километра три. Среагировал я мигом, машина пошла юзом, отчего пассажиры ткнулись в спинки передних сидений, а я уже стрелял из револьвера, благо ничего не мешало. Негромкие хлопки выстрелов и в лобовом стекле «Мерседеса», повивалось две аккуратных отверстия, напротив шофёра и пассажира рядом, в форме офицера, со знаками различия капитана. Гаврилов уже боролся с конвойным, навалившись на того, и вцепившись зубами в ухо, руки-то связаны были, поэтому быстро выбираясь наружу, я выстрелил в голову солдату и подскочив к встречной машине, та дёргаясь встала в двух метрах от «фольца», тихо ехали, стал бить генералов, да по голове, вырубал рукояткой револьвера. Один с бинтом на левой руке всё выбраться пытался, уже дверь открыл, другой открыть кобуру, но не смогли, вырубил. Вернувшись к своей машине, резанул подставленные майором верёвки и быстро сказал: