Ноунэйм (СИ)

Я поморщилась и села, потирая виски. Раздражённо тыкнула кнопку подтверждения приёмки отчёта. Ну и фиг с ним, с этим Титанодоном. Всё равно его не завалили на момент нашего фееричного провала в тартарары. Хабар только жалко, с этой твари выпадал поистине редкий шмот.
– Букварь! Феликс! – осторожно позвала я, боясь спровоцировать рецидив едва унявшейся головной боли.
Да и неизвестно, что за существа обитают в этом месте.
Из замеченного мной ранее проёма высунулась рыжая голова Феликса.
– Искра, как хорошо, что ты уже пришла в себя! – облегчённо выдохнув, произнёс кот. – У нас тут небольшой инцидент!
– Это ты называешь "небольшой"? – послышался возмущённый голос Ромки. – Да она, похоже, ногу сломала!
– Ничего я не ломала, ушиб просто! – тихий голос Аннушки заставил меня мгновенно подобраться и поспешить к друзьям.
Даже муть в голове, мешающая чётко мыслить, как-то прояснилась. В нормальном состоянии Аня бы уже раздавала указания и тащила бы моё бессознательное тело на выход из этой неизвестной локации.
Не без труда – все мышцы, будто устроив коллективную акцию неповиновения, ныли и всячески пытались саботировать передвижение – я добралась до поворота. Ну что ж, откат от дикого количества наложенных баффов нагрянул вполне законно, но так не во время! Теперь сутки будем ходить с пониженными характеристиками!
Друзей я обнаружила в таком же тоннеле, в котором оказалась сама. Феликс деловито крутил головой, контролируя обе стороны прохода. Ромка склонился над сидящей на полу Аннушкой и пытался продиагностировать её самочувствие при помощи своего планшета. Не знаю, как у программистов, но у остальных профессий такая возможность отсутствовала. Да даже хакерская информ-полумаска Кузнеца не позволяла просмотреть состояние физического тела игрока.
– Ром, всё со мной нормально, – устало проговорила бледная пропагандистка и вымученно улыбнулась хмурому парню. – Сейчас отдохну, и будем думать, куда нас нелёгкая занесла.
– Ань, может, хватит уже изображать сильную и независимую? – я аккуратно отодвинула Ромку, чтобы лично оценить степень повреждений подруги. – Я же тебя знаю, будь всё в порядке, ты бы тут козочкой скакала.
– Судя по обстановке, надо скакать лягушкой, – криво ухмыльнулась та.
А я с ужасом отмечала тёмные круги под глазами подруги, испарину на лбу, частое поверхностное дыхание. Нехорошее подозрение закралось мне в голову.
– Аня, какие настройки у твоей вирткапсулы? – осторожно поинтересовалась я.
– Хардкор[1], – горько усмехнувшись, обронила та.
—Дурная! – процедила я, хотя хотелось смачно выругаться. – Адекватная же всегда была, чего случилось-то, что в хард полезла?! Адреналина захотелось?!
– Не ори, – отмахнулась девушка и тут же охнула, схватившись за левый бок.
– У неё перелом рёбер, – всё правильно поняв, не спросил, а утвердительно сказал Букварь. – И как ты хотела это скрывать, а?
– Вот только не надо меня отчитывать, – огрызнулась Аня, предприняв попытку встать. – Просто не думала, что вы такие дотошные!
Но, похоже, предположение Ромки о травме ещё и ноги тоже оказалось верным. По крайней мере, пропагандистке не удалось выполнить желаемое. Подхватив со здоровой стороны, её опустил на пол Букварь.
– Почему её не выкинуло в реал? – нахмурившись, спросил меня Ромка.
– Треклятый хардкор! Этот режим отключает игрока от виртуала только в случае критического состояния здоровья, – зло ответила я.
– Поздравляю, Искра, корона безбашенности по праву переходит Аннушке, – сквозь зубы процедил Ромка. – Дай я тебя хотя бы перебинтую, чтобы зафиксировать грудную клетку.
– А ты умеешь? – удивлённо вскинула бровь девушка.
Сама при этом послушно деактивировала скаф, оставшись в гражданской "шкурке", представляющей собой тонкую трикотажную маечку, брюки карго, и берцы на ногах.
Букварь ничего не ответил, лишь раздражённо выдохнул, присел рядом с Аней и приступил к оказанию медицинской помощи.
– Мда, – хмыкнул стоящий позади Феликс, – люди уже с жиру бесятся, не зная, как себя испытать. Настоящий коммунист должен осознавать ценность жизни, в том числе и своей! Я верно мыслю, нам нужно срочно искать в никому неизвестной локации точку выхода? И причём это надо сделать быстро и максимально безопасно для нашей оторвы?
 
Даже в такой жуткой ситуации этот рыжий патриот умудрялся вставить свои пропагандистские мудрости!
– Да, ход твоих мыслей верен, как и путь коммунистической партии, – с сарказмом ответила пету, активируя карту на планшете и нахмуриваясь.
Потому что, судя по изображению на навигаторе, мы находились посреди нигде!
– Бесполезно, Кира! – окликнула меня Аннушка.
Букварь уже закончил перевязку грудины и принялся за накладывание тугой повязки на голеностоп левой ноги. Не знаю уж, как Ромка диагностировал вывих лодыжки, но это в любом случае лучше перелома.
– Если я не ошибаюсь, это секретная локация под Железноградом, после секундной заминки продолжила пропагандистка. – До нас с Ольгой доходили слухи об её существовании, но мы никак не могли проверить их достоверность.
– Место под городом, о котором не знает его управитель? – скептически приподняв бровь, проговорила я. – Что-то слабо похоже на привыкшую всё контролировать Ольгу.
– Ну, хорошо, нам сказали сюда не соваться, шла тестовая настройка локации, – сдалась Аннушка, следя за неожиданно профессиональными движениями Ромки, ловко и умеючи накладывающего повязку.
– И мы, похоже, попали на финальную обкатку этой новинки, – задумчиво пробормотала себе под нос я.
– Осмелюсь предположить, что весь этот ивент, который, как вы говорили ранее, произошёл внепланово, задуман для бета-теста здешних механизмов, – почесав лапкой подбородок, выдвинул предположение Феликс.
– Это очень недурственное заключение, – Аня уважительно взглянула на кота. – И чем больше я об этом думаю, тем больше склоняюсь к мысли, что ты прав. Вопрос теперь в том, что от нас требуется?
– Единственный вопрос, который сейчас нас может беспокоить – как доставить тебя до точки выхода в реал! И как можно скорее! – закончив оказывать первую помощь и помогая Ане подняться, ворчливо проговорил Букварь. – Остаётся только уповать на то, что осколок ребра не травмировал внутренние органы. И, надеюсь, ты понимаешь, что теперь не боец.
– Пффф, – закатила глаза пропагандистка.
Но с благодарностью опёрлась на Ромку, который закинул её руку себе на плечо, принимая тем самым большую часть веса девушки на себя.
А я с удивлением наблюдала за своей подругой. Скорее всего, сказывался болевой шок и общая нестандартная обстановка. Иначе она бы никогда не приняла бы помощь от человека, с которым знакома от силы часов пять. Кстати, о времени!
– Букварь, мы с тобой уже около двенадцати часов играем, концентрация внимания уже не та. Плюс откат характеристик после окончания действия баффов. Я тебя очень прошу – будь аккуратнее, никуда не лезь.
– Даже так! Просишь, не приказываешь? – выдал этот язва, увлекая Аннушку вперёд по коридору. – Как тебя должно быть приложило-то хорошо, что ты вдруг очеловечилась! Режим цельнометаллической стервы вырубился?
Ромка угомонился только после ощутимого тычка в бок от Ани. Не иначе, как боевой раж отпустил обычно до одури вежливого Ромку, и теперь он, осознавая случившееся, сорвался.
А мне и возразить-то нечего было. Я изначально неправильно подошла к общению с парнем. Привычно хамила и грубила. Но я ведь при этом и позаботилась о нём! Да что этот малой себе позволяет?!
– Ром, – едва сдерживая гнев, двинулась за уходящей в никуда парочкой. А, кстати, куда они намылились? – Я все понимаю, адреналиновый отходняк, но фильтруй базар. Со своей стороны признаю, что не всегда была тактична в высказываниях о тебе. Извини.
 
Букварь, явно не ожидавший от меня признания собственных косяков, удивлённо округлил глаза.
– Мирись-мирись-мирись, и больше не дерись, – поморщившись от очередного приступа боли, прокомментировала Аня. – Всё? Минутка выяснения отношений закончена? – и, получив наше молчаливое согласие, девушка продолжила, – Тогда давайте хотя бы поймём, где находится выход из этих казематов? А то мы идём по методу "Авось, куда-нибудь занесёт".